Yoram gorlizki, oleg khlevniuk

Выдвижение Хрущева и Булганина

Устранение «ленинградцев» существенно изменило прежний баланс сил в окружении Сталина. В группе среднего поколения членов Политбюро объективно доминирующее положение за­няли Берия и Маленков. Сталин начал готовить им противовесы. В конце октября 1949 года Сталин, находившийся на юге, получил письмо, подписанное тремя инженерами московского завода им. Сталина. В письме, крайне резком по тону, выдвигались обвинения против секретаря московской партийной организации, секретаря ЦК ВКП(б) Г. М. Попова. Авторы писали о зажиме самокритики в московской партийной организации, о многочисленных злоупо­треблениях должностных лиц, «эпидемии дачного строительства», «морально-бытовом разложении» московских руководителей. Пря­мо сравнивая ситуацию в Москве с «ленинградским делом», инже­неры обвиняли Попова в том, что его «одолевает мысль в будущем стать лидером нашей партии и народа». В доказательство приводил­ся такой факт: «На банкете по случаю 800-летия Москвы один из подхалимов поднял тост за будущего вождя нашей партии Георгия Михайловича». Попов же подхалима не одернул. Попов, по мнению авторов письма, окружил себя сомнительными людьми (фамилии этих московских руководителей назывались в письме). «Попов рас­ставляет свои кадры везде, где может, с тем, чтобы в удобный мо­мент взять баранку руля страны в свои руки»307.

Обстоятельства появления этого письма и его подлинное автор­ство пока неизвестны. Однако на самом деле, достоверность доку­мента не имела большого значения для Сталина. Реакция вождя на многочисленные «сигналы» снизу зависела только от того, в какой мере они соответствовали его текущим интересам и настроениям. Заявление против Попова Сталин использовал в полной мере. Уже 29 октября 1949 года он подготовил письмо на имя Маленкова, в котором заявил, что письмо трех инженеров, а также другие факты свидетельствуют об «антипартийных, антигосударственных момен­тах» в деятельности Попова. Сталин предложил назначить комис­сию Политбюро для проверки работы Попова, а также установить новый порядок назначения районных руководителей в Московской и Ленинградской областях. Помимо секретарей райкомов партии Сталин потребовал утверждать в ЦК ВКП(б) также председателей райисполкомов этих двух крупнейших регионов страны. Свое пись­мо вместе с письмом трех инженеров Сталин поручил разослать членам Политбюро и секретарям ЦК.

Не дожидаясь результатов проверки, Сталин заранее решитель­но определил ее основные выводы:

«[...] Я считаю своим долгом отметить два совершенно ясных для меня серьезных факта в жизни московской организации, вскрывающих глубоко отрицательные стороны работ тов. Попова. Для меня ясно, во-первых, что в практике московского партийно­го руководства не только заглушается, но преследуется самокри­тика [...] Для меня ясно, во-вторых, что партийное руководство московской организации в своей работе сплошь и рядом подме­няет министров, правительство, ЦК ВКП(б), давая прямые ука­зания предприятиям и министрам, а тех министров, которые не согласны с такой подменой, тов. Попов шельмует и избивает на собраниях [...] Это значит разрушать партийную и государствен­ную дисциплину»308.

Приказ Сталина был немедленно выполнен. 1 ноября на заседа­нии узкой группы членов Политбюро — Маленков, Молотов, Берия, Каганович, Булганин — было принято решение: «Поручить комис­сии в составе тт. Маленкова, Берия, Кагановича и Суслова прове­рить деятельность т. Попова Г. М., исходя из указаний т. Сталина, изложенных в письме от 29 октября с.г.» Однако затем Маленков внес в постановление правку, и в протокол оно вошло в таком виде: «Назначить комиссию Политбюро в составе тт. Маленкова, Бе­рия, Кагановича и Суслова для проведения проверки деятельности т. Попова Г. М. с точки зрения фактов, отмеченных в письме трех инженеров»309. Новая формулировка повторяла соответствующую фразу из письма Сталина. Никакого особого значения, кроме безу­словного следования букве указаний вождя, такая правка не имела.

Комиссия Политбюро выяснила, что письмо трех инженеров на самом деле являлось обычным анонимным доносом (было подпи­сано вымышленными именами), а приведенные в нем факты не со­ответствовали действительности. Однако имея четкие указания от Сталина, комиссия пошла по самому простому пути — повторила те обвинения, которые содержались в сталинском письме от 29 октя­бря. 4 декабря 1949 года та же узкая группа членов Политбюро (на этот раз включавшая Микояна, вернувшегося из Китая, но вновь без Сталина, продолжавшего свой отпуск) утвердила «выводы и предложения по результатам проверки деятельности тов. Попова». По сути они лишь развивали два пункта сталинских обвинений: зажим Поповым критики и самокритики в московской партийной организации и «неправильная линия в отношении союзных мини­стерств и министров», попытки командовать ими, «подменить ми­нистров, правительство и ЦК ВКП(б)». Заявления «инженеров» о «политической сомнительности Попова» и насаждении им своих кадров, которые не упоминались в письме Сталина, комиссия сочла «не подтвердившимися и вымышленными». Комиссия предложила освободить Попова от обязанностей секретаря московской партий­ной организации, а также секретаря ЦК ВКП(б), сохранив за ним пост председателя Моссовета310.

Этот текст постановления был передан Сталину на юг. Скорее всего, Сталин предложил отложить окончательное решение вопро­са до своего возвращения в Москву, которое состоялось через не­сколько дней. Сталин начал принимать посетителей в своем каби­нете 10 декабря, и эта первая встреча была посвящена делу Попова. В 21 час 30 минут в кабинете Сталина собрались Берия, Каганович, Маленков, Суслов (т. е. комиссия, созданная для рассмотрения дела Попова) и сам Попов. Разговор продолжался почти два часа. Затем Суслов и Попов покинули кабинет. Сталин в течение 15 минут о чем-то совещался с Берией, Кагановичем и Маленковым, а затем в кабинет всего на 10 минут был приглашен Хрущев311.

Имеющиеся документы позволяют реконструировать ход этого совещания в кабинете Сталина. Попов, несомненно, признал свою вину и покаялся. В результате первоначальный проект постановле­ния был существенно смягчен. В частности, Маленков снял по все­му тексту формулировки «небольшевистские методы руководства», «небольшевистская практика», «небольшевистское отношение»312. В окончательный текст постановления была внесена также фра­за о том, что «тов. Попов признал свои недостатки». Несомненно, обсуждался вопрос о дальнейшей судьбе Попова. Первоначально высказанные комиссией Политбюро намерения оставить Попова председателем московского исполкома были вычеркнуты. В оконча­тельный текст постановления вошла неопределенная фраза: «напра­вить на другую работу»313. Вскоре Попов был назначен министром городского строительства, затем министром сельскохозяйственного машиностроения. И хотя в 1951 году его опять постигла опала (он был переведен на должность директора завода), он не подвергался репрессиям и умер в 1968 году, находясь на пенсии.

Еще до заседания 10 декабря Сталин решил вопрос и о замене Попова. Как вспоминал Хрущев, Сталин позвонил ему на Украину и приказал срочно приехать. В Москве Хрущеву объявили, что он назначается секретарем ЦК ВКП(б) и руководителем московской партийной организации314 (это, видимо, и произошло в те десять минут, которые Хрущев провел 10 декабря в кабинете Сталина).

Весь ход «московского дела», свидетельствовал о том, что особых претензий или неприязни к Попову у Сталина все же не было. Иначе судьба Попова сложилась бы куда более печально. Истинной целью Сталина был перевод в Москву и назначение на высокие должности Хрущева. Как противовес усилившимся Маленкову и Берии, Хрущев представлял собой оптимальный выбор. С одной стороны, он несколько лет находился в полуопальном положении и был готов с удвоенной энергией служить вождю, с энтузиазмом выполняя его волю. С другой — по своему официальному статусу (член Политбюро с 1939 года) Хрущев мог вполне конкурировать с Маленковым и Берией, которые хотя и принадлежали вместе с Хрущевым к одному поколению сталинских выдвиженцев, но по­пали в Политбюро позже него.

Примерно в то же время, что и Хрущева, Сталин начал актив­но выдвигать на ведущие роли в своем окружении Н. А. Булганина, который в послевоенный период быстро продвигался по служебной лестнице. В феврале 1947 года Булганин заменил Сталина на посту министра Вооруженных сил315, а 5 марта 1947 года получил должность заместителя председателя Совета министров СССР316. На­значение Булганина, сугубо гражданского человека, военным ми­нистром было вызвано скорее всего, тем, что Сталин после войны не доверял военным и, как уже говорилось, подверг генеральский корпус чистке. Для того чтобы повысить авторитет Булганина среди военных Сталин решил присвоить Булганину высокое воинское звание. 3 ноября 1947 года он обратился к членам Политбюро с таким заявлением: «Предлагаю присвоить товарищу Булганину звание Маршала Советского Союза. По-моему, соответствующий Указ Президиума [Верховного Совета] нужно мотивировать выдающимися заслугами товарища Булганина перед Вооруженными силами СССР во время Отечественной войны и послевоенный период [...] Я думаю, что мотивы моего предложения не нуждаются в комментариях, — они и так ясны». Соответствующее решение было немедленно принято317.

Все эти факты свидетельствовали о том, что Сталин питал к Булганину особое расположение, высшим выражением чего было назначение Булганина 16 февраля 1948 года полноправным членом Политбюро. Мотивировалось это тем, что «Политбюро в своей работе трудно обойтись без министра Вооруженных сил»318. Хотя некоторое время спустя Сталин решил вновь передать пост военно­го министра генералам, это не означало опалу Булганина. 24 марта 1949 года, освободив Булганина от министерской должности, По­литбюро перевело его в Бюро Совета министров СССР «на обще­государственную работу». Булганину было поручено наблюдение за работой Министерства финансов СССР, а также за работой Коми­тетов № 2 и № 3 (комитеты, занимавшиеся реактивной техникой и радиолокацией)319. Еще через день, 26 марта, Булганину поручили наблюдение за работой министерств авиационной промышленно­сти и вооружений320. В тот же день Сталин взял на себя наблюдение за работой Министерства Вооруженных сил321. Однако уже через месяц Сталин отказался от этой обязанности (в решении Политбю­ро от 25 апреля было сказано «ввиду перегруженности работой»), возложив ее на Булганина. В связи с этим Министерство финансов передали для наблюдения Косыгину322. Казалось, место Булганина в новой иерархии высших советских руководителей, сложившейся после устранения «ленинградцев», на этом вполне определилось. Как заместитель председателя Совмина он ведал блоком военных и военно-промышленных министерств. Однако вскоре Сталин решил резко повысить его статус.

В первый год после снятия Вознесенского в Совете министров СССР было сконструировано «коллективное руководство» заме­стителей Сталина. Постановлением Совета Министров от 30 июля 1949 года Бюро Совета министров было преобразовано в Президи­ум Совета министров в составе председателя Совета министров, его заместителей, министров финансов и государственного контроля323. Постановлением Политбюро от 1 сентября 1949 года председатель­ствование на заседаниях Президиума Совмина возлагалось пооче­редно на заместителей председателя Совмина Берию, Булганина, Маленкова, Кагановича и Сабурова324. Таким образом подтверж­дался прежний порядок «коллективного руководства» заместите­лей Сталина. Однако в следующем году это правило было отмене­но. 7 апреля 1950 года, через несколько месяцев после того, как в Москву был переведен Хрущев, Политбюро приняло следующее предложение Сталина: назначить Булганина первым заместителем председателя Совета министров; образовать Бюро Президиума Со­вета министров, поручив ему рассмотрение срочных вопросов те­кущего характера, а также секретных вопросов; утвердить Бюро в составе: Сталин, Булганин, Берия, Каганович, Микоян, Молотов; заседания Бюро Президиума проводить два раза в неделю, а засе­дания Президиума — один раз в десять дней; председательствова­ние на заседаниях Бюро и Президиума в случае отсутствия Сталина осуществлять его первому заместителю Булганину325. Подготовкой этого ключевого постановления, что было также показательно и важно, занимался сам Булганин. Именно он представил Сталину 6 апреля проект постановления, сообщив в сопроводительной запи­ске, что Молотов, Берия, Каганович и Микоян «замечаний по про­екту не имеют»326.

Обращает на себя внимание то, что как от разработки проекта по­становления, так и от членства в Бюро Президиума был отстранен Г. М. Маленков. Пока не удалось найти этому точных объяснений. Возможно, задумав новую реорганизацию, Сталин предназначил для Маленкова (так же, как в свое время для Жданова) исключи­тельно работу в ЦК ВКП(б). Возможно, Сталин демонстрировал Маленкову свое недовольство по какому-то поводу или без него, для «профилактики», что вполне отвечало стилю отношений Сталина к его соратникам. В любом случае, Сталин достаточно быстро изме­нил свое решение. Без участия Маленкова прошли лишь три первых заседания вновь созданного Бюро — 8, 11 и 15 апреля 1950 года327. 15 апреля было принято постановление Политбюро о введении Маленкова в Бюро Президиума Совмина. Судя по оформлению в подлинном протоколе заседаний Политбюро (постановление было написано Маленковым и завизировано Сталиным, других отметок о голосовании нет328), это решение могло быть принято на встрече в кремлевском кабинете Сталина, где поздно вечером 15 апреля со­брались все члены руководящей группы Политбюро329.

Однако независимо от этого в силе оставалось решение Ста­лина о выдвижении на ведущие роли в правительстве Булганина. Похоже, что именно к этому периоду относятся рассуждения Ста­лина о своих наследниках, которые воспроизвел в своих мемуарах Хрущев:

«Помню, как Сталин при нас рассуждал на этот счет: “Кого после меня назначим Председателем Совета министров СССР? Берию? Нет, он не русский, а грузин. Хрущева? Нет, он рабочий, нужно кого-нибудь поинтеллигентнее. Маленкова? Нет, он умеет только ходить на чужом поводке. Кагановича? Нет, он не русский, а еврей. Молотова? Нет, уже устарел, не потянет. Ворошилова? Нет, по масштабу слаб. Сабуров? Первухин? Эти годятся на вто­рые роли. Остается один Булганин”»330.

Очевидно, что эти рассуждения лишь отчасти отражали сталин­ские мотивы выдвижения Булганина. Скорее всего, Сталин счи­тал Булганина опытным администратором и при этом мог ценить абсолютную послушность, а значит «безвредность» Булганина, о котором Молотов говорил так: «Булганин действительно ничего не представляет — ни за, ни против, куда ветер подует, туда он и идет»331. Непосредственно в 1949-1950 годах Булганин мог быть полезен Сталину и как противовес Маленкову и Берии. Демонстра­тивное выдвижение Булганина было последним актом конструиро­вания нового баланса сил между соратниками Сталина после устра­нения «ленинградцев».

  1. Aar: the old term for Ger. Adler (adel ar) and means ‘eagle’: Frid dictus [called] Ar, near Konstanz 1258. See Ahr. Aaron

    Документ
    Aa: von der Aa: formerly name of a house of knights, both in Westph. and Switz., Aa, Ahe (SGer. Ach) is a very old term for running water, a stream (Goth.
  2. Arquivo 35 de pesquisas genealógicas

    Документ
    Quando pesquisar em nossos arquivos, ao digitar o sobrenome procurado, faça-o, sempre que julgar necessário, COM E SEM os acentos agudo, grave, circunflexo, crase, til e trema.
  3. A spa project of Peace Corps Turkmenistan

    Документ
    This dictionary is, to our knowledge, the first comprehensive Turkmen/English dictionary to be printed. It consists of over 10, words and definitions and is intended as a general-purpose dictionary.
  4. 1. Verifikacija zapisnika 11. sjednice Fakultetskog vijeća održane 14. rujna 2005. A. Izbori

    Документ
    Na osnovi članka 37. Statuta sazivam 1. sjednicu Fakultetskog vijeća Filozofskog fakulteta u Zagrebu, koja će se održati u ponedjeljak 24. listopada 2005.
  5. A tangled web (1)

    Документ
    The notion that Poles were endemically hostile towards Jews and simply attacked Jews because of racial or religious motives has little basis in fact. By and large, relations between Jews and Poles in the countryside had traditionally
  6. Recherche bei Umlauten ggf. über ae, oe, ue suchen! Dasselbe gilt: Wenn mit „ß“ kein Ergebnis vorliegt, ggf mit „ss“ suchen! Bei den

    Документ
    Recherche bei Umlauten ggf. über ae, oe, ue suchen! Dasselbe gilt: Wenn mit „ß“ kein Ergebnis vorliegt, ggf. mit „ss“ suchen! Bei den Signaturnummern gibt das letzte Kürzel (z.
  7. A tangled web (2)

    Документ
    The notion that endemically hostile Poles, whether villagers or partisans, simply attacked Jews for racial or religious motives has little basis in fact.
  8. Preface to the catalogue

    Документ
    This is the revised and enlarged edition of the “Catalogue of Lenfilm Studio Feature Films 1918 — 1989”, published in 1991. It contains description of feature films made at the Lenfilm Studio in the period of 1918 — 1997.
  9. บรรณานุกรมรายงานวิจัยและวิทยานิพนธ์ 2546 เล่ม 29

    Документ
    Thitinai Gaewdang. Cristallochimie et luminescence de quelques oxydes et fluorures de l indium. France : L Universite Bordeaux I, 1993. 181 p. (T E6075)

Другие похожие документы..