Мы живем в мире мифов и стереотипов, не замечая подчас, что они уже устарели и стали тормозить развитие той или иной деятельности. На рубеже ХХ-ХХI веков это пр

ВВЕДЕНИЕ

Мы живем в мире мифов и стереотипов, не замечая подчас, что они уже устарели и стали тормозить развитие той или иной деятельности. На рубеже ХХ-ХХI веков это произошло с деятельностью по обеспечению информационной безопасности (ДОИБ), которая оказалась «в плену» стереотипа, отождествляющего ее с технической защитой информации. Между тем, наступил век структурной гуманитарной революции, благодаря которой в жизни цивилизации происходят кардинальные трансформации, направленные на утверждение Человека и гуманитарных технологий в техносфере. И вряд ли разумно упорствовать в утверждениях, что сфера информационной безопасности не претерпела подобных изменений. Этих изменений сегодня столько, что они давно нуждаются в научной рефлексии. Впрочем, стоит заглянуть не только в будущее, но и в прошлое. Во все времена, даже в самых технократических обществах, заботясь об информационной безопасности, никогда не обходились без Человека и гуманитарных технологий. Поэтому положение о том, что деятельность по обеспечению информационной безопасности есть гуманитарная деятельность, осуществляющаяся с помощью гуманитарной методологии, может оспариваться противниками, но уже не может безоговорочно отвергаться.

Сегодня, когда мы вступили в информационное общество и ядром общественного бытия являются знания, информация и интеллект, нельзя не взглянуть на деятельность по обеспечению информационной безопасности через призму гуманитарно-информационного мышления, и на основе классических научных традиций, а также современных достижений философии, социологии, культурологи, психологии и других наук представить основные качественные характеристики деятельности по обеспечению информационной безопасности как гуманитарной деятельности, обладающей специфической гуманитарной методологией.

Методологическим стандартом всех гуманитарных наук является герменевтическая методология. Предпринятый автором анализ содержания ДОИБ позволил обнаружить в ней глубокие герменевтические традиции. Результаты этого анализа представлены в настоящей монографии, в которой развивается герменевтический подход к информационной безопасности.

Цель настоящей книги – обосновать герменевтическую методологию деятельности по обеспечению информационной безопасности, соответствующую гуманитарной цивилизации.

В первой главе раскрывается гуманитарная природа информационной безопасности, проблемы ее реализации в техногенной цивилизации, а также социально-культурные факторы, ставшие катализатором интенсивной гуманитаризации информационной безопасности в конце XX – начале XXI веков.

Во второй главе обосновывается герменевтическая методология деятельности по обеспечению информационной безопасности, которая включает в себя герменевтические принципы и закон адекватности этой деятельности, а также методы и средства ее практической реализации.

Данное исследование не претендует на исчерпывающее теоретическое обоснование «герменевтики информационной безопасности». Необходимо более тщательное изучение герменевтической методологии деятельности по обеспечению информационно-психологической безопасности. Нуждается в разработке герменевтическая методология подготовки кадров для сферы информационной безопасности. Остра потребность в разработке механизмов перевода герменевтической методологии ДОИБ в технологическую и нормативно-правовую плоскость: на уровень стандартов, руководящих документов и специальных технических регламентов. Требуется выявление специфики герменевтической методологии ДОИБ в различных отраслях и т. д. Перечень направлений дальнейших исследований можно продолжить и далее.

Актуальность дальнейшего изучения герменевтики информационной безопасности обусловлена усиливающейся виртуализацией реальности в ХХI веке. Виртуализация является угрозой информационной безопасности субъекта, поскольку замещает реальность образами реальности. В связи с этим усиливается риск неадекватного восприятия человеком реальности. Поэтому сегодня требуется, а в будущем еще более будет требоваться методология, способная вооружить человека специфическими технологиями эти образы идентифицировать, понять, а затем – понять и интерпретировать реальную действительность. И такой методологией является герменевтика.

Глава 1. ГУМАНИТАРНЫЕ ИМПЕРАТИВЫ
ИНФОРМАЦИОННОЙ БЕЗОПАСНОСТИ В УСЛОВИЯХПОСТИНДУСТРИАЛЬНОГО ОБЩЕСТВА.

1.1. Гуманитарная сущность
информационной безопасности

В справочной литературе «гуманитарный» (от лат. humanitas – человеческая природа, humanus – человечный, homo – человек) определяется как относящийся к человеческому обществу, к человеку и его культуре; гуманитарные науки – общественные науки (история, филология и др.) в отличие от естественных и технических наук; гуманитарное право – юридические нормы международного права, направленные на защиту прав и свобод человека (234, с. 145).

В основе понятия «гуманитарный» лежит гуманистическое мировоззрение, в центре которого находится идея человека как высшей ценности, принятие равенства между всеми свободными людьми. Обосновывая золотое правило гуманизма, Д. Локк указывал, что поскольку все люди равны и независимы, постольку ни один из них не должен наносить ущерб жизни, здоровью, свободе или собственности другого (152). Каждый гражданин имеет право на самоутверждение, не ущемляющее права других граждан. Человек с его правами и свободами, мыслями и чувствами является объектом изучения всех гуманитарных наук: истории, филологии, психологии, социологии, культурологии, педагогики и др. Результатом гуманитарного познания является система гуманитарного знания.

Согласно этим определениям, прилагательное «гуманитарный» может иметь два значения: 1) либо сфокусированность на человеке, его правах, свободах, потребностях, чувствах, культуре и т. д.; 2) либо отнесенность к гуманитарным наукам, к гуманитарному знанию. Для нашего исследования гуманитарной сущности информационной безопасности будут существенны оба эти значения.

Для доказательства гуманитарной сущности информационной безопасности определим сущность двух составляющих этого понятия: безопасности и информации.

Первый аспект гуманитарной сущности информационной безопасности – гуманитарная сущность безопасности. С точки зрения историко-философского анализа развития знаний о феномене этого явления, предпринятого В.С. Хомяковой (269), безопасность имеет, несомненно, гуманитарную сущность. На ранних этапах истории, на этапе мифологического мировоззрения безопасность понимается через отношение человека с природой, опасные явления которой кажутся ему непостижимыми и безропотно принимаются, а сами опасности персонифицируются. В мифе человек имеет дело с одушевленными существами, от которых зависит его существование, а познание безопасности протекает в форме их «узнавания» (269).

Сущность безопасности на этапе религиозного мировоззрения предстает как абсолютное благо. В буддизме она носит название нирваны, в исламе и христианстве персонифицируется в понятии всемогущего Бога как средоточения и истока безопасности, способного карать и спасать, перед которым человек испытывает страх. Страх божий предохраняет человека от неправильных поступков, а религиозная вера играет основополагающую роль в создании безопасного жизненного мира человека. Сама же безопасность связывается не с желанием избежать физической смерти, а с потребностью человека нравственного совершенствования, позволяющего достигнуть вечной жизни.

В философии Древнего мира в объяснении угроз и опасностей окружающего мира наблюдается соединение рационализма и мистицизма. В учениях Древней Индии сочетается признание необходимости мироутверждения – счастливой (безопасной) земной жизни и, в то же время, мироотрицание – освобождение от множественных страданий сущего и стремление к абсолютно благим (абсолютно безопасным) первоначалам. В философских школах Древнего Китая бытие определяют справедливость, порядок и закономерность в мире, которые исходят от Неба. Следование им – добро, нарушение – зло. Особая значимость придается книжной учености, государственности и социальной активности, благодаря которым жизнь человека приближается к гармонии, упорядоченности и безопасности.

В Древнегреческой философии утверждается мнение Аристотеля, согласно которому в человеке заложено внутреннее стремление к благу – стремление к счастью, безопасности. В понимании Аристотеля безопасность возможна лишь в процессе приносящей удовольствие деятельности, стремиться к которой – значит идти к своему собственному благу. Единственно возможной безопасной формой общежития для Аристотеля, как и для Платона, является город-государство, цель которого – воспитание граждан в духе добродетели. Высшим государственным благом считается справедливость – то, что служит общей пользе и безопасности. В государстве безопасность наиболее обеспечена там, где нет ни чрезмерного богатства, ни чрезмерной нищеты и которым управляют люди среднего достатка ради общей пользы.

Средневековая философия в осмыслении проблем безопасности вновь отдает приоритет христианской вере по отношению к человеческому разуму. У Тертуллиана божественный страх есть основа спасения, а безопасность определяют доверие Богу, верность ему и уверенность в истинах, данных в Откровении.

В эпоху Возрождения ярко выраженный антропоцентризм приносит новое понимание безопасности. Гуманисты видят творцом собственной жизни и счастья человеческую индивидуальность, при этом духовное и материальное, небесное и земное – равноправные начала в человеке. Для достижения личного благополучия и безопасности человек должен следовать своей природе, абсолютно греховной по меркам аскетического средневекового нравственного идеала. Высшее благо для человека, одним из условий которого является отсутствие опасностей и страданий, – это удовольствие или счастье.

В философии Просвещения безопасность связывается с прогрессом и перестройкой общественных отношений в соответствии с требованиями разума. Искоренив невежество, предрассудки, заблуждения, человек раскрывает возможности познания безопасных условий жизни. Для обеспечения безопасности необходима разработка, систематизация опытно-практических и теоретических знаний по всем областям жизни. Опора на собственный просвещенный разум делает человека свободным, независимым и способным защитить себя.

В немецкой классической философии, благодаря сближению ценности Божественного абсолюта и ценности развивающегося человека, индивид понимается как деятельное культурно-историческое существо, создающее себя, а пути достижения безопасного существования связываются с действием его созидательных сил – разума, нравственности, общения и труда. Идеал жизни Л. Фейербаха, выстроенный по принципу «человек человеку Бог», вера в то, что человек есть высшее существо, способное к сотрудничеству, положительному общению друг с другом, позволит сформировать новое, безопасное в всех отношениях общество – братство свободных, гармонично развитых, счастливых людей.

Проблема безопасности нашла отражение и в русской философии. В этом плане особый интерес представляют идеи естественнонаучного (В.И. Вернадский, К.Э. Циолковский, А.А. Чижевский) и религиозного (Н.Ф. Федоров) направления русского космизма. Считая главной среди насущных проблем бытия проблему выживания, русские мыслители искали научные способы совершенствования мира и достижения вечной жизни (269).

Очевидно, что каждое философское направление, используя собственные гносеологические и логические критерии для оценки безопасности, наполнило специфическим содержанием знание о безопасности (от религиозного и абстрактно-понятийного представления безопасности, до использования законодательных, технических и других научных средств в ее обеспечении), которые определялись культурно-исторической ситуацией и господствующим мировоззрением. Однако следует признать, что человеческое измерение безопасности было неизменным на всех этапах истории. Мы можем говорить о гуманитарном характере безопасности с аксиологической точки зрения, поскольку она всегда находилась в ряду общечеловеческих ценностей, таких как добро, истина, красота, она имела значимость для многих поколений людей, несмотря на то, что в разные эпохи ее содержание и значение понимались по-разному. Кроме того, безопасность всегда создавала оптимальные условия для поддержания гармоничного состояния бытия и развития общества (269). И в этом заключается ее гуманистический онтологический пафос.

В русском языке безопасность определяется как «положение, при котором не угрожает опасность кому-либо или чему-либо» (197, с. 38).

Именно социально-гуманитарная сущность понятия безопасности зафиксирована в современных нормативно-правовых актах России по вопросам безопасности. Первым правовым актом, заложившим основу теоретической и практической деятельности в сфере обеспечения безопасности, является утвержденный Указом Президента РФ от 5 марта 1992 года Закон РФ «О безопасности» (189). Закон определил понятие безопасности на основе теории интересов, вывел понятие безопасности за рамки государственно-властных структур и, закрепил принципиально новый для нашей страны концептуальный подход к проблеме безопасности. Это проявилось в прекращении игнорирования интересов личности и общества. Согласно закону, в настоящее время под безопасностью понимается состояние защищенности жизненно важных интересов личности, общества и государства от внутренних и внешних угроз (ст. 1). Жизненно важные интересы при этом – это совокупность потребностей, удовлетворение которых надежно обеспечивает существование и возможности прогрессивного развития личности, общества и государства. (ст.1).

Однако исследование феномена безопасности продолжается. Представители различных наук, используя различные гносеологические критерии для исследования феномена безопасности, по-разному определяют это понятие: как отсутствие опасности; отсутствие угроз; специфическая деятельность по нейтрализации реальных и потенциальных угроз обществу и государству; специфическая деятельность по обеспечению благоприятных условий для развития России, защите жизненно важных национальных интересов общества и государства, достижению национальных целей; совокупность факторов, обеспечивающих жизнеспособность государства, благоприятные условия для развития; свойство (атрибут) системы; условие существования субъекта, контролируемые им и др. (45, 52, 55, 59, 63, 69, 71 и др.).

Совокупность существующих в отечественной и зарубежной науке определений безопасности А.Ш. Викторов делит на три группы:

  • безопасность как отсутствие опасностей (на основе принципа дихотомии, т. е. некое целое, которое состоит из двух противоположных частей, в данном случае, это целое – существование человека);

  • безопасность – это определенная деятельность по обеспечению или по предупреждению каких-либо угроз, опасностей (т. е. это деятельностный подход, связанный с уровнем развития общественного производства, благодаря которому и создаются те или иные защитные (предупреждающие) действия;

  • безопасность – это осознанная потребность, ценность, интерес, так или иначе связанные с тем или иным целеполаганием.

  1. Отчет о научно-исследовательской работе по теме: «Развитие России в условиях глобализации»

    Содержательный отчет
    Объектом исследования является: процесс нового мирового развития, который будет доминировать в обществах грядущего, анализ места России в период глобализации.
  2. 1998 россия и мир: политические реалии и перспективы аналитический альманах. Москва: "Автодидакт", 1998

    Документ
    Альманах содержит избранные материалы “круглых столов”, проведенных Независимым экспертным советом по стратегическому анализу проблем внешней и внутренней политики при Совете Федерации Федерального Собрания Российской Федерации, а
  3. Федерации Глобальные процессы: тенденции развития в мире и России до 2020 года (рабочее название) Издательский дом «Финансовый контроль» Москва 2003

    Документ
    2.5. Фондовый рынок через процессы секъюритизации объектов собственности, электронную торговлю базовыми активами и быстрое развитие рынка деривативов определяет ускоренное обращение и перелив капитала и собственности
  4. И тогда мастер словно в попытке изгнать бесов, порождаемых слепотой рассудка, стал писать самую простую из своих историй… Эта книга называется “ Все имена

    Книга
    «И тогда мастер словно в попытке изгнать бесов, порождаемых слепотой рассудка, стал писать самую простую из своих историй… Эта книга называется “Все имена”.
  5. В этой книге Диакон Андрей Кураев отвечает на вопросы православной молодёжи

    Документ
    Вопросы молодых резки, требовательны. Они ждут честных ответов. Они не любят общих фраз. И спрашивают они о том, что интересно им и не всегда интересно пожилым прихожанам.
  6. В 1992 г., еще в дыму и грохоте разрушения, я написал книжку «Интеллигенция на пепелище России». Отом, как, начиная с 60-х годов, вызревали главные идеи перестр (1)

    Документ
    В 1992 г., еще в дыму и грохоте разрушения, я написал книжку «Интеллигенция на пепелище России». О том, как, начиная с 60-х годов, вызревали главные идеи перестройки в умах честной и бескорыстной части нашей интеллектуальной элиты
  7. В 1992 г., еще в дыму и грохоте разрушения, я написал книжку «Интеллигенция на пепелище России». Отом, как, начиная с 60-х годов, вызревали главные идеи перестр (2)

    Документ
    В 1992 г., еще в дыму и грохоте разрушения, я написал книжку «Интеллигенция на пепелище России». О том, как, начиная с 60-х годов, вызревали главные идеи перестройки в умах честной и бескорыстной части нашей интеллектуальной элиты
  8. П. П. Румянцева Издательство Томского университета

    Документ
    Редакционная коллегия: профессор В.П. Зиновьев, доцент А.В. Литвинов, ассистент П.П. Румянцев (отв. редактор), аспиранты С.А. Меркулов, А.Н. Сорокин, Д.
  9. Н. В. Панченко, Ю. В. Трубникова, Н. Ю. Чернышева, Т. В. Чернышова

    Документ
    Университетская филология – образованию: регулятивная природа коммуникации: Материалы Второй международной научно-практической конференции «Коммуникативистика в современном мире: регулятивная природа коммуникации» (Барнаул, 14-18 апреля 2009 г.

Другие похожие документы..