Игорь Владимирович Винокуров, Николай Николаевич Непомнящий Кунсткамера аномалий

Даже слабо знакомый с премудростями химических процессов человек найдёт в этом рецепте немало курьёзов, может быть, добавленных умышленно, и поймёт, что сделанная таким образом лампа вообще навряд ли будет гореть.

Но лампы все же существовали! О них складывались легенды. В частности, небезынтересно «приобщить» к этому «делу» многочисленные восточные сказания о джиннах, обитающих именно в лампах, и западные легенды о заключённых в бутыли и другие ёмкости душах людей и духов, которые всегда излучали вокруг себя свечение. Если принять во внимание все сопутствующие вечно горящим лампам характеристики, а именно — само вечногорение, отсутствие копоти, невосприимчивость к отсутствию кислорода и странный вид этих изделий древности, то «приобщение» к секрету этих ламп, легенд о джиннах и духах уже не будет казаться какой то нелепостью. Более того, изучив верования Древних народов, в частности Египта, можно жить, что исходящий от ламп свет не имел никакого отношения к огню или электричеству (такая версия высказывалась в конце XIX — начале XX столетия). Чтобы обосновать это утверждение, стоит вспомнить о самом ритуальном погребении. Особенно это касается бальзамирования, ведь вечно горящие лампы находили только в тех местах, где сохранению тела покойного придавалось первостепенное значение.

Известно, что внутренние органы усопшего изымались из тела и помещались в специальные сосуды, устанавливаемые подле саркофага. Дальнейшее исследование этого вопроса станет ещё интереснее, если принять во внимание, что во времена древних царств к известным сегодня внутренним органам причислялся ещё один, скрывающийся за терминами «роза сердца», «жемчужина в цветке лотоса», «внутренний храм», «огонь изнутри», «божественная искра», «огонь сердца» и т. д., который непосредственно «делал» живое — живым: «И создал Бог человека из праха земного и вдунул в лицо его дыхание жизни, дал ему дух свободный, разумный, живой и бессмертный, по образу и подобию Своему; и стал человек с бессмертной душою».

На понятии «бессмертная душа» держится практически любое учение о Духе, как доисторического времени, так и современной нам эпохи, будь то религия, оккультизм или эзотерика в своём глобальном объёме. Из всего этого можно сделать гипотетический вывод: в вечно горящих лампах вообще не было ни масла, ни нефти, ни фитиля — в них были заключены жизненные силы или души покойных, сияющие, словно маленькие Солнца, и, естественно, не дающие ни гари, ни копоти, поскольку они — частички самого Бога, сотворившего мир посредством Небесного огня — Шамаим. Само собой разумеется, что подобное сокровище необходимо было охранять, дабы оно не попало в руки врагов, потому то и были установлены всевозможные устройства, разбивающие лампу при вторжении вандалов.

Конечно, такой достаточно вольный подход к теме вечно горящих ламп можно оспорить, приведя те же древние трактаты, согласно которым душа после смерти должна соединиться с Богом. Но это верно лишь в том случае, если не принимать во внимание бальзамирование или какое либо другое действие, оберегающее тело покойного от тления.

Для чего это делалось? Ответ можно найти в «Египетской Книге мёртвых», в которой есть глава «О восхождении к Свету», зная текст которой фараон в любое время мог выйти из своей гробницы и возвратиться потом назад, не опасаясь, что его не примут стражи потустороннего мира. Главный вывод, который можно почерпнуть из этого священного писания древних египтян, — это то, что фараону для выхода в материальный мир была необходима жизненная сила, которая и находилась подле мумии в стеклянном сосуде, принимаемом из за свечения за лампу.

Так что «приобщение» к делу «заточенных джиннов» сыграло кое какую роль в разоблачении загадки вечно горящих ламп. Хотя о «разоблачении» говорить пока рано, по крайней мере до тех пор, пока в тени незнания будет находиться другой секрет — секрет бессмертия человеческой души.

Летающий монах.

Чудеса «Летающего монаха из Копертино» (Италия) — в числе самых поразительных и в то же самое время, видимо, лучше всего задокументированных случаев в истории. Иосиф из Копертино совершал подвиги воздухоплавания, явственно пребывая в состоянии полного экстаза, и подобные способности озадачивали не только церковные власти, но и его самого. И хотя такие способности кажутся совершенно невероятными современнику неспециалисту, список свидетелей изумляет и своей величиной и значительностью лиц, в нём перечисленных.

Среди презревших силы земной гравитации Иосиф Деза, родившийся в Копертино в 1603 году, был самым прославленным. Он не просто поднимался в воздух, но мог летать словно птица! Тысячи остолбеневших очевидцев были свидетелями его полётов. Другие святые умели лишь ненадолго подниматься на небольшую высоту, и часто при довольно сомнительных обстоятельствах. Но воздушные путешествия Иосифа были необычайно зрелищны, продолжительны и происходили на глазах самых авторитетных людей тогдашней Европы. 10 июля 1657 года, посланный папой римским в монастырь Осимо, он «пролетел по воздуху на высоте четырех футов от земли до миндального дерева, стоявшего в тридцати ярдах». В другой раз он «пролетел как птица из центра храма до верхнего алтаря расстояние в сорок ярдов». А ещё в религиозном экстазе он как то взмыл на оливковое дерево и присел на ветку. Он оставался там в течение получаса, покачиваясь, как какая нибудь ворона, пока не принесли лестницу и не сняли его.

Эти и многие другие изумительные полёты были заверены свидетельствами людей с незапятнанной репутацией. Среди них Его Святейшество папа Урбан VIII, принцесса Мария Савойская, кардинал Факкинетти, Великий Адмирал Кастилии, прославленные врачи и ещё многие.

Зрелище парящего в небе монаха производило разное впечатление на наблюдателей. В 1645 году испанский посланник и его жена направились в Ассизи, чтобы увидеть Иосифа, чья слава достигла их страны. Едва они зашли в церковь Святого Братства, как монах, по их словам, «взмыл вверх, пролетел над их головами двенадцать ярдов до статуи, где присел, помолился немного и с громким криком улетел обратно, на место». Жена посланника упала в обморок, и потребовалось немало нюхательной соли, чтобы привести её в чувство. Иоганн, герцог Брауншвейгский, был настолько захвачен увиденным, что разразился слезами, отрёкся от лютеранства, которое исповедовал, и стал ревностным католиком.

Мальчиком Иосиф Деза поступил учеником к сапожнику, но, возжелав жизни духовной, в семнадцать лет был принят послушником в монастырь капуцинов. Однако он оказался столь туп и неловок, что через восемь месяцев был изгнан из монастыря и лишён одеяния, что повергло его в глубокую печаль. Тем не менее, своим смирением, молитвами и упорством он добился обратного принятия в братство и, хотя и был весьма невосприимчив к божественному учению, настолько отличился своей набожностью, что в двадцать два года получил духовный сан, а через три года стал священником.

Именно в это время и начались его знаменитые воздухоплавания, а его слава как святого стала такой, что люди тысячами стекались в Италию, чтобы увидеть его. Однако его наставники в Неаполе вовсе не были польщены или обрадованы; наоборот, они становились все подозрительнее. Иосиф, объявленный шутом и богохульником, был вызван в святую службу и обвинён в одурачивании черни фальшивыми чудесами. Однако свидетельства в его пользу были столь убедительны и для светских, и для духовных властей, что он был отпущен. Но по прежнему к нему относились неодобрительно и с подозрением. Летающего кардинала ещё могли бы принять, но болтающийся в воздухе монашек никуда не годился.

Папа приказал направить Иосифа в Ассизи так, чтобы оживление вокруг него поутихло. Он приехал туда 30 апреля 1639 года, но на этом чудеса не закончились. Опять слухи о его богоизбранстве и полётах по воздуху влекли к нему толпы, к большому негодованию настоятеля монастыря. Тогда Иосифа перевели в другую обитель в Пьетрарубиа, но фантастические путешествия по воздуху продолжались, и он стал известен ещё шире, чем раньше. Народ изо всех провинций валом валил, чтобы принять участие в его мессах, церковь была набита верующими настолько, что негде было преклонить колена. Но в моменты экстаза Иосиф возносился вверх и был виден всем, на коленях, в молитве, порой в течение получаса. И тогда, всего через три месяца, особым указом папы его послали в обитель капуцинов в Фоссомброне. Но он продолжал летать, и слава его росла. И снова папа заставил его тронуться в путь. Наконец он оказался в монастыре Братства в Осимо старинном городе области Марше. Там он и умер 18 сентября 1663 года. Но, даже находясь при смерти, он продолжал летать на глазах у лечивших его врачей и однажды завис в воздухе на пятнадцать минут.

Хирург, Франческо Пьерпаоли, и терапевт, доктор Джачинто Карузи, наблюдали поведение больного. Первый из них писал: «Я заметил, что он поднялся на ширину ладони от стула. Я попытался опустить его на место, но не смог. Мы с доктором Карузи встали на колени, чтобы лучше видеть, и убедились, что отец Иосиф повис в воздухе. Наконец его духовник приказал ему стать нормальным, и отец Иосиф медленно повалился на свою лавку».

За всю его жизнь было зафиксировано не меньше сотни полётов. Вероятно, их было больше. Первый, по словам Бернино, составившего по настоянию Ватикана его жизнеописание, произошёл в церкви Гротеллы на Рождество 1627 года. На нефе столпилось множество пастухов со свирелями, намеревавшихся праздновать этот святой и счастливый день. Иосиф возрадовался настолько сильно, что вдруг «издал стон, затем громкий крик и в то же самое время поднялся в воздух. Он полетел к центру церкви, как птица, на расстояние около сорока метров, и опустился на верхний алтарь. Там он оставался минут пятнадцать, прежде чем сошёл на землю. Пастухи были поражены таким чудом».

В саду Фоссомброне он как то раз схватил молодого ягнёнка, взгромоздил себе на плечи и взмыл в небо на высоту окружающих деревьев. Там на коленях он пребывал два часа. Всё это произошло на глазах обалдевших от изумления посетителей сада, которые поспешили позвать других, а впоследствии засвидетельствовали свои показания. Приступы божественного восторга у него повторялись регулярно, почти каждую мессу, и в монастырских записях зафиксировано, что он пятнадцать раз летал в одиночестве перед образом Святой Девы. Иногда он брал с собой в полёты других. Охваченный религиозным экстазом, он однажды схватил другого священника, и оба оторвались от земли весьма изумительным образом. В Ассизи одного одержимого по имени Бальтазар Росси привели к Иосифу на излечение. Сумасшедший встал на колени перед монахом, и отец Иосиф, возложив ему руку на голову, произнёс: «Не бойся, Бальтазар! Отдайся Богу и его Святой Матери!»

Затем, вцепившись безумцу в волосы, он издал свой обычный вопль, оба поднялись в воздух и провисели над землёй минут пятнадцать. Затем благополучно приземлились, и Бальтазар был отпущен. В записях не сказано, излечился ли пациент, но ясно, что этот день он запомнил надолго.

В Неаполе Иосиф однажды утром молился в церкви Святого Георгия, когда с громким криком взмыл к верхнему алтарю и очутился среди цветов и горящих свечей. Монашки ордена Святого Лигорио, которые были в это время в церкви, в ужасе закричали: «Он сгорит!», но чудотворец закружился вокруг канделябра, затем полетел обратно к нефу, где и встал на твёрдый пол и продолжил свои молитвы. Подобные же подвиги его отмечались и в других церквях.

Нет нужды говорить, что генерал ордена капуцинов был весьма встревожен и озадачен, и довольно скоро Иосиф очутился перед самим папой Урбаном VIII. Благоговение, охватившее по этому случаю монаха, вновь довело его до экстаза. Он взлетел перед Его Святейшеством и был в воздухе, пока генерал ордена не приказал ему вернуться на землю. Изумлённый папа признал, что стал свидетелем чудесного происшествия, и в архивах Ватикана под этой датой имеется соответствующая запись.

Полёты, над которыми, видимо, Иосиф не имел никакого контроля, продолжались 35 лет, вплоть до самой его смерти. Способность летать хотя и считалась присущей божественному, одновременно давалась избранным как благословение свыше.

Часто полёты вызывали озлобление у светских властей и различных сборищ людей; один епископ досадовал, когда Иосиф нарушал всю торжественность мессы, неожиданно взмывая в воздух. Мало того, в течение большей части из этих35лет ему запрещалось участвовать в пении хора и различных процессиях именно в силу такого тревожащего воздействия на других.

Позже Иосифа вынудили в одиночестве принимать пищу, после того как несколько раз спокойное собрание в трапезной оживлялось комическими эффектами. Однажды во время ужина он летал, помахивая куском рыбы; в другой раз завис над землёй во время причастия, сандалии свалились вниз, и всем присутствующим открылись его голые мозолистые ступни. Подобные происшествия приводили в легкомысленное настроение других братьев, и оттого Иосифа пришлось изолировать.

Сегодня люди скептически относятся к самой возможности полётов Иосифа, однако свидетельства о них весьма убедительны. Показания о его воздухоплаваниях собирались не многие годы спустя, а записывались прямо на месте и удостоверялись надёжными, образованными и наблюдательными свидетелями.

Незадолго до смерти Иосифа отец настоятель ордена, Иаков (Джеймс) Равенский, приказал, чтобы всю информацию о нём собрал и записал брат Роберт Нуги из Ассизи. Нуги сам знал монаха. Он собрал показания множества свидетелей, аккуратно их переписал и отдал на хранение католическим властям уже через несколько месяцев после кончины Иосифа. Документы хранились в Ватикане до 1753 года, когда они стали объектом изучения Проспера Ламбертини, будущего папы Бенедикта XIV. Он был Держателем Веры, в чьи обязанности входило тщательнейшее исследование жизни кандидатов на канонизацию. Времени на изучение свидетельств он не щадил. Что инспекторы церкви того времени были подозрительны и враждебны монаху, творящему чудо, можно понять на примере вызова Иосифа в инквизицию несколькими годами раньше. В конце концов, вывод инквизиции гласил: «Свидетельства лиц безусловной непогрешимости удостоверяют поднятие в воздухи продолжительные полёты данного раба Божьего, Иосифа из Копертино».

Как же, собственно, удавалось монаху преодолевать силу гравитации? На этот вопрос нельзя дать ответ. Может быть, этот секрет сродни тому, который объяснит, как Элиа и другие пророки из Писаний взмывали в воздух. Но если не притягивать обвинения в сговоре или массовой галлюцинации к случаю с отцом Иосифом, его полёты действительно имели место.

  1. Художник Ю. Д. Федичкин Винокуров И. Вд непомнящий Н. Н. В49 Кунсткамера аномалий

    Документ
    Издание снабжено редкими иллюстрациями, а также именным и предметным указателями. ББК 0Г "Олимп", 1997 ПРЕПЛСЛОВНЕ Едва ли не ежедневно на Земле происходит что-либо необычайное.
  2. Происхождение и зачатие 9

    Документ
    Он видел, как рядом с ним в снег упал артиллерийский снаряд. Его взгляд был неотрывно прикован к стальному цилиндру. Как в замедленной съёмке он видел, как цилиндр покрывался сетью трещин, как из этих трещин поползло пламя, как расширялись

Другие похожие документы..