Наталья Богатырёва брошюрка про шурку творческий портрет Писателя, драматурга, сценариста Александра Курляндского юмор – это состояние духа

Наталья Богатырёва

БРОШЮРКА ПРО ШУРКУ

Творческий портрет

Писателя, драматурга, сценариста

Александра Курляндского

ЮМОР – ЭТО СОСТОЯНИЕ ДУХА

Воспоминания нужно создавать сегодня.

Ведь это лучшее, что у нас есть.

Александр Курляндский

Если кому-то не посчастливилось лично быть знакомым с Александром Курляндским, то персонажей, которых он придумал: Волка, Зайца, попугая Кешу - знают все! Те, кто постарше, наверняка помнят юмористические рассказы, которые он сочинял сам и в соавторстве с Аркадием Хайтом. Александр Курляндский – человек многогранный. Автор сценариев мультипликационных и художественных фильмов, пьес, рассказов, повестей для детей и взрослых. Художник, кулинар, а главное – хороший человек, надёжный товарищ.

Я первый раз пришла к нему в мастерскую. На верхней площадке меня встретил высокий подтянутый человек с густой кудрявой седеющей шевелюрой, в шортах и домашних шлёпанцах. Шла – робела: а вдруг начнёт остроумничать! Они, писатели-юмористы, наверное, и в обычной жизни злые на язык. А он оказался деликатный, отзывчивый и очень добрый. И скромный до ужаса.

История жизни Александра Курляндского – кроме шуток! - это история развития отечественного юмористического жанра в 50-90-е годы ХХ века. Издание, которое вы держите в руках, не претендует ни на масштабное исследование советской юмористики вышеозначенного периода, ни даже на детальное изучение разнообразного и обширного творческого багажа Александра Курляндского. Но, хочется надеяться, кое-что полезное о времени, отразившемся в произведениях этого писателя, и о нём самом из этой книги извлечь можно.

И ещё. Вообще-то на обложке должно быть два автора. Потому что Александр Ефимович, оставив на время свои собственные произведения, несколько раз вычитывал рукопись, как профессиональный редактор. Умно и тактично поправлял. Да ещё и название придумал. Да ещё и несколько вариантов предложил: «Как делается смешное», «Воспоминания надо создавать сегодня» и даже – «Брошюрка про Шурку».

Александр Курляндский

РЕЗЮМЕ

Родился – 1938. Образование – высшее, Московский строительный институт, инженер. Два года работы прорабом на стройках коммунизма. Ставил унитазы и смывные бачки. Затем два года офицером советской армии. Строил всякие секретные объекты, которые сейчас ломают.

Творить начал с детства. Выгоняли из школы, из института (шутка). Из школы – не шутка.

Писал капустники, затем юмористические рассказы в различные печатные и непечатные (радио, телевидение) органы, в самые популярные развлекательные передачи: «С добрым утром!», Клуб «12 стульев», телевизионный «Огонёк» и т.д. Автор нескольких юмористических книг.

Затем стал работать в кинематографе. Сначала в коротком жанре: более 50 сюжетов в «Фитиле» и «Ералаше». Затем мультфильмы. Очень много, думаю, штук 50. Особенно популярны серии «Ну, погоди!» (в соавторстве). Отдельные выпуски проданы более чем в сто стран.

Премии. Государственная СССР (1988 г.), Болгарии, Италии, Испании и ещё где-то на фестивалях анимационного кино за лучшие фильмы.

«САТИРА – ЖАНР ОПАСНЫЙ»,

ИЛИ РАННЕЕ ПРОЗРЕНИЕ

А.Курляндский. Фамилия у меня – да, древняя. Но к князьям и графьям вряд ли я имею прямое отношение. Курляндия и Лифляндия, как их называли в старину, – правая и левая сторона Латвии. Наверное, мои предки были выходцами оттуда. Как бы то ни было, один мой дед, тот, у которого фамилия Курляндский, из Перми, другой - с Украины.

Помню себя лет с трёх в эвакуации в Свердловске. Я поссорился с родителями и решил их напугать: уйти из дома. А они говорят: «Ну и пожалуйста!» Мама надела на меня шубку, и я вышел из подъезда с намерением уехать куда-нибудь на машине, которая стояла у дома (как выяснилось, поломанная). Чернильная ночь, холод, снег, а вернуться самолюбие не позволяет. Я спрятался под лестницей и ждал, пока не открылась дверь и родители не пошли меня искать… Потом мы вернулись в Москву и жили на Покровке, в Старосадском переулке. В школе было замечательно весело.

Н.Богатырёва. Школа была обычная?

А.Курляндский. Обычная. А вы думаете, для недоразвитых?.. Я был шутником, прогульщиком, любил смешить своих одноклассников. Зимой катались на коньках на Чистых прудах, с приятелем Вовкой Чупровымбегали в «Колизей» смотреть кино… Потом детские эти впечатления отразились в повести-сказке «Моя бабушка – ведьма». В школе я начал сочинять. Издавал рукописный журнал «Клизма», в котором описывались всякие школьные события и, конечно, были карикатуры на учителей. В первом номере так определил направление журнала: «Назначение клизмы – прочищать застои и запоры в мозгах людей». Однажды во время урока журнал ходил по рукам, ребята громко смеялись. Классная руководительница взяла журнал, увидела карикатуру на себя, и меня попросили сходить за родителями. Так я понял, что сатира – жанр опасный.

В школе у меня было два дневника. Один для любимых предметов, по которым я получал всегда «пятёрки»: физика, геометрия, алгебра. А для плохих оценок у меня был второй дневник. Родители его никогда не видели.

«НУ И КАК ВАМ НРАВИТСЯ ЭТОТ КУРЛЯНДСКИЙ?»

А.Курляндский. Я учился в школе №661 на углуКолпачного переулка и Покровки. И самые дорогие воспоминания связаны у меня с первой учительницей, Марией Григорьевной. Я уже не могу вспомнить каких-то конкретных историй, но осталось ощущение тепла. Она была очень добрым человеком. А вот с другими учителями отношения складывались по-разному. Я любил предметы, где нужно было проявлять сообразительность: геометрию, физику (на одном уроке физики даже вывел формулу конического маятника). И очень не любил уроки, которые нужно зубрить: химию, французский язык. Поэтому у меня были очень сложные отношения с француженкой, Ниной Николаевной Федотовой.

Она была заслуженной учительницей и в числе очень заслуженных учителей получила орден Ленина. Она была очень полная, и, когда шла между рядами, орден Ленина лежал горизонтально… Я не был в числе её любимцев и на хорошие оценки рассчитывать не мог. Но однажды нам задали сделать «вокабулёр» - словарик. Я разукрасил его разными зверюшками и получил «пять». Тогда у меня возникло честолюбивое желание получить эту же оценку в четверти. Я начал прогуливать, и Нина Николаевна была вынуждена поставить эту «пятёрку». Но зато каждый раз потом, вызывая меня к доске и ставя очередную «двойку» или «тройку», она говорила: «Ну и как вам нравится этот Курляндский, бывший отличник?» И до сих пор мне снится один и тот же сон, что меня должны вызвать на уроке французского. Частично я сублимировал это гнетущее ощущение в повести-сказке «Моя бабушка – ведьма». Там есть учительница французского языка Нина Николаевна. Она не имеет ничего общего с реальной Ниной Николаевной, кроме имени и того ощущения страха, который она вызывает у главного героя…

КАК Я ПЕЛ В ХОРЕ

А.Курляндский. Меня записали в школьный хор, который тогда репетировал «Гимн демократической молодёжи». И когда хор вместе со мной запел эту песню, учительница музыки сказала: «Кто-то фальшивит». Я понимал, что – я, но было стыдно признаться. Тогда она велела одной половине петь, а другой помолчать. Та половина, где меня не было, спела правильно. Так она делила хор до тех пор, пока не осталось два человека. И тогда я просто ушёл. Так что со слухом у меня не очень. Поэтому когда меня звали в передачу «В нашу гавань заходили корабли», я отказался. Но, видимо, мечта иметь хороший слух отразилась в финале повести «Моя бабушка - ведьма», где у героя вдруг прорезается голос.

Н.Богатырёва. Тем не менее, Александр Курляндский и сам, и в соавторстве с Аркадием Хайтом написал много песен, в основном пародий, ремейков, или, как тогда говорили, подтекстовок на тогдашние шлягеры.

«А КТО Я ЕСТЬ? ПРОСТОЙ СОВЕТСКИЙ ПАРЕНЬ»

А.Курляндский. В своё время мы с Хайтом для эстрадного коллектива Дома журналистов «Вёрстки и правки» придумали пародию на песню «А кто я есть? Простой советский парень», которую исполнял знаменитый в те годы Вадим Мулерман. В нашей песне были такие, например, слова: «А что я ем? Парную осетрину, простую русскую еду… А с кем дружу? Дружу с Серёжкой, советским маршалом простым, он за меня в огонь и в дым… А с кем я сплю? С кинозвездою, с простой советскою женою, с артисткою заслуженною…» А в последнем куплете была разгадка всей песни: «А где живу? В обычном доме, в своём простом особняке, что на Москве стоит реке» - в особняках на Мосфильмовской жили партийные бонзы. Я сказал Марику Розовскому, что это наша с Хайтом пародия, которая даже в книжке напечатана. Он пригласил меня на «Песни нашей коммуналки» и, когда прозвучал «Простой советский парень», сказал: «Мы думали, что это народная песня, но среди нас сегодня её автор». И поднял меня под аплодисменты зала.

ИНСТИТУТ

КАПУСТНИКИ

А.Курляндский. Мои родители были инженерами-связистами и хотели, чтобы я пошёл по их стопам. А я в детстве мечтал жить на необитаемом острове. Когда подрос и поумнел, собирался поступать в МАИ, хотел строить самолёты. Но в результате оказался в Московском инженерно-строительном институте - МИСИ им.Куйбышева, на факультете теплогазоснабжения и вентиляции. В институте познакомился с Аркадием Хайтом, который был на курс младше. Однажды дежурили в народной дружине. Я, как старший, второкурсник, был главой «тройки», а Хайт и другие ребята были у меня в подчинении. И Хайт тогда поразил меня своей смешливостью. Он всё время хохотал, быстро и громко говорил… А потом надо было писать очередной капустник, и мне сказали, что на первом курсе есть смешной, остроумный парень. Это оказался всё тот же Хайт.

Вместе мы начали сочинять сценарии капустников. В строительном институте был коллектив под названием «СНИП». «СНИП» - это «Строительные нормы и правила». В нашем капустнике, как в сценках Райкина, разные люди расшифровывали это по-своему, слева направо и справа налево. Студенты: «Смех Необходим И Полезен», «Сами Написали И Поставили» «Потанцуем И Накиряемся Сегодня». Преподаватели: «Собираются, Надсмехаются, Институт Позорят», «Самодеятельность Наша Институтская – Поганная», «Проверим, Изучим, Накажем, Снимем со стипендии». Нянечка: «Снова Намусорили И Покурили. Придётся Их Начальству Сообщить». Доценты и профессора: «Смеются Над Институтской Профессурой». И – справа налево: «Погодите. Ещё (видимо, предполагалось, что технари пишут «Ищё» - Н.Б.) Наступит Сессия».

Свои сценарии и сценки из капустников мы записывали в тетрадочках, вместо лекций.

Н.Богатырёва. У хорошего хозяина ничего не пропадает. Александр Курляндский больше сорока лет хранит тетрадки студенческих лет, где вперемешку с формулами и обрывками лекций - сценарии капустников, наблюдения, интересные мысли. Из этих записей видно, как рос писатель-юморист. Как смешное и нелепое в жизни давало пищу для гротесковых образов.

Студенческие опусы хранятся в «Папке N1» под названием «О повышении качества сатиры и юмора». На ней торжественная надпись: «Начата 19 октября 1960 года». Это черновики рассказов, сценарии – то, с чего, собственно, и начинался творческий дуэт Курляндский-Хайт.

В 50-е годы накануне Международного фестиваля молодёжи и студентов началась повальная мода на капустники. Каждый вуз имел свою студенческую команду авторов и исполнителей. В МГУ блистал Марк Розовский. В МАИ – Эдуард Успенский и Феликс Камов. В Первом медицинском институте – Альберт Аксельрод, Аркадий Арканов и Григорий Горин. В МГПИ – Юрий Визбор, Пётр Фоменко, Юрий Ряшенцев, Владимир Красновский. Роль капустников в студенческой жизни была настолько велика, что проводились большие конкурсы, фестивали капустников. На одном из них лауреатом стал Первый медицинский институт.

Капустник обычно начинался со вступительной песенки. Как, например, вот эта, написанная Курляндским и Хайтом по случаю гастролей самодеятельности МИСИ в Ленинграде. Незатейливый и местами неуклюжий текст компенсируется жизнерадостным настроем:

Привет от весёлых московских ребят,

Везёт наш эстрадный коллектив в Ленинград.

Журнал, что взяли с собою, мы СНИПом зовём,

Расскажет он вам, как мы живём.

Пусть шутка и песня со сцены летят,

Пусть в зрительном зале улыбки горят.

Тихонько колёса на стыках стучат,

Они отбивают: «В Ленинград, в Ленинград!»

Мы ждём с волненьем встречи,

И новых друзей нам хочется видеть поскорей.

А потом шли короткие сценки на темы многотрудной студенческой жизни. Круг этих тем не был особенно широким. Лекции, экзамены, турпоходы, еда в студенческой столовой, вредные преподаватели – обо всём этом можно было услышать с самодеятельной сцены любого вуза. Насколько это было смешно, зависело от остроумия авторов и таланта доморощенных актёров. У студентов МИСИ с чувством юмора было всё в порядке, и традиционные «капустные» темы получали у них новое звучание.

Сессия, экзамены. Эта тема - самая частая в студенческих капустниках. Курляндский и Хайт, чтобы разнообразить её решение, разыгрывают своё действо то в далёком прошлом, то в будущем.