Доклад Р. С. Гринберга, А. Я. Рубинштейна

Публичная политика и механизмы выявления

общественных интересов

В предисловии к изданию англоязычного перевода книги Кнута Викселля «Исследование по теории финансов» Джеймс Бьюкенен призвал «коллег-экономистов сначала построить какую-либо модель государственного, или политического устройства, а уже потом приступить к анализу результатов государственной деятельности»18. Неизменно следуя этой методологической установке, он разработал собственную модель государственного устройства и свою институциональную теорию конституционной экономики. Имея в виду выявление общественных интересов связанных с сокращением уровня неравенства, обсудим вначале наше видение современного общества и демократического государства, наши взгляды на публичную политику и совместную жизнь людей в социуме.

2.1. О современном обществе и государстве. Размышляя об эволюции государства, можно было бы говорить о полном триумфе либеральной доктрины, если бы не ряд досадных обстоятельств, встречающихся в нашей повседневной жизни и свидетельствующих о еще не завершившейся «битве с хаосом». Существующее неравенство, иногда явно чрезмерное, и наличие интересов общества принципиально не выявляемых рынком, свидетельствуют о системных недостатках в механизме «невидимой руки» и заставляют задуматься о необходимости дальнейшего перераспределения, присущей ей «энергии упорядочения».

Однако речь не идет о движении вспять, от рыночного саморегулирования к расширению области властных решений. Напротив, мы исходим из необходимости создания условий, когда чисто властные полномочия сокращаются, а сама власть и ее целенаправленное поведение переводится в пространство рыночного обмена, где государство превращается в один из субъектов рынка, действия которых координируется механизмом саморегулирования. В этом случае «невидимой руке» действительно придется «поделиться» сконцентрированной в ней «энергией упорядочения», но не с властью принуждения, а в пользу другого, подобного же ей механизма. Поясним наш вывод.

Еще со времени Смита «естественная склонность к торговле и обмену» стала основой спонтанного порядка, выявляющего цели и средства для их достижения, обеспечивающие благосостояние всего общества. Между тем, обслуживающий этот процесс механизм «невидимой руки» справляется с данной задачей лишь только в той мере, в какой всякая общественная потребность сводится к интересам индивидуумов. Любое же нарушение универсальности гипотезы сводимости мстит расширением властных полномочий государства и усилением его интервенционистских функций, то есть приводит к фактическому перераспределению «энергии порядка» непосредственно в пользу власти.

Неразделенность целевых установок общества и средств, для их реализации, в одном и том же механизме, в общем случае не позволяет обеспечить требуемой гармонии. Решение проблемы видится нам в дополнении «невидимой руки» другим механизмом, способным выявлять и актуализировать несводимые общественные потребности. Речь идет о механизме социального иммунитета, в основе которого лежат процессы динамических изменений в социуме, сопровождающиеся уменьшением энтропии и формированием интереса общества как такового19. В некотором смысле именно данный механизм обладает самым большим потенциалом упорядочения, ибо позволят структурировать «разлитую» в социуме энергию флуктуаций в конкретные интересы общества. Причем в отличие от «невидимой руки» механизм социального иммунитета вовсе не связан с равновесием и даже, действуя в противоположном направлении, отвечает за вектор развития самого общества.

Сформулируем общий взгляд на государственное устройство. В нашей модели само государство и его целенаправленные действия существуют в трех измерениях: социальный иммунитет выявляет несводимые общественные интересы и формирует цели государства, власть принуждения обеспечивает ему необходимые доходы и выполнение установленных общих правил, а механизм «невидимой руки» реализует оптимальную алокацию ресурсов, в том числе и распределение государственных средств.

2.2. В среде социального иммунитета. Строго говоря, механизм социального иммунитета является самодостаточным. Во всяком обществе и при любой модели государственного устройства социальный иммунитет принадлежит к тем процессам динамических изменений социума, которые, впитывая энергию внешних возмущений и положительных обратных связей, в конечном счете, обеспечивают выявление интересов общества как такового вне зависимости от текущей позиции государства. В данном смысле значение самого государственного устройства всегда вторично.

В то же время эффективность такого механизма, существенным образом зависит от социальной и политической среды, от степени демократичности общества. С этой точки зрения значение государства переоценить очень трудно. Сумма указанных обстоятельств, собственно, и определяет возможности анализа поведения государства в среде социального иммунитета, действие которого отражает процессы формирования и актуализации несводимых общественных интересов.

Говоря об интересах общества как такового, мы исходим из того, что в процессе «социального образования» людей и самокоррекции их предпочтений, возникает спонтанная согласованность индивидуальных оценок. Именно так формируется консенсус всех или большинства людей, именно так «гражданская добродетель» может стать всеобщей, или почти таковой. Однако данный подход отнюдь не идентичен «платоновской вере в существование в политике истины, которую стоит только раскрыть, как ее можно будет объяснить благоразумным людям»20.

Мы не разделяем этих очевидно упрощенных взглядов. Более того, согласны мы с Бьюкененем и в том, что «поиски некоего «общественного интереса», независящего от конкретных интересов отдельных участников общественного выбора и находящегося вне их, подобны поискам священного Грааля»21. Не нужна нам чаша сия, как и пустые хлопоты самих рыцарей Круглого Стола. Мы абсолютно уверены, что нет, и не может быть никаких априорных интересов общества. Несводимые общественные потребности, подобно ценам рыночного равновесия, всегда существуют только апостериори и формируются в процессе реакции социума, выявляющей в поведении людей интересы общества как такового, актуализирующей эти интересы, обеспечивая их признание со стороны большинства индивидуумов22.

Заметим здесь, что далеко не все способны воспринять общественную потребность, не всем дано «увидеть» другую пользу, кроме сиюминутной личной выгоды. Поэтому, если и имеет смысл говорить о феномене политической истины, то лишь в терминах общественного договора, представляющего результат согласования индивидуальных предпочтений в процессе «социального образования» людей.

Сначала только отдельные люди, затем немногие, потом и группы людей улавливают «гормон» особого интереса, вырабатываемый иммунной системой общества. Воспринимая социальные цели, они убеждают в их важности других сограждан; в этом дискурсе, в результате модернизации и накопления социального опыта, поступаясь собственными предпочтениями, через компромисс индивидуумы приходят к согласию23. Именно оно определяет ситуацию, в которой коллективная потребность начинает господствовать в умах людей, принимающих решение от лица всего общества. И, чем совершеннее его институты, тем путь этот короче и адекватность социальных целей выше.

Теперь о нашем «почти» и о «гражданской добродетели», которая может быть всеобщей только почти. Собственно, в этом «почти» кроется главное отличие наших представлений о государстве от взглядов Хабермаса24 и модели государственного устройства Бьюкенена. Повторяя его изящную формулу - «анархия идеальна для идеальных людей; наделенные страстями должны быть благоразумны»25, - подчеркнем, что единогласие возможно только в идеальном обществе, потому и правило всеобщего консенсуса становится лишь «идеальным правилом»26.

Всякие же иные правила трактуются Бьюкененем как его варианты. Мотивируя их наличие, он констатирует, что «они могут быть рационально выбраны не потому, что принятые в соответствии с ними коллективные решения будут «лучшими» (заведомо известно обратное), а потому, что в конечном итоге размер издержек принятия решений по правилу единогласия обуславливает некоторое отступление от этого идеального правила»27. Здесь Бьюкенен дополняет свой «всеобщий консенсус» платоновской идеей «второго лучшего». А это значит, что в окружающей нас действительности единогласие уступает место голосованию большинством. И потому гражданская добродетель оказывается лишь почти всеобщей.

За этим же «почти» скрываются и несколько иные представления о фактических «границах свободы» и реальном распределении бьюкеневских «сил порядка». Учитывая существование единогласия исключительно в виде идеальной нормы, и вытекающее из такого понимания признание специфического общественного интереса лишь большинством людей, подчеркнем, что реализация данного интереса всегда основана на власти принуждения.

Речь идет о принуждении некоторого меньшинства субъектов, оказавшихся (по Хабермасу) неспособных к модификации, так и не сумевших увидеть в сформировавшихся новых целевых установках общества эгоистического интереса. И ровно в той мере, в какой «гражданская добродетель» не стала всеобщей, власть принуждения должна дополнить действующий механизм социального иммунитета, выявившего и актуализировавшего общественные цели, обеспечивая их достижение в виде «второго лучшего».

Подчеркнем здесь, что всякое принуждение чревато двумя сюжетами, каждый из которых следует рассмотреть отдельно. Во-первых, «принуждение к счастью» индивидуумов, не сумевших увидеть личные выгоды в реализации коллективного интереса, продолжает процесс их принудительного «обучения» с привлечением государства, которое своими действиями способно сделать эту связь более прозрачной.

Во-вторых, властные действия способны породить и обратную ситуацию, когда участие государства в реализации интереса большинства не приводит к его «восприятию» и индивидуализации со стороны принуждаемого меньшинства. Исправляя ошибки государства, возникшие в результате неверно понятых интересов общества или их искажения под воздействием интересов «специальных групп»28, а также ввиду релятивизма самих целевых установок, иммунная система социума выявляет у представителей принуждаемого меньшинства новую потребность, альтернативную предпочтениям большинства.

Таким образом, реакция общества на подавление интересов его меньшинства может приводить к прямо противоположным результатам. В этом достаточно обычном случае не трудно заметить действие механизмов положительной обратной связи, запускающих процессы формирования нового социального интереса, его постепенного распространения и последующего признания большей частью сограждан. И здесь в пределе возможен полный отказ от прежней целевой установки общества, а тем самым и достижение всеобщего консенсуса, но уже на почве ее отрицания, на более «высоком уровне сложности» и в связи с появлением иного социального интереса.

Подчеркнем еще раз, иммунная система социума самодостаточна и, в конце концов, обеспечивает выявление истинных интересов общества. Однако, очевидно, что момент этот может наступать раньше или позже в зависимости от конкретных действий государства. Поэтому его рациональное поведение, способствующее выявлению и актуализации общественного интереса на ранних стадиях, требует внимательного и бережного отношения к меньшинству. Мы подозреваем, что именно в данной части общества «обитают» его пассионарии, обладающие повышенными способностями «видеть то, что временем закрыто» для большинства сограждан. Потому поддержка пассионарного меньшинства, создание ему условий наибольшего благоприятствования является, на наш взгляд, важнейшимпринципом публичной политики, обеспечивающим условия для эффективной «работы» социального иммунитета – механизма выявления и формирования интересов общества как такового.

Повторим в заключение, что механизм социального иммунитета обеспечивает необходимую институциональную цепочку выявления и актуализации артикулированных ценностных суждений в отношении допустимого для данного исторического этапа уровня неравенства доходов. При этом граница такого неравенства, то есть тот его уровень, который соответствует этическим представлениям большинства граждан, как раз и является линией нормального неравенства. Повторим и вывод Вильяма Баумоля о том, что за сокращение неравенства надо платить. Реализуя интерес общества в его стремлении к справедливости, государство обменивает находящиеся в его распоряжении ресурсы на социальную полезность сокращения неравенства.

Очерк третий

Перераспределительные механизмы и

  1. Доклад посвящен некоторым аспектам теории «опекаемых благ»

    Доклад
    Настоящий доклад посвящен некоторым аспектам теории «опекаемых благ» в контексте эффективного и неэффективного равновесия. В работе представлены особенности опекаемых благ, их связь с рыночными провалами, сформулирована гипотеза об
  2. Доклад подготовлен коллективом сотрудников ран в составе

    Доклад
    Накануне обновления высших институтов государственной власти, как правило, везде и всегда появляются сценарии, концепции, программы будущего социально-экономического развития страны.
  3. Доклад Общественной палаты Российской Федерации по вопросу: «Культура и будущее России. Новый взгляд»

    Доклад
    Цель этого доклада не в том, чтобы равномерно описать сферу культуры России, отметить достижения и выявить недостатки. Наверное настанет время, когда люди культуры и искусства, думая о своем деле, будут испытывать только гордость и
  4. Аналитические доклады победителей конкурса «Россия в условиях мирового кризиса». М.: Российский гуманитарный научный фонд, Языки славянских культур, 2009. 3

    Доклад
    Аналитические доклады победителей конкурса «Россия в условиях мирового кризиса». – М.: Российский гуманитарный научный фонд, Языки славянских культур, 2009.
  5. Культура и будущее России. Новый взгляд. Доклад председателя Комиссии Общественной палаты по вопросам развития культуры А. А. Калягина (1)

    Доклад
    Вопросы библиотечного дела в докладе на рассматриваются. Публикуемый материал представляет интерес в плане формирования идеологии культуры в целом (от.
  6. Культура и будущее России. Новый взгляд. Доклад председателя Комиссии Общественной палаты по вопросам развития культуры А. А. Калягина (2)

    Доклад
    Цель этого доклада не в том, чтобы равномерно описать сферу культуры России, отметить достижения и выявить недостатки. Наверное настанет время, когда люди культуры и искусства, думая о своем деле, будут испытывать только гордость и
  7. Доклад Д. Е. Сорокина

    Доклад
    Семинар проводился 28 ноября 2005 г. в рамках проекта «Социальное неравенство и публичная политика», выполняемого в Горбачев-Фонде (руководитель проекта – член-корр.
  8. Доклад «Социальное неравенство в политическом измерении» 4

    Доклад
    Семинар проводился 26 октября 2005 г. в рамках проекта «Социальное неравенство и публичная политика», выполняемого в Горбачев-Фонде (руководитель проекта – член-корр.
  9. Доклад А. Ю. Шевякова

    Доклад
    Семинар проводился 26 декабря 2005 г. в рамках проекта «Социальное неравенство и публичная политика», выполняемого в Горбачев-Фонде (руководитель проекта – член-корр.

Другие похожие документы..