Буржуазные революции в Европе XVII первой половины XIX вв и их изучение в советской историографии довоенного периода (1917-1941 гг.)

Как следует из темы диссертации и ее задач, советская историография европейских революционных движений сама стала предметом нашего исследования и в этом качестве послужила источниковым материалом для историографических разделов данной работы. В то же время вклад научных исследований выдающихся отечественных ученых в изучение европейской истории нового времени трудно переоценить и он подробно рассмотрен в соответствующих разделах диссертации.

Степень изученности проблемы. В советской историографии в соответствии с формационным марксистско-ленинским подходом основное внимание уделялось социальным и экономическим процессам в обществе в годы революций, что прекрасно представлено на примере английской революции 34. Также особое место отводилось роли народных масс и радикальных течений в революции35. С кризисом марксистско-ленинской идеологии в 1980–1990-е годы наметились некоторые изменения. Так, М.А. Барг36 наряду с изложением классической марксистско-ленинской концепции Английской революции, признавался в незначительности изменений в социально-экономическом базисе английского общества в этот период, что фактически подрывало основы вышеуказанной концепции37. Более того, повысился интерес к биографическому жанру вследствие признания значимости роли личности в истории. Дань жанру политических портретов и биографий отдали специалисты в изучении английской революции М.А. Барг и его ученица Т.А. Павлова38, освобождаясь от идеологических ограничений недавнего прошлого. Однако их смелости не хватило, чтоб избежать критики М.И. Бацера39 за «апологию цареубийства», исторически необоснованное преувеличение роли в революции диггеров и восхваление Кромвеля. Его интересовала группировка левеллеров во главе с Дж. Лильберном, в которых он видел представителей «революционного либерализма».

Cохранились и более консервативные взгляды в лице А.С. Маныкина, берущего английскую революцию за исходную точку в истории Нового времени и видящего в ней начальную фазу модернизации английского общества, заложившую экономический фундамент будущего индустриального общества40. В то же время большинство ученых, представленных научными сотрудниками Института всеобщей истории РАН41, стали отрицать всемирно- историческое значение английской революции и не считать её начальной точкой в отсчёте новой истории, так как радикального изменения социально-экономического базиса и политической надстройки после нее не произошло. Английская революция явилась чисто национальным явлением и представляла важность не сама по себе, а по своим политическим последствиям. В целом, в конце XX в. интерес российских историков к английской революции снизился, вместо новых полноценных работ выходили либо издания книг зарубежных и дореволюционных отечественных авторов42, либо отечественные обзоры зарубежной историографии43.

Относительно последней, особое внимание привлекает родоначальник школы «локальной истории», отразившей стремление к комплексному анализу английского провинциального общества, А.Эверит44, 45.В его публикациях 1960-х гг. было заложено представление о том, что каждое графство имело собственную социальную иерархию и политическую культуру и собственные причины для оппозиции как Карлу I, так и «Долгому парламенту». При этом рост провинциального сознания он определял не как пережиток прошлого, а как новое явление. Эта концепция нашла в 1970-е гг. многочисленных последователей (Р. Хауэлл46, А. Рутс47, А. Джонсон48 и др.). Самый важный их вывод сводился к выявлению немногочисленности последовательных сторонников той или иной противоборствующей стороны в каждом графстве, к факту нежелания подавляющего большинства представителей местного дворянства – джентри быть вовлеченными в конфликт,

Давая широкий обзор общественно-политической жизни Англии в первой половине–середине XVII в., П. Кларк в монографии «Английское провинциальное общество от Реформации до Революции: религия, политика и общество в Кенте в 1500–1600 гг.»49 модифицировал эту концепцию. Исследуя экономику, социальную структуру и процессы формирования в 1629–1640 гг. оппозиции короне на всех уровнях общества, Кларк придавал гораздо большее значение религии как одному из факторов, определявших политические симпатии участников событий,

Однако восхождение к новому этапу развития историографии революции настоятельно требовало очищения «лоялистской» и «ревизионистской» концепций от излишков крайностей и схематизма. Первый шаг был сделан А. Флетчером в монографии «Начало Английской гражданской войны»50. Флетчер выявил наличие раскола в среде джентри и подчеркнул значение народных выступлений в защиту парламента, признав их решающими в начале войны. Активные исследования британских историков в области локальной истории XVI–XVII вв. вскрыли значительную степень имущественной и социальной дифференциации в английском аграрном обществе того времени, а, также сдвиги в религиозной и культурной сфере.

В качестве новой модели взамен «одноклассового» и «провинциального» общества, замкнутого и монолитного, предложила свою интерпретацию взаимоотношений центра и местных самоуправлений Э. Хьюз. Она, используя обширный материал Йоркшира и других графств, доказывала, что причины победы парламента в гражданской войне во многом объяснялись тем, что эта сторона смогла более гибко сочетать локальные и национальные интересы в сложившейся во время войны системе управления. С другой стороны, слабости роялистов, по ее мнению51, были заложены в самой природе личного управления, в скрытом противоречии между личной преданностью монарху и земскими связями, в то время как парламент осуществлял естественное соединение локальных элит в национальное целое. Подобных идей придерживался и Б. Мэннинг, предложивший «третью модель», в которой устанавливалась связь между локальными и национальными вопросами, причем полный приоритет отдавался первым. Таким образом, «локальный» подход в современной английской и вообще западной историографии52 был дополнен интегративным, что открыло широкие перспективы для более объективного процесса изучения Английской революции середины XVII в.

Французские революции всегда вызывали особый интерес в отечественной историографии. В послевоенное двадцатилетие сохранялась классическая интерпретация революции, сохранявшая ее основные оценки как антифеодальной и буржуазной. В 1950–1970-е годы признанными лидерами советской историографии Французской революции оставались А.З.Манфред (1906–1976) и В.М. Далин (1902–1985); их наследниками по титулу стали А.В. Адо (1928–1995) и Г.С. Кучеренко (1932–1997), придерживавшиеся золотой середины между крайностями «воинствующего марксизма» и западнического «ревизионизма» (открытость к восприятию современных веяний мировой исторической науки при сохранении идеологических марксистско-ленинских позиций). В итоге, это позволило их ученикам открыто признать научную значимость и актуальность всех направлений западной историографии по проблемам французской истории XVIII века в условиях развала СССР. Мероприятия, связанные с 200-летием французской революции лишь подхлестнули развитие научного интереса в данной области. В Институте всеобщей истории АН СССР (ныне РАН) 19–20 сентября 1988 г. был проведен Круглый стол, в котором приняли участие специалисты до сих пор определяющие ход и характер современных исторических исследований: С.Ф. Блуменау, Д.Ю. Бовыкин, А.Ф. Гладышев, А.А. Егоров, Д.А. Ростиславлев, А.В. Чудинов и ряд других.

Что касается зарубежной (французской) историографии, посвященной революциям во Франции, то следует отметить книгу Ж. Жореса «Социалистическая история Французской революции»53. Однако вскоре произошло перенасыщение работами по социально-экономической проблематике с отсутствием новой аргументации. На первый план стали выходить труды по политической истории, истории быта и семейных отношений. Ярким примером этого являются работы Ф. Фюре54, Г. Шоссинан-Нагорет и написанные им биографии Мирабо55 и Манон-Ролан56. Оба автора делали акцент на политической демократии как главной ценности революции, причем последний отдавал предпочтение не конституционным монархистам – основным фигурам прежней неолиберальной историографии, а Жиронде и жирондистам, символизирующим приход новой Франции. Во второй половине 1980-х гг. заявила о себе «неоконсервативная» историография, во главе с историком П. Шоню, а также Р. Сешером57 (Франко-французский геноцид), Ф. Блюше58 (Сентябрь 1792: Логика террора), негативно относившимся к событиям конца XVIII в.

Но если старая школа консерваторов винила во всем народный стихийный бунт и бессилие политиков, то новая – жирондистских и монтеньярских деятелей в качестве основных разжигателей террора и прочих бед. Существовало и «якобинское» направление, объединяющее ученых, связанных с Обществом робеспьерских исследований. Примером его деятельности является сборник статей А. Собуля под общим названием «Понимать революцию: политические проблемы Французской революции (1789–1797)».59С явно якобинскими симпатиями выступает целый ряд современных французских историков, причем зачастую не разделяющих ни марксистских, ни в целом радикальных взглядов (М. Шанта, Ш.П. Берто, М. Вовель и др.).

Французская историография до середины 1980-х гг. рассматривала революционную панораму Франции начала XIX века в русле «классической» концепции, характерной для историков либерального и классического направления60. Предреволюционные годы рассматривались как период господства денежной аристократии. В политическом отношении – как система личного управления короля, опиравшегося на группу консерваторов. В области внешней политики как пренебрежение национальными интересами Франции ради достижения «сердечного согласия» с Великобританией. В сфере экономики – как период интенсивного экономического развития, но с пренебрежением к чаяниям широких слоев населения (на примере трудов И. Люка Дюбретона).61

Проблема взаимоотношений либерализма и революционной демократии, в частности, сущность политической системы Гизо рассматривалась в монографии французского исследователя Андрэ-Жана Тюдеска «Демократия во Франции, начиная с 1815 г.»62. Особенностью французских исследователей второй половины XX в. являлась и их социально-экономическая направленность. Например, исследование М. Фоше и Л. Моразо63 указывало на непосредственную связь распространения в обществе революционно-утопических идей с тяжелым положением населения Вандеи и соседних французских провинций. На общем фоне выделяется сборник «Армия и Вторая Республика»64, в котором авторы исследовали моральное состояние армии и события революции 1848 г.

Профессор Филипп Вижье написал монографию об июльской монархии и последующих революционных событиях в Альпах65. Вижье в отличие от многих предшественников отмечал вопиющие противоречия между теми, кто извлекал прибыль, и теми, кто влачил жалкое существование. Причины революций 1830, 1848 гг. он объяснял ухудшением положения населения в результате экономического кризиса, связанного с неурожаем. Применяя демографический принцип в противовес социальному антагонизму, Вижье полемизировал с Марксом. Еще один исследователь июльской монархии – выше упоминавшийся Андре-Жан Тюдеск, изучал социальную психологию нотаблей и общественного мнения в связи с распространением бонапартизма66,67,68. В 1968 г. к 120-летию революции 1848 г. во Франции со статьей «Стихийные революции» выступил академик Ж. Шастене. Подводя итог развития историографии революции 1848 г., можно отметить интерес французских историков к социально-экономическим вопросам, что выгодно отличалось от предшествующего времени, когда на первом месте были исключительно политические сюжеты.

При рассмотрении революционных событий в Европе 1848–1849 гг. необходимо подчеркнуть, что везде – в Германии, Италии, Австрийской империи – повсеместно определяющую роль играл национальный вопрос. Проблемы национализма в революционном подъеме в Германии рассматриваются в работах современных германских историков В. Конце69, Б. Вилмса70, Г. Волштейна71. По истории итальянского революционного движения в XIX в. необходимо выделить главы в академическом издании «История Италии» под редакцией С.Д. Сказкина72, а также специальные работы К.Э. Кировой73, 74 и К.Ф. Мизиано75. Революционные процессы, развернувшиеся в Австрийской империи, также внимательно анализируются в отечественной литературе. Здесь выделяются такие публикации, как коллективная монография «Освободительные движения народов Австрийской империи»76, где глава VI носит название «Революция и контрреволюция 1848–1849 гг.», а также «История Румынии. 1848–1917»77 и «Краткая история Венгрии»78.

Целый ряд исследований зарубежных авторов освещал отдельные этапы движений восточно-европейских народов в революционных движениях 1848–1849 гг. К примеру, в зарубежной историографии отмечают заслуги австрийского историка Э. Целлнера79, описавшего начало революции в империи Габсбургов и роль в них венгров, в качестве ее зачинщиков. Участию сербов в революции посвящена монография В. Богданова80. В целом, их труды содержат ценный фактологический материал, основываются на широкой базе источников, представляя самые разные точки зрения.

Структура диссертации выстроена согласно цели и задачам настоящего исследования. Диссертация состоит из введения, трех глав, заключения, списка использованных источников и литературы. В соответствии с двойной специализацией предпринятого исследования главы диссертации составлены таким образом, что в первом параграфе каждой из них рассматриваются проблемы развития стран Европы в предреволюционные годы и сами революции, а во втором, историографическом, параграфе каждой главы – их изучение советскими историческими школами довоенного периода.

Во введении обосновывается актуальность и новизна избранной темы, определяется объект и предмет исследования, цель и основные задачи, охарактеризована методологическая основа диссертации, обосновываются ее хронологические рамки, дается характеристика источниковой базы работы и состояние научной проработанности проблемы, показаны ее теоретическая и практическая значимость.

В первой главе диссертации рассматривается проблематика английская буржуазной революции середины XVII в. и её изучение в советской довоенной историографии.

Во второй главе соответственно анализируется Великая Французская революция конца XVIII в. в непосредственной связи с ее отражением в исследованиях советских историков указанного выше периода.

В третьей главе диссертации проводится сравнительный и типологический анализ европейских революций 1830–1840-х гг. и характеристика отечественной довоенной историографии по их основным проблемам.

В Заключении подведены итоги диссертационного исследования, сформулированы выводы и обобщения по ключевым проблемам рассматриваемой темы.

Во-первых, европейские буржуазные революции во многом подготовили процесс кристаллизации и разделения классовых интересов. Еще в Англии при Карле I, а затем и в других европейских странах новое поземельное дворянство и состоятельная торговая буржуазия захотели вкладывать средства, добытые ранее грабежом колоний и пиратством в законную и безопасную торговлю; феодалы же, в условиях падения доходов от земли стали все больше зависеть от двора, раздававшего им должности и субсидии, превратившегося в единственную экономическую гарантию их существования. К этой проблеме добавлялись сложности в перераспределении финансов: цены поднимались, богатство буржуазии росло бурными темпами, но доходы короны, как и доходы всех крупных землевладельцев, оставались неизменными. В итоге, королевским правительствам европейских стран оставалось только увеличивать доходы от феодальных повинностей, не обеспечив свою независимость от буржуазии в финансовом отношении и отдаляя от себя потенциальных друзей феодалов, озлобляя крестьянство. Плохие урожаи, голод, уменьшение рынка промышленных товаров, стихийные восстания сельской бедноты и протесты со стороны городской, страдавшей от отсутствия работы при стремительном росте цен – все это было лишь искрами для пороха глубоких противоречий на фоне расширяющихся рыночных капиталистических отношений. Неудивительно, что основными требованиями, звучавшими во время революций были: рациональное использование земли, свободное предпринимательство и торговля, стандартизированное эффективное управление единой однородной национальной территорией и отмена наиболее обременительных запретов и социального неравенства, пережитков феодализма. Наиболее четко требования буржуазии были изложены в 1789 г. в знаменитой «Декларации прав человека и гражданина». Этот документ являлся манифестом против иерархического привилегированного дворянского общества. Показательно, что там было выдвинуто главное требование, обеспечивающее буржуазное развитие любого общества, требование о введении частной собственности на землю и средства производства. Политически важнейшим требованием являлось участие в политической власти всех граждан через выработку законов при помощи своих представителей, т.е. введение конституционного строя. Также стоит отметить, что именно французскую, а не английскую революцию определяют как буржуазно-демократическую, в связи с тем, что широкие народные массы не только активно участвовали в ней, но и выдвигали собственные политические лозунги.

  1. Учебно-методический комплекс по дисциплине «историография истории россии» специальность 050401 «История» (1)

    Учебно-методический комплекс
    Историография истории России является одной из базовых дисциплин в системе профессиональной подготовки студентов исторического факультета и относится к циклу дисциплин предметной подготовки и проводится в рамках дисциплин федерального
  2. Учебно-методический комплекс по дисциплине «историография истории россии» специальность 050401 «История» (2)

    Учебно-методический комплекс
    Историография истории России является одной из базовых дисциплин в системе профессиональной подготовки студентов исторического факультета и относится к циклу дисциплин предметной подготовки и проводится в рамках дисциплин федерального
  3. Бадаев С. Э. С. Чеченское мухаджирство второй половины XIX века как следствие политики самодержавия на северном Кавказе

    Документ
    Черноус В.В. Отечественная историография народно-освободительных движений на Северном Кавказе в 20–50 годах XIX в.: наука в контексте политического процесса
  4. Библиографический указатель советской литературы за 1917-1965 гг (1)

    Библиографический указатель
    Предлагаемый вниманию читателей указатель охватывает основную научную и научно-популярную литературу на русском языке по истории, археологии и этнографии Карелии, изданную в СССР за период от Великой Октябрьской социалистической революции
  5. Библиографический указатель советской литературы за 1917-1965 гг (2)

    Библиографический указатель
    Предлагаемый вниманию читателей указатель охватывает основную научную и научно-популярную литературу на русском языке по истории, археологии и этнографии Карелии, изданную в СССР за период от Великой Октябрьской социалистической революции
  6. Становление и развитие советской системы политического контроля в 1917-1953 гг. (на примере Среднего Поволжья)

    Автореферат диссертации
    Защита состоится 19 апреля 2010 г. в 11.00 часов на заседании диссертационного совета Д 212.154.01 при Московском педагогическом государственном университете по адресу: 117571, Москва, проспект Вернадского, д.
  7. Планы семинарских занятий 70 Справочные материалы 80 Документы и задания к ним 90 раздел III. Россия в XVII xviii вв. 107

    Планы семинарских занятий
    Продолжительность курса - один семестр. Изучение дисциплины «Отечественная история», согласно учебному плану, предусматривает следующее распределение часов по видам учебных занятий:
  8. Гражданская война 1917 -1920 гг на Северном Кавказе: социально-политический аспект

    Диссертация
    Институциональная политика противоборствующих сторон. 103 lb. § 1. Формирование советской государственности на Северном Кавказе 103 § , Принципы государственного устройства и организация власти белого движения 151 ГЛАВА Ш.
  9. Тайные общества в России в первой трети XIX в.: правительственная политика и общественное мнение

    Автореферат диссертации
    Защита состоится 1 июля 2010 г. в 14.30 на заседании Диссертационного совета Д. 002200.01 по защите диссертаций на соискание ученой степени доктора исторических наук при Санкт-Петербургском институте истории Российской Академии наук

Другие похожие документы..