Первый канал, новости, 04. 02. 2006, Кокорекина Ольга, 18: 00 21

ВЕДУЩИЙ: Я думаю, Вы со мной согласитесь, что от гражданской войны в 96-м году спас Россию Геннадий Андреевич Зюганов, который признал результаты сомнительных выборов. А вот он как раз мог вывести таких оголтелых, и в таком количестве, что вся страна бы кровью залилась.

АНДРЕЙ КОНЧАЛОВСКИЙ: Это был, между прочим, первый раз, когда коммунистическая партия в отдельно взятой стране сама отдала власть.

ВЕДУЩИЙ: Ельцин выбрал своим преемником Путина. Означает ли это преемственность двух президентов или сейчас есть принципиальные отличия стране? Вот, страна при Путине и страна при Ельцине.

БОРИС НЕМЦОВ: Понимаете, есть один момент, на мой взгляд, очень позитивный. Это то, что Ельцин не критикует Путина публично, а Путин публично не критикует Ельцина. Это, в принципе, признак цивилизованности отношений, хотя, я думаю, что в частных беседах они, наверное, многое друг другу могут сказать. Я вообще считаю, что Ельцин выбрал преемника, прямо ему противоположного. Ельцин был человеком пьющим. Путин у нас трезвенник, как Вы знаете. Ельцин был человеком уже пожилым и часто болел. Путин - здоровый. Ельцин был бунтарем-реформатором. Путина назвать бунтарем-реформатором никто не может.

ВЕДУЩИЙ: Ельцин любил волейбол, путин не любит мячики.

БОРИС НЕМЦОВ: Как можно было найти преемника, который ничего общего с тобой не имеет? Я недавно встречался в Нижегородской губернии с мужиками. Они говорят: "Он не преемник. Он племянник. Мы точно знаем, что он племянник. Ну, не ушел бы он просто так, не отдав своему родственнику власть". Я Вам так скажу, конечно, это патриархальное такое, самодержавное сознание. Оно глубоко в крови. Это совершенно точно.

ВЕДУЩИЙ: По крайней мере, мы с Вами сошлись на том, что эпоха была яркая, эпоха была противоречивая, и уж нескучно было точно.

АНДРЕЙ КОНЧАЛОВСКИЙ: Вы знаете, еще история важна тем, что она показала, куда нельзя идти. Опыт уникальный у России, потому что нет страны еще вообще, которая из коммунистической системы авторитарной пришла бы к капитализму.

ВЕДУЩИЙ: Сегодня мы так много цитировали классиков 19-го века, это напоминает слова еще одного из них: "Боюсь, что предназначение России - служить всему миру предостережением".

ЛЮДМИЛА НАРУСОВА: Один классик тоже сказал: "Когда плывешь в лаве, не чувствуешь собственной температуры". И вот в этом историзм нашего бытия. Потому что мы плывем в лаве вот в этой, и собственную температуру не всегда можем чувствовать.

АНДРЕЙ КОНЧАЛОВСКИЙ: Это, правда, была не лава.

ВЕДУЩИЙ: Я благодарю наших гостей. Сразу после рекламы мы поговорим о том, как грузинские власти раскрыли "очередной заговор" России, и обсудим вопрос, станет ли создание военной полиции панацеей от дедовщины.

Весной пока даже и не пахнет, а у грузинского руководства началось очередное обострение. Наверное, только так можно расценит заявление президента Саакашвили, сделанное на днях в Германии. "Мы должны быть готовы ко всему. Мы - солдаты отечества. У нас нет путей отступления, потому что за нами родина. Мы имеем дело с очень богатым, коварным, злобным и опытным врагом, цель которого не допустить возрождения, объединения и окончательного освобождения Грузии". Для того, чтобы раскрыть этот коварный замысел России и привлечь к себе всеобщее внимание, используется любой повод. Обычное ДТП с участием машин наших миротворцев и жителей Грузии чуть не привело к серьезному боевому столкновению. А в ночь на пятницу грузинские спецслужбы предотвратили очередное покушение на Михаила Саакашвили. Виноватой, конечно, опять оказалась Россия. Было объявлено, что обнаруженный на месте готовящегося преступления переносной зенитно-ракетный комплекс произведен в России и завезен на грузинскую территорию из нашей страны. Что ж, надо отдать должное эмоциональному и впечатлительному Михаилу Саакашвили. Он нашел ключ к сердцу грузинского народа, отличительной чертой которого всегда было сострадание. Поэтому время от времени раскрываются и предаются широкой огласке неудавшиеся покушения на Мишико и его невероятные приключения. Никого не смущает, что все это больше напоминает театр абсурда, чем даже шпионский фильм. То 11-летний мальчик, игравший в войнушку рядом с президентской резиденцией, был объявлен снайпером, готовящим убийство Саакашвили. То какой-то больной взорвал пороховое устройство в подземном переходе по пути следования президента, оставив письмо для него на древнегрузинском языке. Депеша оказалась полной бессмыслицей, но президент снова впечатлился. Потом на Саакашвили и, о ужас, на Буша покушался неадекватный торговец хомячками. Правда, у гранаты не было никаких шансов не только долететь, но и взорваться. Несчастный торговец стал героем репортажей и получил пожизненное заключение. А когда неизвестные террористы взорвали газопровод в Северной Осетии, президент сразу же понял, что Россия желает поставить Грузию на колени, и посредством переохлаждения лишить жизни героя грузинской революции. Надо сказать, что расчетливая истерика принесла свои плоды. Тут же подоспела гуманитарная помощь от друзей и соседей. Но еще оказалось, что весь мир восторженно смотрел, как Грузия справилась с результатами саботажа. Думая особенно о мире. Потому что Грузия, возмущенная ценой 110 долларов за российский газ, закупила у Ирана голубое топливо в 2 раза дороже. Саакашвили смог расплатиться с главным врагом США американскими же деньгами.

Нервные срывы грузинского руководства болезнь, видимо, хроническая, и не поддающаяся лечению. А вот как лечить болезнь нашей армии, дедовщину? Оказывается, уже придумали.

Трагедия рядового Андрея Сычева реанимировала идею создания военной полиции. Еще 10 лет назад Государственная Дума пыталась ее узаконить. В 1998-м году в двух районных округах и на Северном флоте даже проводились эксперименты. На расширение их не нашлось денег. Полицейские действуют во многих армиях мира. В частности, в США их задача - расследование и предотвращение преступлений, совершенных военными. В Израиле - обеспечение дисциплины среди военнослужащих и охрана военных тюрем. Уже объявлено, что российская военная полиция будет создаваться с учетом зарубежного опыта и наших реалий, появится не раньше, чем через 2 года, и будет находиться в структуре Министерства обороны. Станет ли создание института военной полиции в России панацеей от дедовщины? Свои позиции представляют писатель Михаил Веллер и председатель Комитета Государственной Думы по законодательству Павел Крашенин. Павел, насколько я знаю, Вы достаточно давно отстаивали идею необходимости существования военной полиции и ее создания. Почему Вы считаете, что военная полиция может стать панацеей от дедовщины?

ПАВЕЛ КРАШЕНИННИКОВ: Я думаю, что панацеей вряд ли, потому что очень уж сильно у нас в армии не все хорошо, мягко говоря. Но военная полиция - это то, что в принципе цивилизацией уже апробировано, во многих странах она существует. У нас в стране она могла бы заниматься расследованием уголовных дел, которые есть в воинских частях, в том числе, расследованием дедовщины. Она могла бы заниматься этапированием тех лиц, которые под следствием, или которые подозреваются. Но принципиально важно, чтобы эта военная полиция не была в структуре Министерства обороны. Если это будет в структуре Министерства обороны, на мой взгляд, это все пустое, и делать это бессмысленно, потому что это все будет в одном ведомстве, и полицейские будут работать на военных.

ВЕДУЩИЙ: Хотя министр обороны однозначно сказал, что если такая военная полиция будет создана, то она будет только в структуре Министерства обороны.

ПАВЕЛ КРАШЕНИННИКОВ: Вы знаете, мне кажется, что военная полиция может быть в системе либо Министерства юстиции, либо Министерства внутренних дел.

ВЕДУЩИЙ: Спасибо. Господин Веллер, почему Вы считаете это утопией?

МИХАИЛ ВЕЛЛЕР: Что есть военная полиция? Институт репрессивный. Это именно то, чего не хватает молодому солдатику. Ему не хватает репрессий со стороны командиров всех уровней от старика до генерала, со стороны прапорщиков и прочих, ему нужна еще военная полиция, которая поигрывая дубинкой, будет ловить его в увольнении за расстегнутый крючок и выворачивать карманы, как наша милиция в метро. Вопрос решается изменением всех армейских порядков и изменением отношения к ним. А когда вопрос пытаются решить созданием дополнительной структуры и рапортом, что работа ведется, это свидетельствует о беспомощности и попыткой видом действия заметить действие.

ВЕДУЩИЙ: То есть, Вы считаете, что военная полиция - это люди, которые залетают в казарму с криком: "Всем предъявить прописку"?

МИХАИЛ ВЕЛЛЕР: Нет. Это люди, которые будут частично дублировать функции военной прокуратуры, частично дублировать функции внутренних войск, частично дублировать функции комендантских патрулей в особенности, и что и делать, толком знать не будут. А дедовщина правит в казарме, где никакой военной полиции не будет.

ВЕДУЩИЙ: Благодарю Вас. Итак, уважаемые телезрители. Присоединяйтесь в нашему разговору. Если Вы считаете, что создание военной полиции поможет решить проблему дедовщины, звоните по телефону 995-81-01, или отправьте SMS-сообщение на номер 3344. Если считаете, что не поможет, тогда звоните по телефону 995-81-02 или отправьте SMS-сообщение с цифрой 2. Кто из зрителей в студии желает присоединиться?

- Господин Крашенинников, не считаете ли Вы пустой тратой денег создание военной полиции, по той простой причине, что 98% случаев избиения и насилия над солдатами происходит в таких помещениях, как каптерка, это известно всем. И не считаете ли Вы, что лучше все-таки больше ответственности возложить на офицерский состав, который, как случай в Челябинской области, может по 5-7 часов отсутствовать в казармах, где за это время солдаты делают, что хотят и как хотят.

ПАВЕЛ КРАШЕНИННИКОВ: Ну, что касается каптерок, то это присутствует. Но это присутствует и в других вещах, и в других помещениях, и не только помещениях, и не только помещениях. Сегодня функция дознания как раз на офицеров и возложена. И что мы видим? Да они прикрывают сами себя. Но при этом надо понимать, что все офицеры разные. Не нужно говорить, что все вообще занимаются дедовщиной. Но те, которые занимаются, их прикрывают, потому что они все вместе. Недавно показывали по НТВ сюжет, когда военный прокурор вышел и сказал, что ему говорят, вот, Вы знаете, избили человека, его били головой об стенку. Военный прокурор сказал, что этого не может быть в принципе.

МИХАИЛ ВЕЛЛЕР: Вот какая штука. Перефразируя классика, дедовщина начинается в головах. Офицер первым делом стремится скрыть ЧП в своем подразделении части, ибо нет ЧП - чистый послужной список, продолжается карьера. Есть ЧП - скандал, черное пятно в послужном списке.

- У меня вопрос к господину Веллеру. Скажите пожалуйста, если не военная полиция, то какой орган и каким образом должен бороться с дедовщиной в армии?

МИХАИЛ ВЕЛЛЕР: Вопрос говорит о том, что проблема поставлена неправильно в принципе. Дедовщина - это не родимое пятно на здоровом теле нашей армии, а лишь одна из частей системного заболевания. И бороться надо не приставлением военного полицейского к каждому отделению, взводу, роте, а изменением порядка вещей в армии вообще. Военная полиция из-под палки - явление, которое есть (нрзб.) всего стресса армии, которая встает на молодого солдата, не может быть правильной полицией. Ибо дедовщина - это проявление стресса, в котором служит солдат, и этот стресс, кроме того, создается ему дополнительно всей армейской системой.

ВЕДУЩИЙ: Господин Крашенинников, Вы согласны, что, все-таки, это полмеры?

ПАВЕЛ КРАШЕНИННИКОВ: Это даже не полмеры, это 10%, даже меньше. Потому что, в первую очередь нужно ввести систему изменений в саму армию. Безусловно, нужно выстраивать институт альтернативной гражданской службы. Ведь что получается, у нас сегодня попытка сделать альтернативную гражданскую службу типа военной. Не хочешь идти на военную службу, или на альтернативку, но мы тебе такое устроим. Здесь как раз функция, в том числе, военной полиции, чтобы то, что происходит в армии было, во-первых, прозрачным, во-вторых, чтобы мгновенная была реакция закона и правоохранительных органов.

- У меня вопрос к господину Крашенинникову. Если все-таки у нас есть средства на создание такого института как военная полиция, то, может быть, мы не будем выражать недоверие офицерскому корпусу начнем им платить чуть-чуть побольше из этих денег, и спрашивать с них тоже чуть побольше. И второе. Может быть, нам не надо миллион 200 тысяч вот этих вот задохликов, дистрофиков, которые болтаются внутри бушлата? Может, нам хватит 400 тысяч головорезов? Может быть, об этом подумать?

ПАВЕЛ КРАШЕНИННИКОВ: Абсолютно правильно. Это и есть то, что является основной частью проблемы военной реформы, о которой много говорят, но которая, почему-то никуда не движется. Конечно, я с Вами полностью согласен, что нужно платить нормальные деньги, чтобы люди понимали, чем они должны заниматься, чтобы они отвечали за то, что делают. И еще раз хочу подчеркнуть, что не надо думать, что все офицеры такие. Речь идет о каком-то определенном количестве процентов, которые, к сожалению, создают у нас такое восприятие.

МИХАИЛ ВЕЛЛЕР: Господа, одна фраза, маленький секрет. Понимаете, об армейской реформе. Чем дольше длится какая-то реформа, тем дольше можно красть деньги соответствующим присосавшимся структурам. Необходима структурная реорганизация армии, для чего нужно знать и хотеть. Для этого перед армией должна быть поставлена внятная задача, что ей делать, и к чему быть готовой. Такой задачи перед армией на сегодня не поставлено. Пока она не будет стоять, не будет ничего решено.

ВЕДУЩИЙ: 200 тысяч, положим, полицейских, они с Марса прилетят?

ПАВЕЛ КРАШЕНИННИКОВ: Ниоткуда они с Марса не прилетят. Я думаю, что из структур МВД.

ВЕДУЩИЙ: То есть, у нас в МВД все так здорово, что мы легко можем забрать оттуда несколько десятков тысяч профессионалов и отдать их в армию?

ПАВЕЛ КРАШЕНИННИКОВ: Специальность нужно такую создавать, обучать этому. Ну, давайте мы бросим, лет через 20 введем.

ВЕДУЩИЙ: Если я правильно понимаю, то элементы дедовщины существуют и в войсках МВД. И если они перейдут из структур реального МВД, то в скором времени офицеры, чтобы никто не узнал о случае ЧП, будут аккуратно платить военному полицейскому. Это будет такая служба собственной безопасности.

ПАВЕЛ КРАШЕНИННИКОВ: Это Вы намекаете на МВД что ли?

ВЕДУЩИЙ: Я просто констатирую структуру нашего общества. То, что охраняем, вот с этого и имеем. Что будет, когда введут военную полицию?

МИХАИЛ ВЕЛЛЕР: Именно то, что Вы сказали, это представляется очевидным. Это будет властная внутри армии структура, которая будет действовать по законам внутриармейским, общегосударственным, при помощи своей власти занимаясь поборами, и, угрожая в случае чего власть применить, внутри армии. Она будет устраивать внутри армии свои дела, ибо совершенно непонятно, чем она будет заниматься еще. В то время, как один-единственный способ изменить что-то - это менять структуру, и нужно внедрить в головы высшего генералитета, что армия измеряется не количеством, что продемонстрировал нам (нрзб.) в 41-м году, и никакие выводы идиотами не были сделаны. Армия - это единая система, спаянная организацией, духом и поставленными целями. И больше отнюдь не значит лучше. Потому что нам надо меньше, но правильно организованную. Пока этого не будет, ничего не будет.

ВЕДУЩИЙ: Ну, что ж, я благодарю участников нашей дискуссии. Итоги голосования телезрителей мы подведем после рекламы, а также поговорим со следующим нашим гостем, Владимиром Потаниным.

Итак, подведем итоги интерактивного голосования телезрителей. Большинство позвонивших и приславших SMS-сообщения убеждены в том, что военная полиция вовсе не является панацеей от дедовщины. А наш следующий гость - один из капитанов отечественного бизнеса, член общественной палаты Владимир Потанин. Здравствуйте, Владимир Олегович. Прошу Вас. Владимир Олегович, Вы - человек в России известный и влиятельный. Скажите, пожалуйста, зачем Вам понадобилась Общественная палата? Насколько я понимаю, у Вас и так дел хватает.

  1. Первый канал, новости, 03. 01. 2006, Кокорекина Ольга, 18: 00 20

    Документ
    ПУТИН ПОДПИСАЛ ПОПРАВКУ К ЗАКОНУ О ПОЛИТИЧЕСКИХ ПАРТИЯХ, ПРЕДОСТАВЛЯЮЩУЮ ПРАВО ПОБЕДИВШЕЙ НА РЕГИОНАЛЬНЫХ ВЫБОРАХ ПАРТИИ ВЫДВИГАТЬ КАНДИДАТУРУ ГЛАВЫ СУБЪЕКТА РФ 69
  2. Первый канал, новости, 01. 02. 2006, Кокорекина Ольга, 15: 00 8

    Документ
    11 Ведомости, Долгошеева Екатерина, Романова Татьяна, 0 .0 . 00 , №17, Стр. Б1 11 РОТНАЯ ПОЛИЦИЯ. 1 Ведомости, 0 .0 . 00 , №17, Стр.
  3. Первый канал, новости, 15. 02. 2005, Кокорекина Ольга, 15: 00 10

    Документ
    "МЫ ГОТОВЫ ИДТИ НАВСТРЕЧУ КРУПНЫМ КОМПАНИЯМ, РАЗЪЯСНЯТЬ СУТЬ НОВОГО ЗАКОНА, УБЕЖДАТЬ В ЕГО ПОЛЬЗЕ, В ТОМ, ЧТО ЧЕСТНЫЙ БИЗНЕС ОТ ПРИНЯТИЯ ЗАКОНА "О ЗАЩИТЕ КОНКУРЕНЦИИ" ВЫИГРАЕТ".
  4. Первый канал, новости, 11. 01. 2006, Кокорекина Ольга, 12: 00 13

    Документ
    01. 00 , Выходцева Елена, 14:00 17 РОССИЯ, ВЕСТИ, 11.01. 00 , Ситтель Мария, 17:00 17 РОССИЯ, ВЕСТИ, 11.01.
  5. Первый канал, новости, 24. 11. 2005, Кокорекина Ольга, 18: 00 16

    Документ
    11. 005, Антонов Михаил, 17:00 1 РОССИЯ, ВЕСТИ, 4.11. 005, Антонов Михаил, 0:00 17 ТВЦ, ДЕЛОВАЯ МОСКВА, 4.11. 005, Мирошникова Татьяна, 13:05 18 ТВЦ, СОБЫТИЯ, 4.
  6. Первый канал, новости, 27. 09. 2005, Кокорекина Ольга, 15: 00 19

    Документ
    09. 005, Борисов Дмитрий , :00 45 РАДИО РОССИИ, ВЕСТИ, 7.09. 005, Чернов Дмитрий, 15:00 4 РАДИО РОССИИ, ЭТОТ ДЕНЬ: СОБЫТИЯ И МНЕНИЯ.
  7. Первый канал, новости, 19. 06. 2006, Нерознак Всеволод, 09: 00 14

    Документ
    0 . 00 , Кокорекина Ольга, 18:00 15 ПЕРВЫЙ КАНАЛ, НОВОСТИ, 19.0 . 00 , Кокорекина Ольга, 18:00 1 ПЕРВЫЙ КАНАЛ, ВРЕМЯ, 19.
  8. Первый канал, новости, 25. 11. 2005, Нерознак Всеволод, 09: 00 19

    Документ
    "ФИНАНСИРОВАНИЕ ПОЛИТИЧЕСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ В РОССИИ ИЗ-ЗА ГРАНИЦЫ, СЧИТАЮ, ДОЛЖНО БЫТЬ В ПОЛЕ ЗРЕНИЯ ГОСУДАРСТВА "., ВЛАДИМИР ПУТИН, ПРЕЗИДЕНТ РФ 109
  9. Первый канал, новости, 22. 12. 2005, Кокорекина Ольга, 12: 00 13

    Закон
    1 . 005, № 4 , Стр. А 15 ИЗГНАНИЕ КОММЕРЦИИ. 15 Ведомости, Воронина Анфиса, Беккер Александр, Никольский Алексей, 3.1 . 005, № 4 , Стр. А1 15 АНТИОРАНЖЕВЫЙ МАНЕВР? 1 Вечерняя Москва, Минаев Сергей, 3.

Другие похожие документы..