И. А. Джидарьян В. А. Барабанщиков Издательство «Институт психологии ран»

ПРОБЛЕМА СОЗНАНИЯ В ТРУДАХ С. Л. РУБИНШТЕЙНА, Д. Н. УЗНАДЗЕ, Л. С. ВЫГОТСКОГО

Объективация «я» и депрессия

М. С. Балиашвили (Тбилиси, Грузия)

Философское единство подходов к определению предмета психо­логии через субъект в теориях Д. Н. Узнадзе и С. Л. Рубинштейна является показателем истинности их методологического хода мысли. Одним из центральных понятий в теории Узнадзе является понятие объективации, через которое раскрывается соотношение субъекта и объекта.

Крайним выражением проблематичности Я и, следовательно, объективации Я можно считать депрессию. Неотступные мысли о се­бе, сомнения в собственных возможностях, жизненной перспективе и другие подобные мысли и чувства, главенствующие в симптоматике депрессии, указывают именно на объективацию Я. Переструктури­рование Я-концепции является попыткой снять проблематичность Я, восстановить психологическое равновесие и продолжить жизнь.

В понимание психологических механизмов депрессии значитель­ный вклад внесла теория объектного самосознания. Согласно этой теории, фокусирование внимания на себе непосредственно вызывает процесс самооценки: субъект производит сравнение своего актуаль­ного состояния со своим же стандартом, релевантным для данной си­туации. Предполагается, что если субъект превосходит этот стандарт, фокусирование внимания на себе вызывает позитивное аффективное состояние, когда же удовлетворить стандарт ему не удается, возникает негативное аффективное состояние.

В лабораторных условиях фокусирование внимания на себе прово­цируется посредством зеркала, монитора, видео- и аудиозаписи. Эти технические средства позволяют субъекту увидеть себя со стороны, т. е. в качестве объекта. В нелабораторных условиях самофокусиро­вание вызывает, главным образом, внимательный взгляд или оценка, исходящая от людей.

Эта теория стимулировала довольно большое число исследований, в целом подтверждающих эту теорию. Как оказалось, фокусирование внимания на себе: 1) увеличивает соответствие между взглядами и поведением субъекта; 2) улучшает целый ряд действий, т. е. обла­дает фасилитирующим влиянием; 3) усиливает имеющиеся в данный момент эмоциональные состояния - будь то радость или страх.

Эти и другие эффекты объективации Я широко применяются в программах по преодолению депрессии, являющейся самым рас­пространенным душевным расстройством, затрагивающим Я.

Фокусирование на Я не проходит бесследно. Существует мнение, что чрезмерное фокусирование на Я усиливает негативные чувства, снижает самооценку, ухудшает исполнительские навыки и заверша­ется формированием и принятием новой, гораздо более заниженной самооценки. Подобная самооценка освобождает человека от давления ранее поставленных, но недосягаемых целей: происходит их обесце­нивание и переход к другим, более реалистическим целям. Иными словами, поскольку субъекту не удалось изменить и подчинить себе внешние обстоятельства, он меняется сам, подчиняет себя, в широком смысле, внешним обстоятельствам (Duval, Wicklund, 1972, p. 30-35).

Проведенные исследования по обозначенной проблеме включают: неформальное клиническое наблюдение и описание, кросс-серийные и лонгитюдные корреляционные исследования с использованием клинической выборки; лабораторные исследования со страдающими депрессией лицами. Многочисленные исследования подтверждают возросшее, пролонгированное фокусирование на Я при депрессии, независимо от того, достигает она клинического уровня или остается на субклиническом. На основе экспериментальных данных делается вывод, что фокусирование на Я опосредствует аффективные флук­туации.

Примечательно, что ни в одном исследовании не показано, какое влияние оказывает объективация Я непосредственно на состояние депрессии, т. е. на уровень уже имеющейся депрессии. На наш взгляд, следует ответить на этот вопрос и только после этого уточнять меха­низм и конкретные детали. Так как отдельные признаки депрессив­ного состояния присущи и практически здоровым людям, мы сочли возможным привлечь их в качестве испытуемых.

Процедура исследования

Испытуемым была роздана разработанная А. Беком шкала де­прессии, BDI.

В эксперименте участвовали 60 испытуемых, в возрасте 20-35 лет. Эксперимент проводился в два этапа.

На первом этапе испытуемые заполняли шкалу BDI.

На втором этапе те же испытуемые с интервалом в одну неделю заполняли ту же шкалу в условиях объективации Я, т. е. перед уста­новленным на столе зеркалом.

На основе полученных данных были выделены две категории испытуемых: с низким и высоким показателем депрессии. Эти две категории соответствуют двум уровням: низкому и высокому - из 5-ти уровней депрессии, выделенных в результате стандартизации BDI на грузинской популяции (очень низкий - 0-9 баллов; низкий - 10-15 баллов; средний - 16-21; высокий - 22-27; очень высокий - свыше 28 балов).

Влияние зеркала на изменение показателей депрессии в этих двух группах, приводится в таблице 1.

Таблица 1

Средине групповые показатели испытуемых с различными уровнями депрессии в условиях зеркала и без него

Общие групповые показатели депрессии

Низкие

Высокие

Без зеркала

11,3

22,7

С зеркалом

10,3

18,6

t = 2,1

t = 9,3

p < 0,05

p < 0,05

Как видно из таблицы, показатели депрессии снизились как в группе с низкой, так и в группе с высокой депрессией. Но снижение статис­тически значимо только во второй группе. Принимая во внимание, что BDI не является клинической шкалой и применяется для опре­деления депрессивных тенденций и что низкие показатели на этой шкале означают их отсутствие, полученный результат становится более ясным: объективация Я приводит к понижению показателя депрессии у испытуемых с депрессивными тенденциями.

Рассмотрение полученных результатов

Снижение показателей депрессии у склонных к депресии лиц -довольно неожиданный результат. Получается, что объективация Я не только не обостряет депрессивное состояние, но даже облегчает его. Исходя из этого, потребуют пересмотра принципы и методы лече­ния депрессии. Предполагалось, что раз избыточное фокусирование на Я вызывает или обостряет состояние депрессии, психотерапия, направленная на инсайт, анализ переживаний не только малоэффек­тивна, но может даже нанести вред.

Таким образом, наш полностью противоположный теории объ­ектного самосознания результат - снижение показателей депрессии у склонных к депрессии лиц, а также полученный нами ранее резуль­тат - повышение самооценки в результате объективации Я - позволяет считать, что у практически здоровых людей зеркало не выполняет функции «критического ока», напротив, несет в себе положительный заряд (Балиашвили, 2002, с. 45-46).

Выводы

Объективация Я снижает показатели депрессии у склонных к де­прессии лиц.

Снижение показателей депрессии у склонных к депрессии лиц противоречит существующим в литературе данным о том, что объек­тивация Я усиливает связанные с депрессией чувства и переживания.

Литература

Балиашвили М. С. Роль объективации Я в регуляции поведения: Автореферат дис. ... докт. психол. наук. Тбилиси, 2002.

Duval Sh., Wicklund R. A Theory of Objective Self-Awareness. N. Y.-London: Aca­demic Press, 1972.

Проблема экспектаций в психологической науке: история и современность

Е. В. Гордиенко (Красноярск)

Всовременном обществе личность оказывается в сложной ситуации, которая заключается не только в кардинальных, но и в незначи­тельных политических, экономических, социальных изменениях в стране и мире. В изменяющейся социальной обстановке происходит разрыв привычных отношений, размывание традиционной системы ценностей, смена характера и приоритетов во взаимоотношениях, в результате чего меняется сознание личности.

Вследствие этого в психологии личности обострился интерес к проблемам реального сознания мыслящей личности, проявляю­щегося в ее поведении, отношениях, взаимодействии с социальным окружением.

Усвоение общественного поведения, нравственных ценностей на­ходит свое выражение в системе личностных ценностей, в частности, ожидаемых оценок. В основе их формирования лежит потребность личности организовать свою жизнь, деятельность и взаимоотношения с людьми в соответствии с требованиями, которые предъявляются ей со стороны окружающих.

По нашему мнению, в определенной мере эта потребность на­ходит выражение в ожидаемой личностью оценке окружающих. Со­отнесение себя с социальными ожиданиями других людей влияет на самовосприятие и самоотношение личности в окружающей среде и находит отражение в ее ожидаемых оценках. Все перечисленные выше процессы можно отнести к области сознания.

В исследовании мы опираемся на теоретические позиции С. Л. Ру­бинштейна и его школы. Со времени создания теорий сознания Л. С. Выготского, А. Н. Леонтьева, С. Л. Рубинштейна, Д. Н. Узнадзе, получивших уже статус классических, прошли десятилетия. В на­стоящее время перед психологией стоит новая задача - исследовать, объяснить состояние реального сознания личности нашего изменя­ющегося общества.

Через принцип единства сознания и деятельности, выделенный С. Л. Рубинштейном, раскрывается принадлежность сознания действу­ющему субъекту, который относится к миру благодаря наличию у него сознания. Ученый определяет сознание (и психику в целом) как един­ство знания и переживания, отражения и отношения, тем самым преодолевая гносеологизацию сознания, которая стала доминировать в официальной философии.

Генезис и диалектика трех отношений субъекта - к миру, к дру­гим и самому себе - вскрывают основу самосознания и рефлексии сознания индивида. Соотнесение сознания с нижележащими уров­нями психики позволяет понять его роль как их регулятора, а также как регулятора целостной деятельности субъекта в его соотношении с миром.

Это положение о регуляторной функции сознания также является отличительным признаком концепции С. Л. Рубинштейна. Сознание не просто высшее личностное образование, оно осуществляет три взаимосвязанные функции: регуляцию психических процессов, ре­гуляцию отношений и регуляцию деятельности субъекта. Сознание, таким образом, высшая способность действующего субъекта (Рубин­штейн, 1998, с. 656-657).

Развивая точку зрения С. Л. Рубинштейна, К. А. Абульханова включила в структуру индивидуального сознания ту составляющую, которую выделил Дж. Мид, а в последующем социальные психологи обозначили как экспектацию, т. е. ожидание отношений других людей ко мне. Конкретному исследованию была подвергнута структура сознания, включающая три составляющих - ее отношения к другим, к себе и других ко мне (т. е. экспектация). Введение экспектации в структуру сознания также отвечало бахтинской идее о диалоговом характере сознания (Абульханова, 1999, с. 59). Данная идея заклю­чается в том, что наше сознание существует во внутреннем диало­ге: мы осознаем себя личностью, вырабатываем отношение к себе опосредованно, формируем и отстаиваем личные позиции, но это происходит тогда, когда мы наблюдаем за собой, наблюдаем за дру­гими и представляем себя, свой образ в «глазах других». И именно диалогичность сознания имеет большое значение в создании нашего «образа Я» как ядра индивидуального сознания личности.

Для нормального сознания и его закономерной организации ха­рактерно наличие трех составляющих: отношение к себе, к другим и, наконец, ожидание отношения других к себе. На первый взгляд, отме­чает К. А. Абульханова, третье отношение нельзя включить в структуру индивидуального сознания, потому что отношение других людей к данному человеку от него не зависит и является их отношением к нему, т. е. внешним для него. На самом же деле, в сознании возникла и существует своеобразная способность «отклика» на это отношение, т. е. ожидание, предвидение, желание того, как другие отнесутся ко мне. Описывая триадическую структуру сознания, К. А. Абульханова опиралась на эту идею М. М. Бахтина, так же как на идеи С. Л. Рубин­штейна о трех ведущих жизненных отношениях, на идеи Дж. Мида и др. Однако обнаружилось, что теоретически построенная для всех людей структура сознания - это одно, а реальные структуры сознания конкретных людей, живущих в ту или иную эпоху, - это совсем иное. Они претерпевают деформацию в силу социального давления, соци­ального способа жизни в данном обществе (Абульханова, 1999, с. 129).

  1. Издательство «Институт психологии ран» Москва 2009 Ответственные редакторы: А. Л. Журавлев, М. И. Воловикова, Т. А. Ребеко

    Документ
    П 86 Психология человека в современном мире. Том 6. Ду­ховно-нравственное становление человека в современном российском обществе. Проблема индивидуальности в тру­дах отечественных психологов (Материалы Всероссийской юбилейной научной
  2. Ответственные редакторы: Издательство «Институт психологии ран» Москва 2009 А. Л. Журавлев Е. А. Сергиенко В. В. Знаков И. О. Александров

    Документ
    П 86 Психология человека в современном мире. Том 3. Психо­логия развития и акмеология. Экзистенциальные проблемы в трудах С. Л. Рубинштейна и в современной психологии.
  3. А. Л. Журавлев, член-корреспондент ран

    Документ
    Прежде, чем излагать конкретные результаты научной деятельности ИП РАН, целесообразно выделить то, что было наиболее характерно для научно-организационных и административно-правовых условий деятельности Института в 2009 г.
  4. Психологическая наука в россии XX столетия: проблемы теории и истории

    Документ
    Психологическая наука в России XX столетия: проблемы теории и истории. Под ред. А.В. Брушлинского. — М.: Издательство «Институт психологии РАН», 1997.
  5. Электронная картотека Л. В. Куликова (1)

    Документ
    Бандура А., Уолтерс Р. Подростковая агрессия. Изучение влияния воспитания и семейных отношений. М., 1 . Зависимость, чувство отвержения, диагностика отношений.
  6. Электронная картотека Л. В. Куликова (2)

    Документ
    Балабанова Е.С. Социально - экономическая зависимость и социальный паразитизм: стратегий «негативной» адаптации Социологические исследования. – 1 , - №4
  7. Доклады и материалы (1)

    Доклад
    Высшее образование для XXI века : III Международная научная конференция, МосГУ, 18–20 октября 2006 г. : доклады и материалы. Вып. 1 / под общ. ред. И.
  8. Прогноз спортивного мастерства по индивидуальным характеристикам психометрических показателей

    Документ
    Поиск комплексных многомерных предикторов спортивного мастерства на генетическом, нейрофизиологическом, биохимическом, психологическом и т.д. уровнях,- одна из важных задач в теоретическом и прикладном значении.
  9. Semantics, old words, lexical-semantic variants, archaism

    Документ
    Лексический состав русского языка находится в постоянном динамическом движении. Происходят изменения в семантической структуре слов, меняется иерархия сем, развиваются переносные значения и новые лексико-семантические варианты, меняется

Другие похожие документы..