Предисловие

В 15:00 капитан-лейтенант Легуен вошел в конференц-зал. Райан перед этим посетил службу безопасности, где посмотрел на фотопортрет Легуена и проверил его допуск к совершенно секретным делам. Через девять лет с той поры Легуен с живостью вспоминал ту встречу с Райаном [56] и то, как произошло его знакомство с Проектом LQ: Райан начал с того, что сообщил Легуену о перспективе назначения его командиром корабля, который должен выполнять секретную операцию. «Но, — продолжал Райан, — окончательное решение о назначении будет принято только после согласия Легуена, и адмирал Хорн одобрит его назначение». Затем Райан пояснил задачу проекта и назначение корабля, особенно отметив, что все, что относится к проекту, включая настоящую встречу, является секретным{40}.

Легуен вспоминал, что сидел молча, внимательно вслушиваясь в каждое слово. Райан отметил, что эта служба расценивается, как крайне опасная и что Легуен приглашается на нее на добровольных началах. Райан сделал паузу, затем продолжил более подробный рассказ о плане действий нескольких кораблей-приманок подводных лодок — судов-ловушек, вооруженных торговых судов, но замаскированных, у которых вооружение, состоящее из 4-дюймовых орудий, глубинных бомб, бомбосбрасывателей и гидроакустического оборудования, внешне не просматривается. Здесь Райан снова сделал паузу, давая собеседнику возможность подумать. Легуен задал несколько вопросов: каковы размеры корабля? Какова скорость хода? Каков личный состав? Будет ли он вооружен торпедами и торпедными аппаратами? Райан ответил: 3600 тонн; 11 узлов; адекватно отобранный офицерский состав и команда; торпедного оружия нет. Легуен спросил еще, будут ли у него развязаны руки в смысле ведения боевой деятельности, поскольку тактике судов-ловушек в Морской академии или в военном колледже не учат. Райан ответил, что выбор того, как именно вести боевую деятельность, является прерогативой командира.

Несколько мгновений Легуен молчал, затем сказал: «Да, как я могу отказаться, раз уж меня выбрали», и затем спросил еще: «А каков ожидаемый срок жизни этой команды?»

Райан заколебался, думая, что ответить.

«Откровенно говоря, если вам повезет, то тридцать дней; если же вам не только повезет, но ещё будете иметь успех, [57] то, возможно, и дольше». — Райан принялся подыскивать другие возможные положительные аспекты: «Корабль будет загружен лесом или стальными бочками для обеспечения плавучести после торпедного удара. Теоретически корабль — платформа для артиллерийского удара по лодке, если она всплывет. Ночная атака, темнота, видимость — вот разные переменные факторы; а если вы по вашему суждению в состоянии определить местоположение подлодки гидроакустикой, то можете принять решение атаковать ее глубинными бомбами».

На этом беседа закончилась, и Легуену было предложено в субботу вновь явиться сюда для продолжения разговора и подтверждения согласия.

На следующий день в среду 23 января в 13:00 капитан 3 ранга Райан встречался с капитан-лейтенантом Гарри Линвудом Хиксом в том же адмиральском конференц-зале и провел беседу с ним в таком же духе, как с Легуеном. Хикса также заинтересовала конфигурация корабля и особенности тактики. На свое назначение он согласился почти без колебаний и порадовался тому, что в качестве механика у него будет знакомый ему Беккет. Затем он задал вопрос, на который Райан не имел ответа. После сообщения о том, что офицеры и команда будут в гражданской одежде или одежде моряков коммерческих судов, и что корабль будет идентифицироваться по своему гражданскому названию, «Карелии», Хикс спросил: «А что, если по случаю вооруженный германский рейдер захватит нас в плен, будем ли подпадать под действие Женевской конвенции и будем ли мы считаться военнопленными? Или же в результате мы рискуем быть принятыми за переодетых военных и считаться шпионами?»

Для Райана вопрос был полной неожиданностью, но он все же нашелся и ответил, что плен возможен, но маловероятен. Наступила пауза. Тогда Хикс сделал такое заключение: «Полагаю, что единственный практический ответ — не попадаться!» Они оба улыбнулись.

Райан рассказал Хиксу о некоторых дополнительных подробностях дела и сказал, что ожидает получения приказа в течение недели. [58]

В субботу утром в 10:00 Легуен снова прибыл в офис Хорна и встречался с Райаном. Встреча была краткой — Легуен согласился с назначением, Райан ознакомил его с подбором его академических однокурсников и рассмотрел вопрос, поднятый Хиксом. Он сказал, что изучает вопрос о статусе личного состава при пленении его — это означало принятие определенных мер на случай, если такое произойдет. Легуену было сказано, что в течение недели будет подготовлен приказ и что оформление перевода его и Хикса будет производиться одновременно в Управлении Морскими Операциями и в Охране Восточной Морской Границы{41}.

Тем временем, во временном здании напротив главного здания Министерства через Зеркальный пруд капитан 3 ранга Картер в отделе снабжения и расчетов представлял адмиралу Спиру кандидатуры двух человек на посты офицеров корабельных финансов и снабжения. Один из них — второй лейтенант резерва Эдгар Томас Джойс, второй — мичман резерва Кеннет М Бийр. Картер зачитал резюме на этих офицеров. Он объяснил, что они оба были выбраны по причине того, что оба входят в Корпус Коммерческого Морского Резерва и в настоящее время призваны на службу. Они оба имеют опыт службы в коммерческом флоте, они должны быть знакомы с правилами Морской Комиссии и порядком службы в частных пароходствах, в связи с чем являются подходящими для участия в проекте. Спир согласился и предложил Картеру вызвать их в Вашингтон. Картер явился в офис Райана и назвал фамилии отобранных офицеров. Теперь у Райана был подобран весь офицерский состав. А Мак-Колл и Дюбуа определяли и подыскивали по 135 младших офицеров и матросов для каждого корабля. Проект LQ шел вперед полным ходом

Контр-адмирал Эдолфас Эндрюс, Командующий Охраной Восточной Морской Границы прислал ответ адмиралу Кингу на его запрос о судах-ловушках в секретном письме от 29 января 1942 года. На 4 страницах Эндрюс ссылается на атаки подлодок на «Норнесс», «Сити оф Атланта», «Коимбра», «Варангер» и «Хало»: он не ссылался — если [59] только знал — что к 29 января еще 9 судов подверглись торпедным атакам у восточного побережья. В письме Эндрюса говорится о стратегии судов-ловушек, вооружении и особенностях боевых действий. Отмечается особо, что атаки происходили по ночам, из надводного положения и с малого расстояния; что суда-ловушки должны иметь значительный запас плавучести, чтобы оставаться на плаву после торпедного удара; что у судна-ловушки должен быть «невзрачный» внешний вид, чтобы подлодка при обнаружении его не стремилась погрузиться; что офицеров, управляющих артиллерийским огнем, должно быть двое на случай возможного поражения одного из них; и что в целом Проект LQ стоит того, чтобы опробовать его. Но большинство из этих моментов уже было учтено капитаном 3 ранга Райаном.{42}

Эндрюс выразил свое согласие принять на себя оперативное управление судами-ловушками. Еще 12 января в Охрану Восточной Морской Границы было сообщено о движении подлодок к канадскому и американскому восточному побережью, и Эндрюс готов был принять любую существенную помощь. Адмирал Хорн был доволен ответом и сообщил о нем адмиралу Кингу. Они оба отлично понимали, что Проект LQ не есть последний ответ на новое наступление подлодок — это всего лишь некий целесообразный ход, некоторая мера, которая, как они надеялись, лишь несколько облегчит отчаянное положение{43}.

К 1 февраля усилия капитана 3 ранга Райана стали приобретать материализованный вид: коммерческие пароходы «Кэролин» и «Эвелин» были в пути в Портсмутскую морскую верфь; готовились приказы на весь офицерский состав; и подобранный личный состав начал передислокацию в направлении Нью-Гемпшира. Капитан-лейтенанты Хикс и Легуен были вместе официально вызваны в Вашингтон 4 февраля. Райан подготовил их встречу с адмиралами Хорном и Фарбером в Управлении Морскими операциями и с капитанами 3 ранга Мак-Коллом и Дюбуа — в отделе личного состава флота. Хорн тепло приветствовал офицеров. Он объяснил необходимость спешности их миссии и рассказал, насколько слабо Атлантический флот оказался [60] подготовленным против нарастающей угрозы подводных атак у атлантического побережья. Вдаваться в дальнейшие дискуссии адмиралы явно не желали. Они только поздравили офицеров с их выбором и пожелали доброй охоты. С приказами в руках два будущих командира завершили свое пребывание в Вашингтоне и отбыли{44}. Они встретятся с Райаном снова 9 февраля на Черч-стрит, 90, в Нью-Йорке. [61]

Глава 4.
«Каролин» и «Эвелин»: корабли и люди

«Вступление в строй не подлежит фиксации в Морском Министерстве».

Вице-адмирал Фредерик Дж. Хорн Помощник Командующего Морскими Операциями,

Вашингтон, округ Колумбия, март 1942 года

Город Портсмут на реке Пискатекуа — единственный торговый порт на побережье Нью-Гемпшира. В этом месте река разделяет штаты Нью-Гемпшир и Мэн. Военно-морская верфь Портсмута, штат Нью-Гемпшир, на самом деле размешается на острове Сиви на северной, или Мэнской стороне реки, на берегу которой расположен город Киттери, штат Мэн. С политической точки зрения, Мэн претендует на верфь, но с географической точки зрения, вопрос остался нерешенным. Но поскольку Бостонско-Мэнская железная дорога точно знает, где находится Портсмут, это местное недоразумение меня не особенно волновало. Меня волновало другое: кто те офицеры и матросы, которые станут моими товарищами по оружию? Как выглядит и вообще что это за корабль «Эвелин», на котором мне предстоит встретиться лицом к лицу с врагом?

Путешествие от железнодорожной станции в Портсмуте до Портсмутской морской верфи в Мэне оказалось гораздо проще, чем я мог ожидать. Время переезда оказалось спрессованным исключительно интересной лекцией, которую прочел мне водитель такси. Я внимательно вслушивался в его рассказ: Джон Пол Джонс жил здесь в 1777 году, когда снаряжал корабль «Рэнджер»; Вебстер здесь практиковал как адвокат с 1807 по 1813 год. Адмирал Дэвид Глазгоу «Проклятье торпед» Фаррагут умер в Портсмуте 14 августа [62] 1870 года. А 5 сентября 1905 года здесь, в помещении верфи, был подписан Портсмутский договор, которым закончилась русско-японская война. В 1914 году морская верфь начала специализироваться в конструировании и постройке подводных лодок. И последний штрих: в это время, 9 февраля 1942 года, обед из двух полуторафунтовых омаров стоил всего 3,5 доллара! Водитель закончил свою лекцию, когда мы пересекли реку в направлении к Киттери и затем по постоянному мосту через Обратный Канал на остров Сииви подъехали к главным воротам верфи. Часовой — морской пехотинец проверил мою идентификационную карточку, отдал честь и пропустил меня в комендантский офис.

Лейтенант в офисе коменданта снял копию с моего приказа и направил меня к капитану 3 ранга Кинби. Я отыскал капитана 3 ранга, представился и предъявил свой приказ. Кинби тепло приветствовал меня и сообщил, что может организовать прием и размещение офицеров и команды до момента, когда оба судна войдут в строй. Он был деловит, но не официален. Он передал мне план верфи с обозначением основных зданий и указанием их назначения. Он также передал мне список офицеров кораблей и их распределение по комнатам холостяцкого общежития. Он упомянул также о том, что лейтенант Нэвилл, в будущем старший офицер «Эстериона», всего несколько минут назад вышел отсюда, чтобы устроиться в общежитии. Кинби предложил и мне отправиться и встретиться с ним — что я и сделал{45}.

Погода стояла холодная, даже очень холодная, но ясная. Мне в моем голубом мундире и в толстом реглане было тепло. До общежития было всего около 300 ярдов и прогулка с моими двумя чемоданами приободрила меня. Снеговые пятна здесь и там под моими туфлями издавали хрустящий звук. Более чем обильное тепло от парового отопления в общежитии приветствовало меня. Деревянное здание относилось к временам Первой мировой войны, если не периода подписания русско-японского договора, но выглядело опрятным, чистым и было хорошо обставлено. Оно должно было стать моим домом на следующие несколько недель. [63]

Сейчас меня более всего интересовало личное знакомство и оценка лейтенанта Лоуренса Нэвилла. Как старший офицер, он является вторым по старшинству на корабле и ключевой фигурой в боевой деятельности корабля и в вопросах его выживания. Старший офицер, к тому же, еще и исполнительный администратор и координатор повседневной корабельной жизни. Он получает приказания только от командира и дирижирует несколькими подразделениями корабельного организационного устройства. Степень формальности в подобных вопросах определяется личными качествами и политикой командира и старшего офицера. Когда на борту имеется всего шестеро офицеров, то каждый из них играет свою ключевую роль, а необычное назначение судна-ловушки может привести к необходимости отклониться от обычной для кораблей ВМС организационной структуры. И вскоре этот вопрос должен будет решиться — я, как начальник подразделения снабжения, подобно начальникам других подразделений (артиллерийского, первого лейтенанта, штурманского, механического, связи) буду иметь непосредственный доступ к командиру. Хотя это скорее исключение, чем правило.

Лейтенант Нэвилл находился в отведенной ему квартире и распаковывал вещи, когда я постучал в его дверь. Я представился, и он пригласил меня в гостиную. В своем синем мундире с аккуратно подстриженными усами он производил замечательное впечатление. Он был стройным, его рост был около шести футов — словом, красивый человек. Он курил сигарету в резном мундштуке слоновой кости. Настоящий джентльмен и по речи, и по манерам. Я спросил, не следует ли мне выйти, чтобы он мог продолжить распаковывать свои вещи, но он ответил нет, и что он не прочь поболтать и пойти вместе на ланч, если я не против. Я сказал ему, что мне не терпится поскорее посмотреть на корабль и хотел бы это сделать после ланча. Он сказал, что также хочет посмотреть на «Эвелин», и мы сможем сразу после полудня пойти туда.

Мы вернулись в офис капитана 3 ранга Кинби. Нэвилла беспокоили разные тонкости. Кинби сказал, что все офицеры должны прибыть в этот же день, 9 февраля 1942 года, исключая Легуена и Хикса. Оба будущих командира находились [64] в Нью-Йорке у Командующего Охраной Восточной Морской Границы для переговоров с ним и его штабом, и, если не понадобится задержаться, они приедут на следующий день. Я спросил капитана 3 ранга Кинби, располагает ли он информацией о характеристиках кораблей. Он ответил утвердительно и протянул мне вынутый из папки лист бумаги с перечислением данных Эти данные не были секретными, и, передавая его мне, он добавил, что я могу взять листок с собой. Я поблагодарил его и сказал, что мы рассмотрим его с лейтенантом Нэвиллом. Нэвилл, как истый джентльмен, пригласил капитана 3 ранга присоединиться к нам за ланчем, но тот отказался, заявив, что, как он полагает, у нас двоих есть много того, о чем надо поговорить. Мы отправились на ланч в Офицерский клуб, который находился неподалеку на Мак-Доно-Авеню.{46}

Офицерский клуб размещался на верхнем этаже старого здания, в котором, возможно, еще сам Джон Пол Джонс вкушал треску, омаров, пикшу, запивая ромом. Убранство помещения представляло скорее флот колониального периода, нежели эпоху подводных лодок, хотя в одном из углов зала картины с подлодками постройки 1923 года тоже имелись. Я заметил «Сквалус», переименованный в «Сэйлфиш» после того, как он затонул неподалеку от Портсмута в мае 1939 года и впоследствии был поднят.

  1. Предисловие (201)

    Документ
    Наступает третье тысячелетие. Во всем мире происходят существенные изменения в сфере труда, информации и власти. Образование становится самостоятельным фактором глубоких социальных и экономических перемен.
  2. Предисловие (164)

    Документ
    Общественным наукам очень повезло при социализме. В наследии Маркса — Энгельса — Ленина были однозначно сформулированы подходы, выводы и оценки, так что задача ученого значительно упрощалась.
  3. Предисловие (199)

    Документ
    Каталог выставки «Русские в Англии: между двумя войнами (1917-1940 гг.)» был подготовлен к Международной конференции «Культурное и научное наследие российской эмиграции в Великобритании (1917-1940 гг.
  4. Предисловие.

    Документ
    Учебная дисциплина «Методика преподавания математики» отно­сится к циклу педагогических дисциплин и изучается студентами, уже получившими определенную философскую, психологическую, общедидактическую, логическую и математическую подготовку.
  5. Предисловие (11)

    Документ
    Клинические проявления сердечно-сосудистых заболеваний многообразны, и практический врач нередко встречается с большими трудностями при постановке диагноза.
  6. Предисловие (105)

    Документ
    Представляем вашему вниманию «Календарь знаменательных и памятных дат - 2007 год». Материалы указателя состоят из двух частей. В первой части представлены «Знаменательные и памятные даты Республики Казахстан 2007 года», «Знаменательные
  7. Предисловие (110)

    Документ
    Хвала Аллаху Господу миров. Мир и благословление пророку Мухаммаду и его семье. Да будет доволен Аллах его сподвижниками, и да смилуется Он над теми, кто последовал за ними в благочестие.
  8. Предисловие (111)

    Документ
    Предисловие Характерной чертой нашего времени являются интенсив­но развивающиеся процессы информатизации практически во всех сферах человеческой деятельности.
  9. Предисловие (153)

    Документ
    В учебнике впервые обобщены научные и практические достижения в новой области знаний – безопасности жизнедеятельности. Он подготовлен в соответствии с примерными программами дисциплины «Безопасность жизнедеятельности» (БЖД) для всех
  10. Предисловие (157)

    Документ
    10 лет назад, когда мы, члены вновь созданной кафедры «Информационная безопасность» Южно-Уральского государственного университета, открывали в Челябинске абсолютно новые образовательные направления, связанные со сферой информационной

Другие похожие документы..