Плутишкина сказка




ВЛАДИМИР ОЗЕРОВ

ПЛУТИШКИНА СКАЗКА

Часть 1

Р А Д У Г А

1 9 9 0

 

Это сказка о дружбе и любви, о достоинстве, долге и верности, мире и войне, жизни и смерти. И о том, что между сказкой и жизнью, если приглядеться, не такая уж большая разница.

1.

Жила-была Плутишка. Страшно вредная и ужасно хорошая, самая луч­шая Плутишка на свете.

Вы, конечно, спросите: что же может быть хорошего во вредной Плу­тишке? Да что угодно! Вот вы сами, например - посмотрите в зеркало и спросите у себя: ну что во мне хорошего? Вроде бы ничего... А пригля­дишься - и видишь: все же что-то есть - и ресницы вроде бы ничего се­бе, и конопушки у носа - просто лучше не бывает. А еще вы вчера могли в соседского кота из рогатки пульнуть - но не пульнули. Тоже неплохо! Или, скажем, в лужу перед домом кирпичей накидали и к дому теперь мож­но не только вплавь подобраться - так это уже и вовсе даже замечатель­но!

Так что и во вредной Плутишке тоже можно найти много чего хороше­го. Например, уши. Таких замечательных ушей нет ни у кого, даже у ва­шей бабушки не было. Вот разве что у плутишкиной собаки Роны уши луч­ше, да и то вряд ли - ведь больше вовсе не всегда означает лучше, если только речь, конечно, не идет о шоколадном торте с орехами, который всегда чем больше, тем лучше, особенно если вам дарят его на день рож­дения.

Так что и в Плутишке была не одна только вредность и все ее ужас­но любили - и папа, и мама, и собака Рона, и Всякие Разные - любили и прощали Плутишке все ее вредности. Еще бы - не зря ведь это была Плу­тишка, лучшая на свете!

Жила Плутишка черт знает где - там даже метро называлось "Черта­новская". Жила она на бульваре, который назывался Черноморским. Когда Плутишка была маленькая, мама говорила ей, что бульвар так называется потому, что по ночам там летает бородатый Черномор и уносит Плутишек, которые не слушаются маму и папу. Плутишка верила и слушалась, а когда не слушалась, то на ночь накрывалась одеялом с головой - чтобы Черно­мор, пролетая над бульваром, ее не заметил.

Впрочем, о названии бульвара были и другие мнения. Например, что на самом деле никакой он не Черноморский, а Чертоморский, потому что в незапамятные времена - когда и Города-то еще не было - здесь морили чертей дихлофосом. Ну а сама Плутишка, когда выросла побольше, стала думать, что Черноморским бульвар называется потому, что ведет в Черную Морию, где в глубоких пещерах добывают сокровища гномы. Правда, ничего похожего на пещеры в тех краях не было, разве что метро "Чертановс­кая", но Плутишка не расстраивалась и думала, что, быть может, вход в Морию открывается не всегда и не каждому, так что надо иметь терпение или знать какое-нибудь заветное слово. Впрочем, в Морию ей, честно го­воря, не очень-то и хотелось, потому что, если верить побывавшему там мистеру Торбинсу, в Мории жил ужасный, похожий на Черную-Черную Тучу Барлог со страшным огненным бичом, и встречаться с ним Плутишке вовсе не хотелось. По таким местам, как Мория, большинству приятнее путе­шествовать с помощью книжек, что Плутишка и делала.

Тут надо сказать, что книжки для Плутишки были то же самое, что для собак сахарные косточки, на которых к тому же много-много мяса, или, скажем, валерианка для кота. Она даже таскала их тайком у мамы с папой, чтобы обменять на другие книжки, те - на третьи и так до беско­нечности. Иногда мама и папа ловили Плутишку во время этих похищений и ставили ее в угол, но и там она стояла с книжкой в руках.

Вот из-за книжки-то все и случилось. Из-за книжки и вреднющего дворового кота, закадычного врага плутишкиной Роны.

В тот день был дождик. Веселый июльский дождик, под которым так и хочется прыгать, крича "Дождик, дождик, пуще!", или бегать, взявшись за руки, по лужам и сочинять стихи:

Взявшись за руки, вдвоем

Мы гуляем под дождем,

Босиком бежим по лужам,

Зонтик нам с тобой не нужен,

Потому что ты и я -

С этим дождиком друзья!

Но Плутишка под дождиком не прыгала и не бегала, а сидела дома и читала сказки. Пока она их читала, дождик кончился, тучи важно уплыли куда-то по своим тучевским делам и выглянуло солнце. Оно отразилось во всех лужах и лужицах на бульваре - даже в самых маленьких - и зажгло в небе радугу. Тогда Плутишка выглянула в окно и сказала своей собаке, которая, конечно же, была самой лучшей в мире собакой:

- Ро-на! Пойдем гулять!

Рона тут же запрыгала, восторженно размахивая хвостом, и они пош­ли на бульвар.

Правой рукою Плутишка держала ронин поводок, а левой - раскрытую книжку сказок, которую она читала на ходу. Если б не эта книжка, ниче­го могло бы и не случиться - потому что Плутишка смотрела бы по сторо­нам и могла бы заметить, как из-за дерева впереди выглянул черный дво­ровый кот Обормот, с которым у Роны была постоянная война.

Если бы Обормот просто выглянул - все еще могло бы обойтись, но он нагло бросился поперек бульвара перед самым носом Роны. А где вы видели собаку, которая спокойно перенесла бы такое нахальство? И Рона, конечно же, не перенесла. Она рванулась за наглым Обормотом и при этом так дернула поводок, что Плутишка от неожиданности выронила книжку и стукнулась лбом о ближайшее дерево - так крепко, что из глаз посыпа­лись искры, а бульвар перед Плутишкой завертелся, как в калейдоскопе. К тому же с мокрого дерева на Плутишку обрушился настоящий душ - дело ведь было после дождя!

- Ой! - сказала Плутишка, трогая растущую на лбу шишку...

И тут же добавила:

- Ай!!!

Потому что с дерева прямо ей на голову упало что-то тяжелое - хо­рошо еще, что не слишком твердое! - и свалилось к ее ногам.

Плутишка глянула вниз - надо же, да ведь это здоровущий кусок сы­ра! Выпустив собачий поводок, она нагнулась, чтобы схватить сыр, но тут вдруг над ее головой заорали дурным голосом:

- Каррраул!!! Грррабят!!!

Плутишка задрала голову и остолбенела: над нею на суку сидела здоровеннейшая Ворона, просто даже преогромнейшая, повязанная к тому же салфеткой - как за столом в лучших домах в лучшие времена.

- Куда прррете! - продолжала Ворона. - Дерррево сотрррясаете! Из-за вас

сыррр выпал! Безобррразие! Безалаберррность! И нечего рррот

ррразевать!

Рот у Плутишки действительно раскрылся - от удивления. Никогда она не видала на Черноморском бульваре такой Вороны!

- Извините пожалуйста! - вымолвила она наконец, понемногу приходя в себя.

Я же не нарочно! Смотрите, какая у меня самой шишка на лбу!...

- Смотррреть надо! - снова громыхнула Ворона, но уже не так гроз­но - видимо, вид плутишкиной шишки ее отчасти утешил. Она тяжело спла­нировала вниз, подхватила сыр и вновь взгромоздилась на свое место, прижав сыр лапой к суку.

- Прррогуливаетесь? - поинтересовалась она уже вполне миролюбивым тоном.

- Ага... Мы вот с Роной...

Ворона критически осмотрела собаку, которая с момента появления странной птицы все время жалась к ногам Плутишки.

- Рррона? Прррекрррасное имя! И куда же вы с Ррроной напррравля­етесь?

- Мы... - Плутишка оглянулась вокруг, чтобы показать, откуда и куда, и ужасно удивилась, а чуть-чуть даже и испугалась. Потому что вокруг был вовсе не ее Черноморский бульвар...

То есть бульвар как бы и был - и дорожка, и деревья вдоль нее, но по сторонам - там, где должны были стоять дома - были только какие-то серые скалы, на которых росли кусты и невысокие деревья...

- Ой, а это мы где? - робко спросила Плутишка у Вороны.

- На Черррноморррском бульваррре! - ответила Ворона. - Прррошу!

И она указала крылом куда-то за спину Плутишки. Та обернулась. Позади нее возвышался деревянный столб, на котором сверху вниз было написано "Черноморскiй бульваръ", а поперек прибиты два указате­ля: "Черноморы" и "Мория" - первый указывал назад, второй — вперед.

- Ой... - сказала Плутишка. - Мамочка... А... а вы не скажете, как мне отсюда домой попасть? Что-то мне ни к Черноморам, ни в Морию не хочется...

- Поррразительно! - сказала Ворона. - Читать сказки даже на ходу, а

попавши в сказку - сррразу домой захотелось! Позоррр!

- Да, вам тут хорошо каркать, а я знаю: Черномор старый и против­ный, а в

Мории темно и страшно!

- Кто боится, тому и стрррашно! Не одни же стрррахи у нас тут, есть и

хорррошее - взять хотя бы замок Герррцога. Прррекррраснейшее

арррхитектурррное сооррружение! А какая там кулинарррия!

Услышав про кулинарию, Плутишка заинтересовалась.

- А пироги там есть? - спросила она.

- Пррревосходнейшие!

- Да? Ну ладно... Домой я еще успею. А скажите, пожалуйста, как мне

попасть в замок Герцога?

- Прррямо! - сообщила Ворона. - В сторррону Морррии! Видишь ррро­щу? За

нею найдешь Рррадужного Кота, он тебя и пррроводит к замку. Пррривет

ему перрредавай! От Воррроны!

- Обязательно передам, - сказала Плутишка. - Большое вам спасибо,

уважаемая Ворона! До свидания! Пошли, собака!

Она подобрала и сунула подмышку книжку со сказками, и, ведя Рону на поводке, зашагала по дорожке в сторону рощи.

В лужах на дорожке отражалось сияющее солнце и Плутишка с Роной прыгала через лужи, поглядывая во все стороны и ожидая, когда же поя­вится что-нибудь сказочное.

Первым сказочным оказалась Роща. На ее деревьях у опушки сидел настоящий симфонический оркестр из разных лесных птиц и под управлени­ем дирижировавшего крыльями и клювом Аиста исполнял прекрасную Сказоч­ную Лесную Симфонию. Плутишка с Роной послушали, помахали Аисту и му­зыкантам рукою и хвостом, и вошли в Рощу.

Вдоль дорожки в Роще росли Самые Прекрасные На Свете Цветы - та­ких Плутишка никогда в жизни не видела, и пахли они так, что голова кружилась, особенно у Роны. И все они тянулись у Плутишке, льнули к ее ногам и шептали:

- Смотрите, смотрите! Лучшая на свете Плутишка!

Плутишка хотела было сорвать несколько цветов для мамы, но поду­мала, что будет очень жаль, если такие прекрасные цветы умрут в вазе, и не тронула ни одного цветка.

С деревьев ей на плечи спрыгнули две Веселые Белки.

- Здравствуй, Плутишка! Здравствуй!

- Здравствуйте, Веселые Белки!

- А что ты тут делаешь, Плутишка? Что ты тут делаешь?

- Я иду к Радужному Коту.

- Мы тебя проводим! Проводим! Радужный Кот - наш старый приятель!

С Белками на плечах Плутишка вышла на поляну посреди Рощи. Там играли в горелки Зайцы. Все они были в кепках! Увидав Плутишку, Зайцы перестали прыгать, сняли кепки и почтительно раскланялись.

Плутишка немного растерялась, не зная, как быть - не делать же ей в ответ реверанс в ее старых джинсах! И она просто погладила каждого Зайца. Зайцы весело запрыгали, а потом проводили Плутишку, барабаня на пнях Большой Заячий Концерт.

Потом навстречу попался Медведь. Он учтиво поцеловал Плутишке ру­ку и сказал, что Лучшая в Мире Малина растет впереди за поворотом. Так оно тут же и оказалось, и Плутишка просидела в малиннике до тех пор, пока не могла уже съесть ни одной ягодки. За это время солнце успело высушить все лужи на дорожке.

На следующей за малинником поляне на пне сидел Волк и, глядя в самоучитель, пытался подобрать на гитаре "Живет моя отрада в высоком терему". Получалось это у него, прямо скажем, не очень здорово, потому что гитара была совсем расстроенная. Плутишка, которая лучше всех на свете умела настраивать гитары, взялась за дело и через десять минут гитара у Волка была хоть куда, и они хором спели всю "Отраду" от нача­ла до конца, причем Рона тоже не смогла удержаться и с большим удо­вольствием подвывала Волку. Волк расчувствовался и обещал Плутишке после удачной охоты прислать для Роны большую кучу костей, почти не обглоданных, а саму Рону чмокнул на прощанье в нос, так что Рона ужас­но застеснялась.

Попрощавшись с Волком, они пошли дальше, провожаемые удаляющимися гитарными аккордами. Плутишке было немножко жаль так быстро расста­ваться с Волком - она, пожалуй, посидела бы с ним, чтобы узнать, нет ли в его репертуаре каких-нибудь незнакомых ей интересных песенок, но и пирогов Герцога ей тоже ужасно хотелось.

Вскоре впереди показался просвет - роща кончалась.

- Вон там - Радужная Опушка! Радужная Опушка! - протараторили Ве­селые Белки. - Передавай от нас привет Радужному Коту!

И они прыгнули с плутишкиных плеч на ближайшее дерево и умчались обратно, как две рыжие молнии.

Опушка действительно была Радужная - потому что над нею стояла радуга, не очень большая, но самая что ни наесть настоящая. А на раду­ге, на самом ее верху, лежал Радужный Кот. Вы, конечно, можете не по­верить в это, но так оно и было. Лежал он, закинув ногу на ногу, и по­махивал хвостом, глядя куда-то в небо.

- Здравствуйте, Радужный Кот! - сказала ему Плутишка. - Вам при­вет от Веселых Белок и от Вороны!

Кот неторопливо перевернулся на брюхо и, проведя лапой по усам, сказал:

- Здравствуй, Плутишка! Спасибо за приветы.

А потом он вдруг ехидно прищурился и начал декламировать, помахи­вая в такт хвостом:

Вот Плутишка на заборе,

У нее большое горе -

Папа с мамою Плутишке

Помешали стибрить книжки!

У Плутишки от удивления округлились глаза и даже рот сам по себе немного приоткрылся. Потому что эту дразнилку, эту дразнилку...

Поиск не дал результатов..