Учебно-методический комплекс по дисциплине «работа журналиста в газете» Для студентов, обучающихся по направлению 520600 «Журналистика»

Лекция №26.

Художественно-публицистические газетные жанры

Фельетон. Это один из сатирических жанров, задача которого - обличение общественных пороков, недостатков, содействие их искоренению. Как и другие художественно-публицистические жанры, фельетон сочетает в себе понятийные и образно-выразительные средства.

Фельетон, как один из распространенных газетных жанров сатиры, использовался журналистами для решительной борьбы с пережитками, которые мешали общественной жизни. В дореволюционной печати фельетонист был одной из важных фигур среди журналистов разных специализаций. Фельетоны печатались в многочисленных юмористических и сатирических журналах – «Стрекоза», «Осколки», «Будильник», «Зритель», «Свет и тени» и др. В одном из них – «Осколках» - длительное время сотрудничал А.П. Чехов, ведя фельетонное обозрение «Осколки московской жизни». В 20-е годы ХХ века в нашей стране появляются сатирические издания «Крокодил», «Смехач», «Бегемот», «Лапоть», всего более двадцати журналов. Некоторые из них просуществовали недолго, а вот «Крокодил» оказался долгожителем. На своих страницах он обличал расхитителей общественной собственности, рвачей, бюрократов, высмеивал проявления чванства, угодничества, пошлости. Слава и авторитет этого издания в советское время были бесспорны. Однако в годы реформ среди его сотрудников не оказалось людей с рыночной хваткой, настоящих бизнесменов, и журнал, чтобы не закрыться, был продан. Новые хозяева, не понимая его сатирической природы, взялись печатать в «Крокодиле» интервью со звездами, телепрограмму, светскую хронику и т.д., что привело к его окончательному упадку и закрытию.

В 2001 г. несколько бывших сотрудник старого «Крокодила» решили возродить журнал, назвав его «Новый Крокодил». В формате А-4, наполненный разными малоинтересными комиксами, он сначала выходил один раз в месяц, потом два, а с середины 2003 г. – еженедельно. Тираж вырос до 40 тысяч экземпляров. К сожалению, «Новому Крокодилу», так же как и старому, не повезло с инвесторами. За три года сменилось три владельца и, соответственно, три главных редактора. Последним инвестором стала небольшая рекламная фирма «Медиаконтроль», целью которой было купить бренд, раскрутить издание и выгодно перепродать. Первые два пункта плана выполнить удалось, а последний – нет. Потенциальным покупателям не нравились две вещи. Первое – приставка «Новый» в названии журнала. Второе – цена. За контрольный пакет акций журнала, не отягощенного собственностью, но отягощенного типографскими долгами, просили 400 тысяч долларов. Притом что стоил он тогда по меньшей мере в десять раз дешевле, подчеркивает А. Молчанов, обозреватель сетевой газеты «Взгляд». Последний номер «Нового Крокодила» вышел в октябре 2004 г.

И вот в октябре 2005 г. – еще одна попытка. Редактор С. Мостовщиков и команда отнеслись к выпуску с юмором – стали продавать журнал в непрозрачном пакете из коричневой оберточной бумаги и вкладывать туда какой-нибудь сувенир для читателя. На пакете первого номера кроме названия журнала был тревожный заголовок: «Нефти в стране осталось на два дня», стр.9, далее шел рисунок лавровой ветви и слова: «Внимание! Содержит лавровый лист от компании «Главпродукт. Российские консервы». При вскрытии в пакете действительно оказались три лавровых листика, а вот материала о нефти на указанной странице не было. Была только эта фраза в маленьком трагифарсе с ненормативной лексикой. Сам журнал близок к формату А-3, 48 страниц, на желтой газетной бумаге, черно-белый по цене 100 рублей. Увы, чтение материалов улыбок и смеха не вызывает. Мрачное оформление довершает тяжелое впечатление. Видимо, все остроумие ушло в придумку пакета и сувениры. Кстати, во втором номере читателю предложили стельки.

Фельетонист пользуется различными выразительными средствами при написании материала - сатирической метафорой, иронией, сарказмом, гротеском, вводит юмористические элементы. Но его задача - не рассмешить читателя, а вызвать у него определенные чувства, мысли, по отношению к отрицательным общественным явлениям. Это может быть и гнев, и презрение к носителям зла. При подготовке фельетона журналисту важно выбрать правильную идейно-политическую позицию, оценить собранные факты с точки зрения их социальной сущности, точно определить размеры обличаемого зла, чтобы не впасть в преувеличение, сгущение красок, а также определить тон изложения материала. Злая сатира, которая вызывает негодование у читателей, достигается не грубыми словами или окриками в адрес героев фельетона, а глубоким обнажением корней зла, авторским объяснением, осмыслением, обобщением. Это дает сатирическая типизация, с помощью которой журналист создает собирательной образ, отражающий основные черты распространенных отрицательных явлений, бытующих в нашем обществе. Для этого он наряду с точными фактами использует и авторский домысел – воображаемые диалоги, эпизоды, которые отражают возможные поступки героя, исходя из его качеств, и тем самым делают образ более ярким.

Особенно часто это встречается в фельетоне без конкретного адреса, по форме приближенном к рассказу. Вместе с тем и в фельетоне с конкретными адресами, фамилиями, фактами важно достигать сатирической типизации.

Памфлет. Этот сатирический жанр отличается от фельетона более острой сатирической окраской, нередко внешнеполитической направленностью. Это один из широко применяемых жанров в арсенале газетных форм журналиста-международника. В отличие от фельетона, который строится на одном или группе близких друг другу фактов, явлений, у памфлета более широкий масштаб. Его назначение - вести огонь по системе взглядов, вскрыть существенное в политике врага, в его идеологической концепции, в его методах действия. Памфлет часто используется журналистами партийной прессы при отстаивании собственных взглядов и критике системы взглядов других партий. Этот жанр отличается убийственной иронией, едким сарказмом, разящим идейных противников. Много памфлетов публиковалось в советской прессе в годы Великой Отечественной войны, в них памфлетисты подвергали беспощадной критике фашизм и его главарей. Их безжалостное разоблачение и осмеяние, презрение и насмешка возбуждали у читателей глубокое чувство ненависти к врагам.

В последнее десятилетие ХХ века в российской журналистике также было опубликовано большое количество памфлетов. С помощью этого жанра противоборствующие политические силы демократов и оппозиции вели ожесточенную борьбу за умы читателей, слушателей, зрителей. Особенно яростно это происходило в ходе предвыборных кампаний, когда нужно было склонить аудиторию, превращавшуюся в этот момент в электорат, в ту или иную сторону. Нередко такие кампании переходили в открытые информационные войны. Памфлет использовался в них как одна из форм эффективного информационного оружия.

Очерк. Это главный художественно-публицистический газетный жанр, включающий в себя все функции СМК с преобладающей функцией воспитания. Этот жанр занимает как бы промежуточное место между журналистикой и литературой. Его с успехом используют и газетчики, и писатели. От других газетных жанров он отличаются большей образность, художественностью, а от литературных жанров – документальностью, точным адресом событий, конкретными фамилиями героев. Такое сочетание образности и документальности дает журналисту широкую палитру красок, приемов и средств для полного и глубокого отражения окружающей действительности. Очеркист должен рассказывать, прежде всего, о человеке, личности, о новых явлениях. И делать это увлекательно, ярко и коротко, обобщать заметные жизненные факты. Очерки интересны читателям тем, пишет А.А. Тертычный в книге «Жанры периодической печати» (М., 2002), что дают им возможность сравнить свою жизнь с жизнью героев публикаций, сверить свои цели с целями других людей, что в известной мере помогает им ориентироваться в этом мире, и, возможно, корректировать свои действия, образ жизни.

Очерк в отличие от заимствованных из зарубежной журналистики жанров интервью, репортажа, фельетона, памфлета и других (что отражается в самом их названии) считается жанром отечественным. Его имя происходит от глагола «очерчивать». Известные русские писатели были также прекрасными очеркистами. В их числе М.Е. Салтыков-Щедрин, А.И. Герцен, Г.И. Успенский, В.Г. Короленко, А.М. Горький, В.А. Гиляровский и другие. Среди советских мастеров этого жанра – М.Е. Кольцов, М.С. Шагинян, Б.Н. Полевой, К.М. Симонов, В.В. Овечкин, И.А. Рябов, А.А. Аграновский, В.М. Песков, Г.Н. Бочаров,И.А. Васильев, Б.Г. Стрельников.

Нередко очерки становятся основой для больших художественных полотен. Продолжая работать над материалом, собирая новые факты, обобщая и осмысливая их, автор создает повесть, роман. Так из очерков родились известные сегодня всем «Повесть о настоящем человеке» Б. Полевого, «Молодая гвардия» А. Фадеева, «Чапаев» Д. Фурманова, «Педагогическая поэма» А. Макаренко, многие произведения К. Паустовского, М. Пришвина и других писателей.

Задумывая написать очерк, журналист ставит перед собой задачу показать путем создания образа современника, его деятельности достижения нашего общества, его материальные и духовные ценности, очертить, сделать набросок, по словам М. Горького, жизненных ситуаций, в которых утверждает себя человек. Герои очерка, как правило, люди действия, не изолированные от общества, а рассматриваемые во всем богатстве их социальных связей. Наиболее интересны очерки, в которых герои отстаивают свои ценности, преодолевая трудности, когда наиболее ярко раскрывается их характер. Такие образы нередко служат примерами для подражания. Собственно, воспитательный эффект данного жанра в этом и заключается. В годы Великой Отечественной войны подвиги солдат, летчиков, моряков, партизан, описанные журналистами в периодической печати (очерки о Николае Гастелло, Александре Матросове, Александре Покрышкине, Зое Космодемьянской, Лизе Чайкиной, Александре Чекалине, молодогвардейцах и других героях), повторяли сотни бойцов на разных фронтах. Военные очерки о мужестве советских людей сыграли свою роль в разгроме врага.

В отличие от художественного повествования в тексте очерка автор, прерывая рассказ о герое, может непосредственно обращаться к читателю, прямо высказывая свое отношение к изображаемому, что дает ему неограниченные возможности в ocмыслении, объединении самых разнообразных фактов и явлений, далеко отстоящих друг от друга в пространстве и во времени. Именно эти авторские размышления часто являются структурообразующими элементами очерка, основным композиционным стержнем, вокруг которого и идет группировка всего собранного материала. Бывает, что автор действует в очерке наряду со своим героем, что придает материалу еще больше документальности, доверия со стороны читателей.

Если очерк принадлежит перу мастера, подчеркивал Борис Полевой, то в нем есть все признаки рассказа, новеллы. Он отличается хорошим литературным языком, в нем есть и портретные характеристики, и яркое описание пейзажа. И строится он по схеме, по которой строится художественное произведение: экспозиция, завязка, развитие действия, кульминация – точка наивысшего напряжения, развязка. Наконец, хороший очерк иногда имеет и сюжет. Все это обусловлено тем, что очеркист обычно показывает явление, а не рассказывает о нем, как это обычно делает автор заметки, корреспонденции, статьи.

Современные исследователи считают, что сущность очерка во многом предопределена тем, что в нем соединяется репортажное (наглядно-образное) и исследовательское (аналитическое) начало. Причем «развернутость» репортажного начала воспринимается как преобладание художественного метода, в то время как упор автора на анализ предмета изображения, выявление его взаимосвязей выступает как доминирование исследовательского, теоретического метода. Соответственно в ходе их применения создается или преимущественно-художественная, или преимущественно-теоретическая концепция отображаемого предмета. И уже в рамках той или иной концепции собираются или «перерабатываются» эмпирические факты. Именно непроясненность названного обстоятельства долгое время служила исходным моментом горячих споров о том, относится ли газетный (журнальный) очерк к художественным произведениям или же – к документально журналистским.

Преобладание в ходе подготовки очерка того или иного метода зависит прежде всего от цели и предмета исследования. Так, если предметом исследования выступает какая-то проблемная ситуация, то целесообразным для ее исследования будет теоретический метод. Если же предметом журналистского интереса стала личность, то более подходящим для выявления ее характера будет художественный метод, позволяющий более естественным путем проникнуть в психологию личности, без представления о которой трудно судить о достоинствах или недостатках любого человека, в том числе и героя очерка, пишет А.А. Тертычный. Первым методом в своем творчестве широко пользовался известный журналист газеты «Известия» Анатолий Аграновский, в основе очерков которого часто стояла важная проблема. Ко второму методу был склонен в своих очерках журналист «Комсомольской правды» Василий Песков, потому что в центре его материалов были интересные личности.

Сила воспитательного воздействия очерка состоит в том, что полюбившийся читателям герой очерка живет среди них, у него есть конкретный адрес, ему можно написать письмо, позвонить, встретиться, обменяться мыслями, чувствами. Между героем очерка и аудиторией устанавливается прямая связь, которая может продолжаться многие годы.

Примером может служить очерк Г. Бочарова «Heпобежденный», в котором автор рассказывает о военном летчике, тридцатилетнем капитане ВВС Юрии Козловском, повторившим в 1970-е годы подвиг Алексея Маресьева. Очерк написан в скупой манере, некоторые места – в телеграфном стиле. Композиция построена на чередовании монологов героя и описании его действий. Сюжет прост и трагичен. Летчик неудачно катапультировался из гибнущего самолета, который он испытывал. Результат – открытые переломы обеих ног. Вокруг тайга, почти 30-градусный мороз. Три дня и три ночи он полз, теряя сознание, впадая в забытье. Он поставил себе цель выжить, чтобы выполнить свой долг – рассказать о самолете. И спасти тех, кто должен лететь завтра. Когда его нашли, началась борьба за жизнь: ампутация обмороженных ног, через несколько дней – реампутация (дальнейшее отсечение конечностей), т.к. гангрена прогрессировала. Внезапно развилась прободная язва двенадцатиперстной кишки. Потребовалась желудочная операция. Затем наступила почечная недостаточность. Позже открылось кровотечение в желудке. «Врачи не удивлялись осложнениям – организм прошел через редкие испытания. Врачей удивлял сам летчик. А он решил для себя важнейший вопрос. «Если я остался без своего дела, - размышлял он, - значит, я должен его найти в себе. Новое дело на этот период моей жизни я должен искать сам в себе. И я его уже, кажется, нашел. Выздоровление – вот мое дело. Помощь врачам – вот мое дело. Если я хорошо буду делать это свое дело, я непременно возвращусь к главному делу – к моей авиации» (Бочаров Г. Непобежденный. М.: Молодая гвардия, 1978. С.13).

Его переправили в Военно-медицинскую академию в Ленинград. «Тележка, коридор, наркоз – операция. (Пятая в Ленинграде)»… «Тележка, коридор, наркоз – операция. (Шестая). На обеих ногах одновременно. 300, 400, 500 дней на койке. Пятьсот дней позади – неизвестно, сколько впереди»… «Через 700 дней Юрий Козловский и его мать покидали Ленинград… Год ушел на тренировки. Сейчас он отлично выглядит. Ходит, как прежде, - о протезах не догадаешься».

Мужество и стойкость героя очерка, победившего смерть, перенесшего более десяти операций и снова вернувшегося к работе, потрясла читателей. Козловскому и в редакцию «Комсомольской правды», где был опубликован это материал, пришли тысячи писем и приходили даже спустя годы после его публикации. Их авторы выражали самые глубокие чувства, писали о том, какую роль сыграл подвиг летчика в их жизни. Эти же письма помогли и самому Юрию Козловскому справиться со своим недугом. «Не боюсь произнести: Вы мне дали заряд на всю жизнь. Спасибо Вам. Наташа Волкова, Ленинград». «Может быть, Юрий согласится стать медиком? Мои больные стали быстрее выздоравливать, прочитав о нем в «Комсомолке». Е. Лихонина, Барнаул». «Таким, как Юра Козловский, надо при жизни ставить памятники – слишком многим из нас они помогают стать людьми. Л. Мельникова, Орел». «Мы, ученики 9-го класса, не стали обсуждать очерк, просто молча разошлись, подавленные случившимся и возвеличенные огромным мужеством этого человека. Мы думаем о нем. 9-й класс «А». СШ №41. Ставрополь».

Подытоживая подборку писем, приведенных в сборнике после очерка, автор пишет «Юрий читает письма и, читая, испытывает волнение, с которым трудно справиться. Это волнение, может быть, и есть главный источник его силы и силы любого другого открытого человеческого сердца, познающего свою сущность и возможности в борьбе, общении и понимании. Видимо, так оно и есть, ибо из всех пустынь мира, жаждущих жизни, самая большая и самая жаждущая пустыня – человеческое сердце».

Геннадий Бочаров, будучи корреспондентом «Комсомольской правды» в 1970-е гг., написал много материалов о поведении человека в исключительно сложных обстоятельствах, когда наиболее ярко раскрываются все его качества характера. «До конца своих дней, - писал он в предисловии к сборнику своих очерков, - человек, знакомясь с историей чьего-то предательства или преступления, ненавидит того, кто несет зло. В ненависти есть пламя, оно очищает. Но когда человек узнает о мужественном поступке другого человека, он, как правило, испытывает желание повторить подвиг, быть похожим на сильного. В этом желании пламени больше, чем в гневе – оно и устойчивей и долговечней. Главный смысл рассказов о человеческом благородстве и мужестве - в пробуждении именно этого пламени, этого желания. В противном случае никто бы не стал заниматься пустым делом: рассказывать людям о спасении одной жизни, когда столько жизней вокруг еще обрывается так неожиданно и нелепо» (Бочаров Г. Непобежденный. М.: Молодая гвардия, 1978. С.1).

Еще один пример того, как очерк нашел горячий отклик в сердцах читателей, вызвал у них ответную инициативу и получил свое дальнейшее продолжение в жизни - публикация материала «Браты» Ю. Роста в «Литературной газете» (2.12.1981). В этом очерке автор рассказал о десяти братьях Лысенко, которых мать проводила на войну и которые (редкий случай!) все живые вернулись после Победа домой. А кроме сыновей у Евдохи Лысенко было eщe семь дочек. В конце материала, воздавая должное простой многодетной крестьянке, автор предложил поставить ей в селе памятник, тем более что росту она была маленького, и бронзы на нее уйдет немного. Как позже писал очеркист, газета получила много писем, где читатели высказывали готовность принять участие в сооружении памятника. Журналист готовился поблагодарить авторов писем и выразить надежду, что памятник Матери когда-нибудь будет установлен, как вдруг получил письмо на официальном бланке Днепропетровского машиностроительного завода им. В.И. Ленина, где сообщалось, что рабочие завода просят согласия отлить безвозмездно памятник. Публикация этого письма вызвала новый поток почты. Тогда газета и местные власти объявили конкурс на лучший проект памятника Матери. Никаким гонорарным фондом организаторы не обладали, тем не менее, в редакцию пришли десятки эскизов. В результате через два с половиной года в украинском селе Бровахи был открыт памятник Евдокий Лысенко, матери десяти солдат, поставленный всем миром («Литературная газета», 9.05.1984).

Хотя и говорят, что газета живет один день, хорошие публикации остаются в памяти читателей на долгие годы. Их выпускают в виде книг, перепечатывают спустя десятилетия. Потому что они не теряют своей силы, продолжают волновать людей, конкурировать с современной журналистикой. Так случилось и с материалом Юрия Роста. К 60-летию Победы его вновь опубликовала «Новая газета» (5.05-11.05.2005) в специальном выпуске «Окопная правда». Спустя 24 года после первой публикации на читателей со снимка снова серьезно смотрели браты – Хтодось, Петро, Иван, Василь, Михайло, Степан, Николай, Павло, Андрей и Александр.

То же самое можно сказать и об очерке Василия Пескова «Побег» - о дерзком, почти фантастическом побеге советского летчика Михаила Девятаева и его товарищей на немецком самолете из фашистского плена. Опубликованный в «Комсомолькой правде» в 1985 г., вошедший во многие публицистические книги автора, он в 2001 г. снова был перепечатан газетой «Советская Россия» в майские победные дни (11.05, 2001). И уже новое поколение читателей переживало все перепетии сложой военной судьбы летчика.

Виды очерка. Портретный очерк - наиболее распространенный вид этого жанра. Задача автора в данном случае - создать портрет «героя» нашего времени, на примере жизни и деятельности которого можно воспитывать новые поколения читателей. И если раньше, при советской власти, большинство очерков посвящалось людям труда - шахтерам, металлургам, комбайнерам, дояркам, строителям, то сегодня эти персонажи практически не появляются на газетных и журнальных страницах. Их место заняли бизнесмены, предприниматели, спортсмены, представители шоу-бизнеса.

Событийный очерк в отличие от портретного посвящен не отдельной личности, а жизненному явлению, важному, общественно значимому событию, в связи с которым раскрываются духовные качества его участников. Событийный очерк, как правило, пишется оперативно, по горячим следам тех или иных событий, в нем присутствует черты, свойственные жанру репортажа. Задача автора – рассказать о событии так, чтобы читатель как бы сам побывал при совершении описываемого, как бы сам все это увидел.

Путевой очерк - один из самых давних видов очерка. Главная его особенность состоит в постепенном развертывании объекта описания. Автор, как правило, является одним из героев повествования. Из всего множества дорожных встреч, наблюдений, он отбирает наиболее характерные, социально значимые. В жанре путевого очерка написаны «Остров Сахалин» А Чехова, «Фрегат «Паллада» И. Гончарова, «Земля за океаном» В. Пескова и Б. Стрельникова. Данный вид очерка обладает широкими возможностями – он может включать в себя черты и портретного, и событийного очерков. Сегодня он весьма востребован: многие рекламные издания охотно публикуют путевые очерки о дальних странах, экзотических красотах, предлагая, таким образом, читателям воспользоваться услугами многочисленных туристических фирм. Появилось немало журналов, полностью посвященных туризму, отдыху, путешествиям, в которых этот жанр является ведущим.

Работа над очерком начинается с выбора темы. Ее журналист может получить от редактора или заведующего отделом, а может придумать и сам. Редакционная практика показывает, что инициативный, творческий работник не дожидается указаний сверху, в его записных книжках много тем, написанных впрок, на будущее, и он сам предлагает газете ту или иную актуальную тему.

Каждый очерк требует достаточно серьезной предварительной подготовки. Если это портретный очерк о человеке определенной профессии, то важно получить о ней какое-то представление еще до встречи с героем, чтобы лучше понимать его проблемы. Если действие происходит в прошлом, важно знать исторический контекст, в котором жил и действовал объект очерка. Тогда станут более понятны его поступки. Короче, журналист должен поработать с книгами, подшивками газет, различными документами, другими источниками информации.

Существенно отличается работа над очерком о человеке, живущем сейчас, и людях, уже ушедших из жизни. В первом случае журналист встречается с героем и получает личные представления о нем, которые нельзя заменить ничем. Во втором – это встречи с теми, кто близко знал героя, и может о нем рассказать, работа с документами.

Автор данной книги в бытность свою газетчиком писал очерки и о живых, и о мертвых. Живые герои очерка помогали значительно расширить тему, а то и сделать в ней определенный поворот, взглянуть под другим углом зрения. Например, материал об одном солисте хора ветеранов, пенсионере Дмитрии Ивановиче Гацуле кардинально поменял свое направление, когда герой, перебирая собственный архив, раскрыл истершуюся на сгибах до дыр бумажку. Это была выписка из протокола заседания бюро Петрово-Марьинского райпарткома 1926 года. Под ней стояли две подписи – моего героя как секретаря, и Н.С. Хрущева как председателя. Оказывается, Дмитрий Иванович с Никитой Сергеевичем в те годы боролись против троцкистов, организовывали школы социального воспитания, ликбезы, вовлекали народ в МОПР (Международную организацию помощи революционерам). Разумеется, мимо таких фактов пройти было нельзя. В результате был написан очерк не о солисте хора ветеранов, а о молодом деревенском парне, который организовывал коммуну «Воля», осваивал трактор «Фордзон».

При написании очерка «Последнее пике» («Советский воин», 1981, №1) о 19-летнем летчике Герое Советского Союза Евгении Михайлове, погибшем в 1944 году, сбор материала шел совсем иным путем. Автору пришлось встретиться с его родными – матерью, сестрой, которые рассказали о детстве и школьных годах героя очерка, его увлечении аэроклубом. Бывший командир эскадрильи, в которой служил Евгений, много рассказал о его боевых успехах, о его последнем вылете. Но для очерка этого было мало. Документальное повествование о летчике-истребителе требует показать его в деле – в воздушном бою. Именно через несколько боевых эпизодов и выстраивался образ героя очерка.

Однако журналисту, летавшему только на гражданских самолетах в качестве пассажира, написать это без серьезного изучения вопроса невозможно. Пришлось ходить в военный отдел Библиотеки им. В.И. Ленина и читать учебную литературу тех лет – наставления по воздушному бою, инструкции стрелку-радисту, устройство наших и немецких истребителей, бомбардировщиков. Ведь для того, чтобы написать, что летчик прицелился и нажал на гашетку, надо знать, куда он прицелился. Одно из уязвимых мест самолета – бензобак. Но в разных типах самолетов он располагается в разных местах: в фюзеляже, в плоскостях крыльев. Для этого пришлось штудировать устройство вражеских «хейнкелей», «фокке-вульфов», «мессершмитов», «дорнье», «юнкерсов». Параллельно изучать отечественные «яки», «Ла-5» и т.д. В очерке очень важна не только художественная сторона дела, но и фактическая достоверность.

Чтобы материал был профессионально грамотен с военной точки зрения, его прочли несколько бывших военных летчиков, в том числе и командир эскадрильи Александр Исаков, сделали свои замечания. Только после этого очерк увидел свет.

Бывают очерки, где автор не упоминает о себе. Однако само описание события в документально точных и ярких подробностях убеждает читателя, что рассказывает очевидец. Отобрать такие детали, не придумывая их и не изменяя правде жизни, - большое профессиональное мастерство, которым отличаются ведущие репортеры (В. Песков, Г. Бочаров).

Рисуя живую картину жизни, журналист часто использует в очерке элементы репортажа, интервью, отчета, зарисовки, корреспонденции - вводит в текст небольшие диалоги, характеристики персонажей, их «микропортреты», авторские раздумья, обобщения. Ведь жанры в чистом виде встречаются довольно редко. Как правило, границы их размыты и каждый из них несет в себе элементы других жанров. Но не стоит относить это к их недостаткам. Скорее наоборот, синтез, взаимопроникновение жанров друг в друга позволяет журналисту более ярко и выразительно отражать окружающую жизнь, находить для этого новые формы и краски.

В очерке, как и в других художественно-публицистических жанрах, автор имеет право на домысел, который, однако, не должен противоречить фактической достоверности, документальной точности описываемых событий, действий героев очерка. Домысел, как правило, служит для того, чтобы выявить типическое, характерное в окружающей действительности. В очерке «Последнее пике» воздушные бои придуманы автором. Но они не противоречат логике боя, действиям летчиков в этой обстановке. Кроме того, в них как бы суммированы впечатления от многочисленных рассказов бывших военных летчиков. Поэтому профессионалы летного дела, читавшие текст перед публикацией, считали, что такие военные эпизоды вполне закономерны в очерке, они соответствовали реальной обстановке и не вызывали возражений.

Важным средством типизации служит также деталь - выразительная подробность, с помощью которой очеркист добивается убедительности изображаемого, подчеркивает его характерные черты. Если читатель, зная эти детали в жизни, видит их верно описанными в тексте, он будет доверять и журналисту, и материалу в целом. Собирая материал к очерку «Последнее пике», автор записал рассказ одного из друзей Евгения Михайлова о том, как они учились летному делу в Саратовской области. В тексте это нашло отражение в одном абзаце: «Аэродром на новом месте был похуже, жили в бараках. Особенно туго приходилось зимой: метели свирепствовали неделями, дров не достать – откуда они в степи? Печку топили прошлогодним бурьяном, только тепла от него было с гулькин нос. Морозы стояли жгучие в те зимы, а кабины в самолетах были открытые. Но полеты никто не отменял. Чтобы не обморозить лицо, курсанты и инструкторы надевали кротовые маски, а потом уже шлем и очки».

Среди откликов на публикацию запомнилось письмо одной читательницы: «Печку топили прошлогодним бурьяном» - это о моем детстве. Очерк растрогал меня до слез, потому что мой отец Коврига Михаил Григорьевич был в начале войны летчиком-инструктором Качинского училища, учил летать молодых летчиков. Затем наша семья была эвакуирована в Красный Кут Саратовской области, возле которого находился аэродром училища. Все, о чем пишет автор в первых абзацах, нам пришлось пережить». Читательницу тронула именно эта деталь, которая всколыхнула в ней детские воспоминания (пока мужья и отцы работали с курсантами, именно женщины и дети в лютую стужу бродили по степи, заготавливая растопку для печи), побудила написать письмо в редакцию, выразить свое отношение к очерку. Такие отклики читателей дают журналисту большое удовлетворение от проделанной работы, которую заметили и оценили.

Существенную роль в очерке играет диалог – героя материала с автором или персонажей очерка между собой. Прежде всего, это прямое свидетельство очевидца какого-то важного события, явления, что усиливает документальность публицистического произведения. Исследователь очерка М.С. Черепахов выделяет несколько функций диалога: «Во-первых, он является средством индивидуализации героев. Любое словечко, особенно синтаксиса речи, пристрастие к какому-то необычному обороту помогают закрепить образ в сознании читателя. Во-вторых, при помощи диалога разъясняются события, происшедшие до начала действия очерка или рассказа, происходящие или предстоящие. Диалог, таким образом, играет определенную роль в развитии сюжета, в «толковании» событий. Он порой служит началом конфликта, спора. Диалог передает настроение героя» (Черепахов М.С. Работа над очерком. М.: Изд-во МГУ, 1966. С.92).

Распространенная ошибка начинающих журналистов при создании очерков – вместо создания образа, характера человека, пересказ его биографии. Некоторые пытаются это вначале замаскировать каким-то увлекательным эпизодом из жизни героя, а затем снова скатываются на перечисление его жизненных этапов и заслуг. Отдельные авторы, где надо и не надо, включают пейзаж, описание природы, которые мало связаны с главной идеей очерка и больше мешают читателю, чем помогают в раскрытии образа. Овладению этим жанром поможет учебная литература и журналистские очерки, перечень которых дается ниже, а также публикации очерка в текущей периодике.

  1. Учебно-методический комплекс по дисциплине «работа журналиста в газете» Для студентов, обучающихся по направлению 520600 «Журналистика» (2)

    Учебно-методический комплекс
    Любительство и профессионализм как формы организации творческой деятельности; обученность, умелость и мастерство как основные ступени в развитии профессионала.
  2. Методические рекомендации по государственной аттестации выпускников по направлению подготовки «Журналистика»

    Методические рекомендации
    Методические рекомендации составлены на основании государственного образовательного стандарта высшего профессионального образования по направлению подготовки «Журналистика» (бакалавр журналистики), а также методических рекомендаций
  3. А. С. Собенников; члены комиссии: зам председателя учебно-методической комиссии факультета филологии и журналистики игу, к филол н., доцент

    Документ
    На основании приказа ректора ИГУ №256 от 30.09.10 о проведении самоаттестации на факультете филологии и журналистики создана комиссия в составе: председатель аттестационной комиссии, декан факультета филологии и журналистики, зав.
  4. Отчет гоу впо «московский педагогический государственный университет» по результатам реализации инновационной образовательной программы

    Содержательный отчет
    Московский педагогический государственный университет осуществляет свою деятельность в соответствии с комплексным планом развития на 2006-2010 г.г. Победа в конкурсе вузов, реализующих инновационные образовательные программы, позволила
  5. Государственный образовательный стандарт высшего профессионального образования направление (8)

    Образовательный стандарт
    Нормативный срок освоения основной образовательной программы подготовки магистра по направлению 520600 “Журналистика” при очной форме обучения – 6 лет.
  6. Отчет по проекту: Гуманитарная компонента в учебных планах высшего профессионального образования: мировой опыт и российские реалии

    Содержательный отчет
    В недавно опубликованном “Российской газетой” интервью Я.И.Кузьминов, ректор Государственного университета – Высшей школы экономики и права, говорит: “Наше высшее образование где-то наполовину потеряло звание профессионального.
  7. Информационный бюллетень №9

    Информационный бюллетень
    В бюллетене отражены решения Пленума Совета по филологии Учебно-методического объединения по классическому университетскому образованию (21–22 сентября 2005 года, г.
  8. 1. Организационно-правовое обеспечение образовательной деятельности (6)

    Документ
    Факультет филологии и журналистики ГОУ ВПО «Южный федеральный университет» имеет лицензию Серия А № 001053 (регистрационный № 1039) от 21 июля 2003 года на обучение и выпуск специалистов-журналистов по специальности 021400 «Журналистика»,
  9. Образовательные программы специальности 350 400 ''Связи с общественностью'' осваиваются в очной, заочной и ускоренной формах обучения. Образовательная деятельность соответствует требованиям, предусмотренным лицензией

    Документ

Другие похожие документы..