А. В. Турчин структура глобальной катастрофы

2. Психологический дискурс

Всё, всё, что гибелью грозит,

Для сердца смертного таит

Неизъяснимы наслажденья –

Бессмертья, может быть, залог!

И счастлив тот, кто средь волненья

Их обретать и ведать мог.

А.С. Пушкин

Страх вообще и страх смерти в частности, является важным компонентом индивидуального и коллективного сознания. Место, которое он занимает, зависит от состояния личности и общества. В эпохи перемен, нестабильности, неуверенности это место становится очень большим. Об этом можно судить по рубежу ХХ века в России – мода на медиумов, мистику, богоискательство и богостроительство, Григорий Распутин у вершин власти. Алексей Турчин не случайно приводит в качестве эпиграфа слова из спектакля, который ставили дачники в чеховской «Чайке». Это слова о конце времен, когда на Земле уже не осталось ничего живого. Проблема смерти и бессмертия – стержень любого религиозного мировоззрения.

Переломный период, время выбора и неуверенности в будущем переживает сейчас наша цивилизация. Проект Модерна, связанный с надеждами на технический прогресс, способный качественно улучшить жизнь людей, на более эффективное, разумное и справедливое жизнеустройство, на культурное развитие, на становление научного мировоззрения испытывает глубокий кризис. Ему противостоят Постмодерн, постулирующий множественность смыслов, ценностей, познавательных практик, типов общества и отрицающий элемент объективности, необходимый для сравнения, а также саму возможность диалога культур, цивилизаций, школ. Наука в постмодернистской традиции оказывается на одной доске с религиозными сектами, медиумами, экстрасенсами. Философия, служившая в Новое время опорой развития, начинает расшатывать основы мироустройства. «… смерть Бога обращает нас не к ограниченному позитивному миру, она обращает нас к тому миру, что распускает себя в опыте предела, в акте эксцесса, излишества, злоупотребления, преодолевающих этот предел, переступающих через него, нарушающих его», – пишет один из классиков философии постмодернизма М. Фуко о фундаментальной метафоре этого направления – «смерти Бога».

С другой стороны, проект Модерна атакует Контрмодерн, связанный с возвратом к религиозной традиции, с фундаментализмом, с отказом от ряда возникших в ходе реализации проекта Модерн моральных и нравственных норм, многих достижений культуры. Место науки в мировоззрении занимает мистика, магия, религия. Поэтому при таком социально-психологическом фоне даже обсуждать вопросы, рассматриваемые в книге, очень нелегко. И поэтому А.В. Турчин выбрал рациональную, нарочито-суховатую форму обзора, лишенную эмоциональной окраски. И это представляется очень разумным.

Очевидно, есть две реакции на такого рода тексты. Первый – это общая, на уровне обыденного сознания реакция недоверия. Приведу пример такого рассуждения: «почему страшилки так живучи? Ну ладно, ладно, инстинкт самосохранения… но ведь известно, что те угрозы, о которых говорят, и те угрозы, с которыми человек потом столкнется, существенно отличаются… Так почему же коллективное бессознательное не откорректирует отношение к пророчеству угроз? Да очень просто – не только письменная история пишется победителями. Они ещё и формируют коллективное бессознательное… Вот так-то и корректируется архетип – несбывшиеся ужасы забываются, а любовь к страшилкам – живет»1. Замечу в скобках, что для того, чтобы многие ужасы не сбылись, потребовались в ряде случаев громадные средства и усилия очень многих людей.

Оборотная сторона этой медали – попытки решить сущностные, социальные, психологические, мировоззренческие вопросы технологическими средствами. Здесь можно привести в пример проекты радикального продления жизни (с помощью стволовых клеток, микророботов или как-то иначе), крионику (замораживание после смерти, в надежде, что потомки займутся оживлением, лечением и т.д.), многие инициативы трансгуманистического движения. Например, один из активистов этого движения, сотрудник Института системного анализа РАН А. А. Кононов предложил заключить договор с потомками: «Это будет договор между поколениями! Мы напишем в договоре, что работали ради прогресса, двигали технологии воскрешения, и потомки нас воскресят.»2

Мне доводилось быть на семинаре, где обсуждался проект Гечвок («Ковчег» наоборот), где рассматривалось создание городов на глубине многих километров под землей, которые пригодятся на случай столкновения Земли с гигантским астероидом…

Мне могут возразить, сказав, что мечтатели нужны, и даже привести в пример русского космиста Н. Ф. Федорова, автора философии Общего дела, связанной с воскрешением всех умерших людей, который оказал большое влияние на выдающихся ученых – отца космонавтики К. Э. Циолковского и основателя гелиобиологии А. Л. Чижевского. Мечтатели действительно нужны. А приведенное исключение только подтверждает правило – с какой же любовью и мудростью надо относится к людям, считая, что все они заслуживают воскрешения… И здесь тоже видно, что вначале стоят глубокие мировоззренческие вопросы, а потом исследования и технологии…

Наука также является частью культуры и, естественно, самым тесным образом оказывается связанной с другими частями, ощущая на себе дух времени.

Этот психологический феномен легко проследить на примере нескольких книг, связанных с очень далеким будущим и с глобальными угрозами, которые оно несет.

Библия научно – технической революции – «Сумма технологий» (начало 60-х годов)1. Никаких сомнений в том, что удастся преодолеть все барьеры на пути технологического, социального, психологического развития и парировать все угрозы, которые могут возникнуть на этом бесконечном пути.

Выдающийся фантаст и популяризатор науки Айзек Азимов. Книга, посвященная глобальным катастрофам: «Выбор катастроф» (конец ХХ века). Об этой книге прекрасно сказал её редактор, профессор С. А. Степанов: «это блестящая, спокойная, познавательная книга, тем не менее, принадлежит к той эпохе, которая уходит вместе с последним десятилетием ХХ столетия. Азимов – как фантаст и как популяризатор науки – воспитан столетиями гуманизма. Для него «естественный свет разума», помноженный на усилие гения, оказывается той силой, которая способна преобразовать и неведомые силы природы и неразумное начало в человеческом существе…

Скажи мне, чего ты боишься, и я скажу, кто ты. Человек гуманистической эпохи боится опасностей, на которые указывает ему здравый смысл: исчерпание природных ресурсов, плохое правительство, безумие ученых, обилие пятен на Солнце…

Для того, чтобы узнать, чего боится современный «человек с улицы», достаточно посмотреть фильмы, которые нравятся ему. Современный человек боится собственного бессознательного, невозможности исчерпывающего контроля внутренних своих начал. Он боится, что создаст существо, которое уничтожит его же самого (мутант, робот, суперкомпьютер). Он боится, что существует скрытая ложа космополитов, которая правит экономической и политической жизнью, придумав ради порабощения народных масс Интернет и СМИ. Он очень опасается зловредных пришельцев, исповедующих абсолютно другие ценности, чем человечество. Он не доверяет рациональным статистическим расчетам и предполагает, что Землю в ближайшем будущем ожидает столкновение с кометой…

Как назвать наступающую эпоху? Пусть об этом заботится эпоха следующая. Можно лишь предполагать, что грядущий век будет в чем-то ближе древнему восприятию мира c магическим отношением к реальности и мистическим ощущением присутствия Собеседника, предлагающего человеку загадки – одну интереснее другой».1

Эта мода затронула и популяризаторов, и учёных. В США родился целый жанр литературы, посвященной тому, как будут с течением времени исчезать следы пребывания человека на Земле, если в один прекрасный день все люди исчезнут. Всерьёз обсуждаются проблемы, которые возникнут у космологов через 100 триллионов лет и проблемы финала: «Мы, Кросс и Шеррер считаем, что наблюдаемую Вселенную в далеком будущем ожидает коллапс в черную дыру, что в начале произойдет и с нашей Галактикой»2.

3. Проблема инструмента

— Какая вероятность, что выйдя с экзамена Вы встретите динозавра?

— ½

— Почему?

— Потому что я его либо встречу, либо не встречу.

Из разговора на экзамене

Математика это язык. Но само употребление языка не гарантирует содержательности суждения, высказанного на этом языке. Математика – эффективный и ценный инструмент. Однако употреблять его следует разумно и по назначению.

Не исключением является и теория вероятности (создающая обманчивое впечатление простоты, очевидности и научности в массовом сознании). Употребление вероятностных аргументов и оценок в книге А. В. Турчина является одним из «дискуссионных» моментов. В самом деле, что такое вероятность? Если исходить из частной формулировки, то следует поставить N одинаковых экспериментов, в n которых произошло интересующее нас событие. В этом случае

(4)

Разумеется, у нас нет возможности поставить бесконечно много экспериментов, и мы должны судить о вероятности pn на основе М наблюдений, что дает приближенное значение этой величины p(M). И математическая теория показывает насколько p(M) будет близко к истинной вероятности.

Но ведь когда мы говорим о вероятности глобальных катастроф, которых, к счастью, пока не было, то пользоваться соотношением (4) или чем-то подобным просто нельзя. Здесь-то N = 0!

Нет пророка в своём отечестве, и поэтому обратимся к зарубежным пророкам, чтобы показать типичные пробелы в логике применения математического аппарата. Это формула Фрэнка Дрейка для числа внеземных цивилизаций (встречу с которыми А. В. Турчин, видимо, не без оснований относит к глобальным рискам).

, (5)

где N – число внеземных цивилизаций, R – число ежегодно образующихся звезд во вселенной, P – вероятность наличия звезды у планетной системы, Ne – вероятность того, что среди планет имеется планета земного типа, на которой возможно зарождение жизни, L – вероятность реального зарождения жизни на планете, C – вероятность того, что разумная жизнь пошла по пути технологического развития, разработала средства связи и желает вступить в контакт, T – усредненное время, на протяжении которого желающая вступить в контакт цивилизация посылает радиосигналы в космос.

По форме соотношение (5) выглядит вполне научно, а по сути является чистой воды фантастикой со своим сюжетом, предположениями и моралью. В этой формуле многовато неизвестных, значения которых в принципе непонятно, как могут быть определены.

Допустим величину R могут оценить астрофизики и космологи, хотя в контексте обнаруженного расширения вселенной с ускорением, темной материи и это неочевидный вопрос.

О величине P ещё недавно вообще ничего сказать было нельзя – не видели планет астрономы у звезд кроме Солнца. В последние десять с небольшим лет в астрономии произошла революция – планетные системы удалось разглядеть у сотни с лишним звезд. И вопросы о «земной группе», о «составе атмосферы» – это передний край науки, и пока тут тоже время для определенных суждений ещё не пришло.

Величина Ne исходит из допущения, совсем не очевидного, что для зарождения жизни нужна планета земной группы.

Вероятность реального зарождения жизни L… Многие исследователи полагают, что жизнь на Земле уникальна. Фрэнсис Крик (открывший двойную спираль ДНК) и ещё несколько нобелевских лауреатов считают, что жизнь вообще не могла зародиться на Земле и занесена к нам из космоса. Мне довелось участвовать в программе Президиума РАН, посвященной добиологической и ранним стадиям биологической эволюции (то есть происхождению жизни). И руководитель программы, академик Э. М. Галимов, поставил вопрос перед исследователями: «Каковы достаточные условия возникновения жизни?» Несмотря на серьёзные усилия многих ведущих специалистов, пока, судя по всему, эта задача ученым недоступна.

Об оценке двух остальных, ещё более экзотических слагаемых и речи нет.

Сильной стороной данной работы А. В. Турчина является серьёзное внимание к методологическим вопросам, им уделена довольно большая часть книги. И здесь, наверно, мне тоже стоит внести свою лепту. По-видимому, с понятием «вероятность» произошла аберрация восприятия. Поясню её на конкретном примере.

При оценке экономических, научно-технических, научно-технологических проектов, в том числе с высоким уровнем риска, начиная с XVI века, пользуются (вначале интуитивно, а затем и осознанно) формулой

, (6)

где S – ожидаемая полезность проекта; i – номер возможного сценария, по которому могут развиваться события; N – общее число рассматриваемых сценариев; pi – вероятность реализации i-го сценария; xi– прибыли или убытки в случае i-го сценария. И величина xi,и соответствующие вероятности – объективные величины, оцениваемые на основе предшествующего опыта. Актуарная математика создала соответствующие методики, и страховые компании ими пользуются. Это основа объективной оценки риска. (Проблемы, которые также рассматриваются в прикладной математике, связаны с анализом и модификацией формулы (6) в случае, когда S = ∞. В случае глобальных рисков мы имеем дело именно с этой ситуацией, если в j-ом сценарии речь идет об уничтожении всего живого, то S =  ∞).

Однако в ХХ веке при анализе поведения экономических агентов было выяснено, что люди, компании, государства, принимая решения, достаточно часто исходят из иного соотношения

, (7)

где М – число сценариев, принимаемых во внимание; gi(pi,xi) – субъективная вероятность, то есть представление лиц, принимающих решения, о вероятности i –го сценария; hi(pi,xi) – субъективная оценка прибылей и издержек в случае наступления i –го сценария.

Субъективная вероятность зависит от психологических установок руководителей, традиций, принятого законодательства и, во многом, её оценка парадоксальна. Например, психологические исследования показывают, что у большинства людей gi(pi,xi) = 0, если pi < 10 5, как бы не был велик ущерб. Иными словами, если, что-то случается с одним из 10 000, то человек обычно уверен, что с ним-то ничего подобного не произойдет1. То есть, субъективная вероятность – «тень» объективной вероятности, её подобие, подчас весьма далекое от оригинала.

  1. Xxi век: бессмертие или глобальная катастрофа

    Документ
    Футурология изучает вероятность реализации различных сценариев возможного и желаемого будущего человечества, опираясь на исторические закономерности, общественные тенденции и технологические достижения.
  2. А. В. Турчин Ответственные редакторы

    Реферат
    Риск существованию – это тот риск, в котором негативный исход или уничтожает возникшую на Земле разумную жизнь, или необратимо и значительно сокращает её потенциал.
  3. Проблемы предотвращения глобальных рисков, угрожающих существованию человеческой цивилизации.

    Документ
    О.В. Иващенко. Изменение климата и изменение циклов обращения парниковых газов в системе атмосфера-литосфера-гидросфера - обратные связи могут значительно усилить парниковый эффект.
  4. «Риски, связанные с деятельность и технологическим прогрессом человечества»

    Реферат
    В своей работе, я расскажу о рисках вымирания человечества в XXI по книге А.В.Турчина «Структура Глобальной Катастрофы». Из книги было выбрано 9 глав,
  5. Нло как фактор глобального риска Алексей Турчин

    Документ
    В этой книге рассмотрены глобальные риски – то есть риски, могущие привести к полному вымиранию человечества, – связанные с проблемой НЛО. Хотя автор на 90 процентов уверен, что за НЛО не стоит некого принципиально нового феномена,
  6. А. Э. Еремеева Часть 2 Проблемы современных исследований в гуманитарных науках Омск ноу впо «ОмГА» 2011

    Документ
    Н34 сб. науч. статей : в 2 ч. – Ч. 2. Проблемы современных исследований в гуманитарных науках / под ред. А. Э. Еремеева. – Омск : Изд-во НОУ ВПО «ОмГА», 2011.
  7. Исследования общества: наука, эклектика, спекуляции (1)

    Документ
    С позиций актуальной антропологии рассмотрены некоторые положения теории познания и состояние современных исследований общественных процессов разными науками.
  8. Постмодернизм как «социальный солипсизм». Анализ с позиций актуальной антропологии (1)

    Документ
    Цель настоящей работы – попытаться выявить основные тенденции и механизмы естественного отбора, особенно влияние на них свойств информационной компоненты среды, в текущем социально – историческом процессе и понять уровень его рациональности
  9. Постмодернизм как «социальный солипсизм». Анализ с позиций актуальной антропологии (2)

    Документ
    В соответствии с тезисом Э.О. Уилсона, ни одно свойство человека и человеческого сообщества не должны противоречить биологическим законам, поэтому основой социально – исторического процесса во все времена была биологическая эволюция

Другие похожие документы..