Психоделическая утопия

Впервые эти идеи высказал американский исследователь Теренс Маккенна. В конце 80-х в одной из научных статей он предположил, что катализаторами качественного развития мыслительных способностей у антропоидных обезьян вполне могли быть псилоцибиновые грибы Stopharia Cubensis или их пра-исторические формы. В 1992 году Маккенна опубликовал знаменитую "Пищу Богов", где обосновывает свои предположения:

"В поисках причинного агента, способного обеспечить синергию познавательной активности и тем самым сыграть определенную роль в возникновении гоминидов, исследователи могли бы давным-давно обратиться к растительным галлюциногенам, не будь мы так склонны упорно избегать идеи о том, что нашему высокому положению в иерархии природы мы как-то обязаны влиянию растений или каких-то других естественных сил. Также как век XIX согласился с мнением о происхождении человека от обезьяны, так и нам придется теперь согласиться с фактом, что обезьяны эти находились под действием психоактивных веществ. Употребление этих веществ, кажется, является нашей уникальной особенностью {5, с. 78}.

Псилоцибин является наиболее доступным для животных природным галлюциногеном, поскольку содержится в больших количествах в вышеуказанных грибах. Чтобы получить яркий психоделический эффект современному человеку достаточно съесть 5 граммов сушеного грибного тела; то есть, меньше половины гриба, если речь идет о Stropharia Cubebsis, или 40-60 мелких грибов типа Pcilocybe Semilanceata, растущих в Средней полосе России.

& Известный российский математик и философ В. В. Налимов неоднократно останавливает свое внимание на этой гипотезе, чрезвычайно близкой идеям органицизма, наделяющего Природу причинно-целевыми свойствами, одушевляющего ее:

Овладение воображением, наверное, было первым актом трансценденции. Человек стал таким, какой он есть, с того момента, когда у него появилось воображение. Как человек обрел воображение? Почему этот путь пройден за сравнительно короткий промежуток времени? Достаточно обоснованного ответа на эти вопросы нет. Но есть все же одна любопытная, хотя и чисто умозрительная гипотеза, описанная в статье Маккенны {McKenna, 1988}. Согласно этой гипотезе, употребление нашими предками некоторых видов грибов и других психоделических растений раскрыло спонтанность воображения...

Примечательно в этой гипотезе, что толчком к духовному развитию могло оказаться то, что запечатлено в мире физическом. В природе было что-то, хотя и очень опасное, заготовлено для первого эволюционного толчка, что можно рассматривать как проявление принципа антропности, о котором мы будем говорить ниже {20, с. 211}.

Подобная точка зрения не исключает важности фактора естественного отбора и борьбы за выживание, но рассматривает его уже не как причину развития, а как оформление эволюционных процессов неслучайного характера, то есть, как один из способов выражения динамики природной или космической культуры. Таким образом, новая антропология рассматривает человека в непосредственной связи с экзистенцией мирового Логоса, с природным Бытием, чувственное переживание которого не только было доступно нашим предкам, но, по всей видимости, явилось необходимым опытом для возникновения рефлексии. В той же книге ("Спонтанность Сознания") Василий Налимов пишет:

Глобальный эволюционизм... оказался возможным потому, что на Земле и в Космосе в целом реализовались совершенно уникальные внешние условия, а в глубинах Мироздания оказались заложенными потенциальные возможности семантической природы, которые в этих условиях могли раскрываться через многообразие живых текстов. Человек стал выступать перед нами в удивительном единстве со всем Мирозданием, в неотделимости от него. Именно в этом хочется видеть смысл антропного принципа.

А теперь одно частное замечание. Если мы готовы сколько- нибудь серьезно отнестись к роли галлюциногенных растений в развитии спонтанного воображения, то нам придется признать, что и в непосредственно окружающей нас Природе предусмотрительно заложено нечто нужное для эволюционного толчка. Оказывается, что антропный принцип подлежит более серьезному обдумыванию {20, с. 230}.

О приблизительных временных границах данных эволюционных процессов можно лишь догадываться: видимо, галлюциногены оказались в пище гоминидов около четырех-пяти миллионов лет назад, когда, как предполагают антропологи, наши предки стали покидать леса. Кстати, грибы Stropharia Cubensis предположительный прототип психоактивной пиши гоминидов - растут на открытых пастбищно-луговых пространствах, на помете парнокопытных, кости которых антропоидные обезьяны использовали в качестве первых орудий труда.

Известная американская исследовательница, антрополог и этнограф Марлин Добкин де Риос в книге "Растительные галлюциногены" пишет следующее:

Растительные галлюциногены могли сыграть важную роль в эволюции Гомо сапиенс как вида. Определенно, как только человеческие существа разогнулись и приняли вертикальное положение, несколько оторвавшись от земли, они должны были охватить в поисках пищи все многообразие диких растений, ставило объектом их пристального внимания. Отдельные виды психотропных растений, с которыми экспериментировали еще с ранних времен. могли стимулировать речь и общение благодаря необычному восприятию реальности, А это, в свою очередь, стимулировало их дальнейшее употребление {12, с. 13).

Исследователи часто описывают поразительное восприятие звука в измененных состояниях сознания: скорее всего, формирование языка происходило как раз в то время, когда гоминиды активно употребляли галлюциногены. Наши предки стали использовать звук собственного голоса для обозначения образов внешнего мира, получивших, благодаря химическим изменениям в сознании, более устойчивое психическое отражение. Это позволило закреплять индивидуально Накапливаемые знания в виде общих речевых знаков, то есть, рассуждать не наглядно-образным способом в процессе выполнения какой-то практической задачи (как это делают животные), а мотивировать совместную деятельность называнием соответствующих образов. Если до этого активность гоминидов была инстинктивной, то с появлением языка она подчиняется смыслам, связывающим речевые обозначения накопленных образов.

Формирование языка, по сути, и есть начало человеческого бытия. Едва возникнув, речь начинает существовать как жизненна необходимая для успешной адаптации форма деятельности. Язык, имеющий особенность все время видоизменяться, постепенно становится главным инструментом развития сознания, отменяя необходимость физиологической стимуляции мыслительных процессов. Но до отказа от растительных галлюциногенов еще очень далеко: именно с возникновением языка начала складываться традиция сакрального применения этих веществ, в дальнейшем - религиозного ритуала-таинства, который мы можем наблюдать и сегодня на примере некоторых племен Африки, Центральной и Южной Америки в синкретических религиях местного населения (Урожденная американская церковь, церковь Санто Дайме и др.), легально существующих по сей день и использующих растительные галлюциногены в ритуальных и лечебных целях.

АРХАИЧНАЯ ДУХОВНОСТЬ

О древнейшей из всех религий - шаманизме - известно уже немало, благодаря оживленному интересу к эзотерической практике у современных людей. Образ шамана ожил в XX веке не случайно: наша страсть к измененным состояниям сознания заставляет обратиться к опыту тех, кто в совершенстве владел мастерством навигации во внутренних пространствах. Дух шаманизма, на первый взгляд нелепый в эпоху космических кораблей, видимо, стал необходим нашему пострадавшему от материализма разуму, так как технологическая цивилизация после чудовищных войн по-прежнему мчится навстречу социальным и экологическим катастрофам. Способность галлюциногенных растений и грибов усиливать мыслительные способности человека и вызывать мистические переживания неоднократно подтверждена многими исследователями.

Не вызывает сомнений, что архаичные сообщества знали рецепты ритуальной психоделической кухни: их вера опиралась на непосредственный мистический опыт. Утрата этого знания значительно преобразила образ жизни людей. Мы добились того, о чем и не смели мечтать, но какой ценой... Видимо, ценой утраты гармонии с Природой, которая воодушевляла и лечила наших предков, позволяя им обходиться малым и жить в мире.

Итак, складывается следующая картина развития сознания: сперва, бессознательно повинующееся инстинктам животное, благодаря поеданию растительных галлюциногенов, научилось пользоваться речью, чтобы осознавать себя во времени и. тем самым, структурировать свое поведение. Затем, опыт экстатических состояний сознания позволил архаичным людям обнаружить в окружающем нечто необъяснимое, приводящее в невероятный восторг и повергающее в ужас. Вокруг ярчайших психоделических переживаний стали возникать всевозможные ритуалы, культы, а в дальнейшем сформировались системы ценностей и общественные иерархии. Этот опыт оформлялся языковыми и художественными средствами в мифы, ставшие основой всех представлений о загадочных природных взаимосвязях. Архаичное мироустройство было не просто устойчивой общественной формацией. Просуществовав, как предполагают антропологи, около 50 тысяч лет (!), шаманизм стал своеобразной колыбелью цивилизации, источником основополагающих мифов и первых религий. Наскальная живопись, обнаруженная на юге Алжира, в местности, именуемой Тассилин-Аджер, датируется периодом позднего неолита. Сохранившиеся фрески изображают человеческие фигуры, покрытые грибами. Танцующие шаманы зажимают в руках те же грибы, а окружающий их орнаментный рисунок похож на причудливые галлюцинации, возникающие под действием псилоцибина. Т. Маккенна предполагает, что Тассилин-Аджер за 12 тысяч лет до н. э, вполне мог быть тем раем. утрата которого породила один из самых настойчивых н горьких мотивов нашей мифологии - ностальгию по Раю, идею утраченного Золотого века изобилия, партнерства и социальной гармонии {5, с. 112}.

Исследователь убедительно развивает мысль о том, что употребление галлюциногенных растений было знакомо людям с тех времен, когда они перестали быть животными, и вплоть до падения последних крупных языческих сообществ.

Каким же образом главная традиция наших предков могла бесследно исчезнуть в последующие эпохи? Первые изменения произошли, видимо, из-за климатических условий - Африка стала сохнуть, последовавшее расселение людей в новых регионах обитания сделали галлюциногены труднодоступными для большинства.

Можно предположить, что с расширением общин наиболее опытные "визионеры" - шаманы, взяв на себя обязанности отправления ритуалов, по-прежнему использовали психоделические снадобья, но традиция группового религиозного экстаза стала ослабевать. Общины росли, произошла разделение людей на касты, партнерские внутриобщинные отношения уступили место иерархии - власти и подчинению. Тогда же, как предполагает Т. Маккенна, стали Культивировать "заменители" психоделических трав и грибов эфедру, мак, забродивший мед и другие зелья. Видимо, в этом главная причина того, что галлюциногенные снадобья отошли в область Тайны, которую теперь знали лишь "посвященные" - жрецы языческих культов.

Термины "культура Партнерства" и "культура Владычества", которыми часто пользуются исследователи, описывая противостояние архаичных общественных формаций новым формам социальной организации, принадлежат Риане Эйслер, предложившей в одной из своих книг интересную историческую концепцию. Согласно ей, партнерские модели общества, предшествовавшие владыческим формациям, впоследствии конкурировали с ними и были вытеснены.

"Эпоха религиозных догматов сопровождалась расцветом новой системы иерархических социальных отношений и достигла своего апогея в период Средневековья. Лишь несколько столетии назад началось постепенное освобождение от этих "культурных" установок. Как утверждают некоторые исследователи, мы с вами являемся свидетелями гибели многотысячелетней культуры Владычества, дряхлеющей патриархальной системы, и возвращение психоделических переживаний в нашу жизнь в этом контексте совсем не случайно."

Видный представитель гештальт-терапии (ученик ф. Перлза), автор выдающихся работ в области культурологии, Клаудио Наранхо пишет:

Интерес к галлюциногенам, объединяющий шаманизм с современной культурой и новаторской психотерапией (несмотря на ортодоксальность и правительственный контроль), свидетельствует о доверии к глубокой спонтанности психики со стороны лиц, стремящихся к психоделическому опыту, и тех, кто оказывает им помощь. Независимо от утверждения, что врачи и другие специалисты изучали в основном дополнительные возможности использования этих веществ (для раскрытия их мощного целебного потенциала было сделано совсем немного), историки получат возможность по достоинству оценить их вклад в дело разрушения патриархального социального эго за последние десятилетия. Мы не в праве недооценивать их влияние на первооткрывателей контр- культуры, которая, в свою очередь, оказала решающее воздействие на формирование современных течений в нашей культуре {28, с. 169}.

Матриархат - одна из возможных формаций культуры Партнерства, что следует из специфики женского менталитета, более склонного к созерцательности и самоанализу и искусно владеющего различными психологическими приемами. Поскольку образ жизни женщин всегда был связан с групповым общением, социальные адаптационные преимущества женщины заключаются а тонком знании человеческих отношений, в то время как мужчина для решения коммуникативных задач всегда стремился использовать свойственную ему силу. Есть еще некоторые соображения по поводу того, что архаичные традиции лечебного и магического использования психоделического транса были созданы и поддерживались женщинами. Прежде всего, они занимались сбором растений и лучше знали воздействие трав и грибов. Кроме того, мужчины, воспитанные охотой и тяжелым трудом, мало уделяли внимания событиям внутреннего мира; им присуща одержимость (темперамент, склонность к аффективному поведению и т. д.), что мешает аналитическому самоисследованию в состояниях расширенного восприятия, провоцирует возникновение испуга, паники и т. д.

Женщин сама Природа учит терпеливо наблюдать себя долгими месяцами, разделявшими циклы работы организма, во время беременности (все эти физиологические процессы, кстати, сопровождаются изменениями обмена веществ, в том числе и нейрорегуляторов, и, как следствие, необычными состояниями сознания). Матери изучали себя, воспитывая детей... В отличие от экзотеричного мужчины, открывающего чудеса в окружающем, суть женщины в ее эзотеричности - внутренней тайне, через которую она постигает жизнь.

По мнению Т. Маккенны, цивилизация, возникшая на останках Архаичного и наложившая запрет на поедание языческих "поганок". это мужская культура Владычества, распространившая охотничьи повадки на внутривидовые взаимоотношения и нацеленная на соперничество. Культура, "согласно которой изменения сознания путем употребления тех или иных растений или веществ почему-то ошибочно, онанистично и антисоциально"

В государствах иерархической структуры история перекраивается всякий раз, когда меняются власти. Неугодные изображения и культурно-исторические памятники утаиваются, а в периоды смутных времен даже уничтожаются- Представьте, что могло остаться от наследия архаичных психоделических культур после нескольких тысяч Дет их противостояния конкурирующим формациям и, в конечном счете, падения... Тем не менее, вполне узнаваемая символика грибных культов сохранилась в некоторых евразийских памятниках menkhr` (от 10 до 7 тысяч лет до н. э.). Обширное наследие психоделических культур, как известно, было обнаружено в странах Центральной и Южной Америки.

Архаичная духовность сексуальна и радостна. Мистические переживания оформлялись язычниками в бурные празднества и сопровождались танцами и оргиями, когда люди могли расстаться с некоторыми условностями социальных ролей, не рискуя быть осужденными за прелюбодеяния... Это явно не укладывалось в формат новых представлений о праведности человека, пришедших вместе с монотеизмом. Поэтому языческие традиции искоренялись самым жестоким образом вместе с секретами снадобий, употреблявшихся для экстаза - личностной трансценденции, выхода за пределы эго. С момента ухода психоделического опыта из жизни основной массы подей, с усложнением социальной иерархии развитых языческих обществ начинает интенсивно развиваться эго-менталитет. Сперва, в рамках смыслового конструкта Я и Великое Нечто (язычники), затем, в рамках догматов конкретных религиозных направлений (христианство, буддизм, ислам и т.д.) люди окончательно противопоставили себя инстинктивным природным силам и пугающе дикарскому образу жизни, который вели язычники. Человек начал понимать, какая пропасть разделяет его сознание и мир животных, с которыми не стыдились сравнивать себя архаичные культуры. Это послужило основой для создания новых представлений о едином одушевленном начале всего Мироздания - о Боге. Человеческая душа обрела новый статус в Духе (в Логосе) и стала гораздо требовательнее к личности и плоти, Известный немецкий философ начала века Рудольф Штайнер в работе "Мистерии древности и христианство" исследует мифологические корни великих мировых религий:

  1. Психоделическая утопия источники цитат

    Утопия
    Дорогой читатель! Устраивайся поудобнее, чтобы отправиться в мир опасных идей вместе с безумным писателем, который отведал запретных зелий и сошел с ума У тебя есть возможность получить почти полное представление о том, как это происходит,
  2. Утопия, антиутопия и пиратские утопии

    Утопия
    15/Тринадцатое предложение и Интернет: как финансы властей штатов и местных властей становятся жертвой наезда на информационной магистрали НАТАН НЬЮМАН34
  3. Задумайтесь на мгновение и представьте себе двадцатое столетие как симфонию, гармоническое сочетание фуги крещендо, сплетение мелодий, одна из которых с неясно

    Документ
    Задумайтесь на мгновение и представьте себе двадцатое столетие как симфонию, гармоническое сочетание фуги крещендо, сплетение мелодий, одна из которых с неясно слышным, но навязчивым припевом, звучит так: мы обречены, если не обнаружим
  4. С. Р. Петросян Культура безумия

    Документ
    Устраивайся поудобнее, чтобы отправиться в мир опасных идей вместе с безумным писателем, который отведал запретных зелий и сошел с ума У тебя есть возможность получить почти полное представление о том, как это происходит, не обращаясь
  5. Литература и наука в творчестве олдоса хаксли

    Литература
    В 1925 г. Олдос Хаксли (1894 – 1963) сделал неожиданное для литератора признание: «Если бы я мог родиться заново и выбрать, кем стать, я бы пожелал стать ученым – и стать им не по воле случая, а по природному предназначению.
  6. В. Ю. Ирхин, М. И. Кацнельсон

    Документ
    © В. Ю. Ирхин, М. И. Кацнельсон, 2003 Крылья Феникса. Введение в квантовую мифофизику Екатеринбург, Издательство Уральского университета, 2003 264 с. Тираж 1500.
  7. Дэвис Эрик. Техногнозис: миф, магия и мистицизм в информационную эпоху

    Документ
    Если проанализировать параллельно историю техники и историю мистики, то мы сможем обнаружить мистические озарения и апокалиптические ожидания, которые пронизывают историю человечества и его взаимоотношении с природой.
  8. Дэвис, Э. Техногнозис: миф, магия и мистицизм в информационную эпоху / Э. Дэвис; пер с англ. С. Кормильцсва, Е. Бачининой, В. Харитонова. Екатеринбург: Ультра

    Документ
    Дэвис, Э. Техногнозис: миф, магия и мистицизм в информационную эпоху / Э. Дэвис; пер. с англ. С. Кормильцсва, Е.Бачининой, В.Харитонова. — Екатеринбург: Ультра.
  9. В. В. Новиков доктор философских наук, профессор (1)

    Книга
    Печатается по решению редакционно-издательского Совета Международной Академии психологических наук и Ученого Совета факультета психологии Ярославского государственного университета им.

Другие похожие документы..