Предисловие ко второму изданию

Предисловие ко второму изданию*

Первое издание этой книги вышло в 1962 г. С тех пор опыт текстологического изучения древней русской литературы значительно возрос. Пришлось сделать различные добавления и разъяснения.

Первое добавление разъясняет новыми соображениями, почему недопустимо пользоваться приемами механистической текстологии, основывать историю текста на подсчетах разночтений. Дело в том, что хотя исторический принцип в подходе к тексту явно одержал верх, многие текстологи думают, что ключ к истории текста может заключаться в численных подсчетах.

Второе добавление касается понятия «конвоя». Введенное мною понятие текстологического конвоя принято сейчас во всех странах, где изучается история текста произведений, сохранившихся во многих списках. И вот, преувеличивая значения исследования конвоя, многие текстологи регистрируют любое текстологическое сопровождение текста в составе сборников и делают на этой основе далеко идущие выводы. Между тем конвой может давать лишь дополнительный, подкрепляющий основные выводы материал — выводы, добытые прежде всего на основе изучения самого текста произведения. Изучение текстологического конвоя — второстепенно и дополнительно, иногда указывает на причины изменений текста, но основные выводы по истории текста никак не могут подменяться изучением конвоя.

Третье принципиальное добавление касается проблемы «авторской воли». Хотя для русской литературы древнейшего периода (примерно до XVI в.) проблема авторской воли не играет существенной роли, она важна и рассмотрение ее может пригодиться для тех читателей этой книги, кто будет пользоваться ею для аналогий при изучении текста восточных литератур или новых западноевропейских.

Другие добавления и изменения в этой книге главным образом улучшают текст и облегчают его понимание.

Дискуссия, возникшая после появления первого издания этой книги по поводу понимания того, что представляет собой текстология, какие перед ней стоят задачи и какова ее роль в литературоведении, лишь укрепили меня в моих взглядах и не побудили перерабатывать текст1.

Напомню читателям, что помимо этой книги вышла моя небольшая книга: «Текстология. Краткий очерк». М.; Л.: Наука, 1964. 102 с.

Эта последняя книга переведена на сербохорватский язык: «Текстологиjа. Кратак оглед». Превела Љубица Штављанин-Ђорђевић. Ред. М. Панић-Суреп. Београд, «Научна књига», 1966. 78 с.

На немецком языке изложение моих взглядов на текстологию см.: Grundprinzipen textologischer Untersuchungen der altrussischen Literaturdenkmäler // Texte und Varianten. Probleme ihrer Edition und Interpretation. Hrsg. von G. Martens und H. Zeller. München, С. Н. Beck'sche Verlagsbuchhandlung, 1971. S. 301–315.

В научной подготовке текста книги для второго издания большую помощь оказал мне д-р филол. наук О. В. Творогов. Им проверена и обновлена библиография, удалены ссылки на устаревшие работы, введены многие исправления и уточнения. Приношу ему очень большую благодарность.

Предисловие к первому изданию

Что в этой книге главное?

Читатель найдет в книге несколько общих положений, которые пройдут в ней через все главы, и об этих положениях не стоит говорить заранее. Но об одном в книге я не говорю: это о месте текстологии среди филологических дисциплин. Между тем это важно: книга должна способствовать кристаллизации текстологии как самостоятельной, а не «вспомогательной» науки. И это соответствует общей линии научного развития. Разделение наук на добывающие материал и его обрабатывающие отходит в прошлое. Именно на этом разделении основывался и тот методологический разрыв, который существовал в советской науке между науками «вспомогательными» и «основными»2. Сейчас этот методологический разрыв постепенно заполняется.

Современная наука включает в себя все больше и больше самостоятельных наук — наук равных между собой и тесно друг с другом связанных. Этот путь развития можно наблюдать в археологии, палеографии, нумизматике, сфрагистике. Сходный путь развития имеет и текстология, становящаяся наукой изучающей историю текста и неразрывно связанной с исторической наукой, литературоведением, историей общественной мысли, палеографией и пр. Самостоятельность текстологии как науки и ее тесная связь с другими науками особенно четко определилась, как это мы увидим в дальнейшем, в той ее отрасли, которая изучает русскую литературу XI–XVII вв. В изучении исторических источников задачи текстологии механически и крайне неточно разделены между источниковедением и археографией.

Русская текстология обладает очень большими достижениями. У нас имеются превосходные, исключительные по сложности и тонкости исследования истории текста летописей, тщательные и искусные издания отдельных памятников древнерусской литературы, исторических документов, классиков русской литературы XIX в. Однако наряду с указанными высокими практическими достижениями некоторые текстологические исследования и издания текстов выполнены на самом примитивном уровне, никак не отвечают требованиям современной текстологии.

До сих пор число изданий древнерусских памятников литературы, стоящих на уровне современных научных требований, крайне ограниченно. Нет научных изданий очень многих летописей (Софийских, Новгородских второй и третьей, а также пятой, Тверского сборника, Летописца русских царей и мн. др.), повестей3. Неизданными остаются Великие Четьи-Минеи Макария, не имеет вполне научных изданий и вся прочая житийная литература. За исключением произведений Кирилла Туровского, остается вне научных изданий вся ораторская проза древней Руси и мн. др.

Между тем текстология — и в своей теоретической, и в своей практической части — база литературоведения и исторического источниковедения. Если есть достижения, то особенно нетерпимыми становятся недостатки.

Одна из причин, почему достижения одних текстологов не используются другими, заключается в том, что русская научная литература очень бедна теоретическими работами по текстологии, в результате чего обмен текстологическим опытом происходит крайне слабо.

Назначение этой книги — обобщить опыт текстологии, накопившийся у специалистов по древнерусской литературе. Автор надеется, что этот опыт окажется полезным и для текстологов, работающих в других областях. Для специалистов же по древней русской литературе обобщение их текстологической практики крайне необходимо для передачи опыта молодым ученым.

Само собой разумеется, что в первую очередь полезен только положительный опыт. Вот почему к полемике и к отрицательным примерам из текстологической практики исследователей древнерусских литературных памятников автор прибегал лишь в редких случаях, тогда, когда не было иных способов пояснить свою мысль.

Главным образом в книге используется опыт текстологической работы сотрудников Сектора древнерусской литературы Института русской литературы (Пушкинского Дома) АН СССР.

Автор надеется, что широкий обмен опытом поможет русской текстологии стать из суммы практических приемов самостоятельной научной дисциплиной.

Автор благодарит за помощь и указания В. П. Адрианову-Перетц, Я. С. Лурье, А.Д. и В. С. Люблинских, С. Н. Валка, а также О. В. Творогова, составившего указатели к книге.

Список сокращений

АН — Академия наук.

БАН — Библиотека Академии наук СССР.

Волокол // Волоколамское собрание. Ныне в Российской государственной библиотеке.

ГАИМК — Государственная Академия истории материальной культуры.

ГИМ — Государственный Исторический музей.

ГБЛ — Государственная библиотека им. В. И. Ленина (Москва, ныне РГБ – Российской государственной библиотеке).

ГПБ — Государственная Публичная библиотека имени М. Е. Салтыкова-Щедрина (Ленинград, ныне РНБ – Российская национальная библиотека).

ЖМНП — Журнал Министерства народного просвещения.

ЛЗАК — Летопись занятий Археографической комиссии.

ЛОИИ — Ленинградское отделение Института истории Академии наук СССР (ныне СПЬ ФИРИ – Санкт-Петербургский филиал Института русской истории).

МГАМИД — Московский Главный архив Министерства иностранных дел.

ОИДР — Общество истории и древностей российских.

ОИФ — Отделение истории и философии Академии наук СССР.

ОЛДП — Общество любителей древней письменности.

ОЛЯ — Отделение литературы и языка.

ООН — Отделение общественных наук.

ОРЯС — Отделение русского языка и словесности.

ПДПиИ — Памятники древней письменности и искусства.

ПСРЛ — Полное собрание русских летописей.

РАН — Российская Академия наук (ныне Библиотека РАН).

РАНИОН — Российская ассоциация научно-исследовательских институтов общественных наук.

РИБ — Русская историческая библиотека.

СОФ — Софийское собрание РНБ.

ТОДРЛ — Труды Отдела древнерусской литературы Института русской литературы Академии наук СССР.

ЦГАДА — Центральный Государственный архив древних актов (ныне РГАДА – Российский архив древних актов).

Введение

Кризис литературоведческой механистической текстологии

Современная зарубежная текстология, изучающая памятники, известные во многих списках (средневековые, западноевропейские, классические, восточные и т. д.), находится в состоянии затяжного кризиса. Спор между сторонниками методов К. Лахмана и Ш. Бедье, продолжающийся около 90 лет, до сих пор не привел к видимым положительным результатам и породил множество скептических высказываний относительно отдельных текстологических проблем и самой возможности существования текстологии как науки.

Показательны в этом отношении мысли известного текстолога А. Хаузмана. Еще шестьдесят лет назад А. Хаузман писал: «Человек, обладающий здравым смыслом и рассудком, не должен ожидать от изучения статей и лекций по критике текста чего-либо, что он не мог бы, имея прилежание и трудолюбие, добыть для себя самостоятельно... Критик текста, занятый своей работой, отнюдь не напоминает Ньютона, исследующего движение планет: скорее он похож на собаку, охотящуюся за блохами. Если собака охотится за блохами на основе математических принципов, она никогда не поймает блоху, разве что случайно... Если собака хочет с успехом ловить блох, она должна быть быстрой и чуткой. Не стоит носорогу охотиться за блохами: он не знает, где они, и он не поймает их, если и узнает». Далее А. Хаузман пишет: «Предполагают, что существует прогресс в науке критики текста, и наиболее легкомысленные последователи этой мысли говорят о “старых ненаучных днях”. Старое ненаучное время продолжается вечно; оно на том же месте и теперь; оно обновляется ухом, которое воспринимает формулы, и языком, который их выговаривает, и умом, который пуст для размышлений и задавлен самодовольством. Прогресс был, но где он? В лучших интеллектах: толпа не разделяет его. Такой человек, как И. Скалигер, живи он в наше время, был бы теперь лучшим критиком текста, чем Скалигер прошлого; но мы никогда не будем лучшими критиками текста, чем Скалигер, только потому что мы живем в наше время»4. Характерно, что американский текстолог Э. Хем свою обобщающую статью, предназначаемую для ознакомления студентов с основами текстологии, полемически назвал «Критика текста и здравый смысл»5.

Крайне пессимистический взгляд на текстологию высказывает и Е. Винавер: Последние исследования в области критики текста знаменуют конец вековой традиции. Остроумная техника изданий, развитая великими мастерами девятнадцатого столетия, так же устарела, как физика Ньютона, и работа поколений текстологов потеряла значительную часть своей ценности. Больше невозможно классифицировать рукописи на основании общих ошибок; генеалогические стеммы6 потеряли свой авторитет и одновременно исчезла вера в сводные критические тексты»7.

В суждениях зарубежных ученых текстология часто выступает как искусство, как «игра без правил», а не как наука. Считается, что текстолог не должен знакомиться с теорией текстологии, с суждениями выдающихся критиков текста и может ограничиваться в своей работе «здравым смыслом», заменяя им опыт своих предшественников и научную традицию.

О разочаровании в научно-критических изданиях свидетельствует и заметное увеличение за последние десятилетия изданий памятников по одному списку (с разночтениями или даже без разночтений по другим).

Существуют некоторые общие причины плачевного положения текстологической науки за рубежом. Текстология «подавлена» практическими задачами издания текстов. Это отрицательно сказывается на развитии теории. Опыт текстологов еще в значительной мере передается методами, принятыми в средневековом ремесле: устно, от учителя к ученику. Опыт редко выходит за пределы практических навыков. Теоретические исследования по текстологии выходят редко. Вот почему в текстологии образовались замкнутые школы и очень мало сказывается общее развитие науки.

Но текстология за рубежом не просто отстает или медленно движется вперед: ясно определились признаки кризиса. Растущий скептицизм связан и с тем, что в разрешении некоторых основных вопросов текстология зашла в тупик и что образовавшимся различным направлениям в текстологии с гораздо большим успехом удается дискредитировать друг друга, чем утвердить себя.

  1. Предисловие ко второму изданию (4)

    Документ
    В 1977 году, когда эта книга была написана, в Соединенных Штатах в моде были сила и мышцы. Книги с такими названиями, как “Запугивай и победишь” или “Как стать Номером Первым” возглавляли списки бестселлеров,
  2. Предисловие ко второму изданию сегодня, через двенадцать лет после первой публикации "100 биографий", эта книга по-прежнему пользуется спросом и переводится на (1)

    Книга
    ПРЕДИСЛОВИЕ КО ВТОРОМУ ИЗДАНИЮ Сегодня, через двенадцать лет после первой публикации "100 биографий", эта книга по-прежнему пользуется спросом и переводится на иностранные языки Так почему бы не выпустить новое, исправленное издание сборника7
  3. Предисловие ко второму изданию сегодня, через двенадцать лет после первой публикации "100 биографий", эта книга по-прежнему пользуется спросом и переводится на (2)

    Книга
    оценка сравнительной важности различных политических лидеров. Людям всегда свойственно переоценивать значимость современных им глав государств. Они зачастую кажутся нам чуть ли не гигантами, и в то же время мы часто забываем государственных
  4. Предисловие ко второму изданию (2)

    Документ
    Преодоление общего недоразвития речи у детей : Кн. для логопеда / Н.С. Жукова, Е.М. Мастюкова, Т.Б. Филичева. Екатеринбург : ООО «КнигоМир», 2011. - 320 с.
  5. Предисловие ко второму изданию (1)

    Документ
    В 1977 году, когда эта книга была написана, в Соединенных Штатах в моде были сила и мышцы. Книги с такими названиями, как “Запугивай и победишь” или “Как стать Номером Первым” возглавляли списки бестселлеров, а девиз продавцов компании
  6. Предисловие ко второму изданию «Рабочей концепции одаренности» (1)

    Документ
    Разработка и издание Концепции осуществлены по заказу Министерства образования Российской Федерации в рамках и на средства федеральной целевой программы «Одаренные дети».
  7. Предисловие ко второму изданию «Рабочей концепции одаренности» (2)

    Документ
    Богоявленская Д.Б. (ответственный редактор), Шадриков В.Д. (научный редактор), Бабаева Ю.Д., Брушлинский А.В., Дружинин В.Н., Ильясов И.И., Калиш И.В.
  8. От редакции Предисловие к первому изданию Предисловие ко второму изданию

    Документ
    Каким образом человек, изучающий древнюю мудрость, может установить связь с настоящими источниками оккультной философии и духовного руководства? Какой путь поиска мудрости в настоящее время — самый надежный для тех, кто стремится к высшему знанию?
  9. Предисловие к первому изданию (2)

    Документ
    Автор этой книги — не эпидемиолог, не иммунолог, не вирусолог и не иной уважаемый и гордо звучащий в полемике о прививках «-лог» в смысле полученного высшего образования или последующей специализации.

Другие похожие документы..