С. П. Щавел ё в Издание второе, исправленное и дополненное

7. Некоторые рукописи не горят ([Рец. на кн.:] П.С. Уварова. Былое. Давно прошедшие счастливые дни. М.: Изд-во им. Сабашниковых, 2005. 296 с.; П.С. Уварова. Былое. Давно прошедшие счастливые
дни // Труды Государственного Исторического музея. Вып. 144. М.: 2005. 336 с.)…………………………………….........................................

344

8. «Для меня это зрелище с голгофы…» (Письма Н.И. Пузановой С.Ф. Платонову. Новые штрихи к «Делу краеведов ЦЧО» 1930–
1931 гг.)…………………………………………………..……………….

349

9.А.А. Формозов. Заметки о русской интеллигенции 1940-х – 2000-х годов……………………………………………………………………….

357

10. Факультет разных вещей (Вспоминая истпед)……………………..

371

11. Историк против философа (Дело об издании учебного пособия А.Н. Илиади «Введение в марксистско-ленинскую философию» (1969–1970 гг.).……………………………………………………………

377

12.Ю.А. Липкинг — последний романтик изучения провинциальных древностей………………………………………………….......................

380

13. Памяти доброго Льва (Некролог Л.В. Шабанова)………………….

403

14.А.Н. Курцев. Остаться в душах людей (О К.Ф. Соколе)……………

404

15. Об Исааке Баскевиче, писателе……………………………………...

405

16. Областная археология в чёрно-белую полоску (О разграблении курских памятников археологии в 1990-е – 2000-е гг.)………………..

418

17. «Гочевские древности Обоянского уезда Курской губернии»
Д.Я. Самоквасова 1909 г.: век археологического изучения комплекса археологических памятников на Верхнем Псле………………………..

425

18. Ритуал крестного хода: художественные проекции…………..........

430

19. Интервью А.А. Формозова (данное С.П. Щавелёву 12 декабря 2008 г.)…………………………………………………………………….

434

Избранная литература по исторической регионалистике и историографии Курского края……………………………………………...

444

Список сокращений…………………………………………………….

463

Сведения об авторах…………………………………………………….

464

Составитель с уважением, любовью и благодарностью почтительно посвящает эту книжку своим учителям — преподавателям исторического факультета Курского педагогического института 1970-х гг. — Вере Эммануиловне Скорман, Елене Илиодоровне Матве, Офелии Петровне Запорожской, Наталье Владимировне Ивановой, Юрию Александровичу Липкингу, Льву Фёдоровичу Спирину, Марку Абрамовичу Степинскому, Константину Фёдоровичу Соколу, Иосифу Шайевичу Френкелю, Льву Васильевичу Шабанову, Феликсу Фёдоровичу Лаппо, Михаилу Львовичу Фрумкину, Юрию Ивановичу Юдину .

ВВЕДЕНИЕ

(подходы к отбору и изложению

справочного биобиблиографического

материала по региональной историографии)

Словари нужны всегда и почти всем. Тем более по таким отраслям знания, которые слабо или совсем не охвачены большими энциклопедиями, справочниками широкого профиля. К разделам знания, где хронически не хватало справочно-информационных пособий, относится областная, региональная история, а тем более краеведческая историография. Познание прошлого, как известно, возможно на разных пространственно-временных отрезках. На тематическом поле от глобальной историософии до микроказусных штудий былого умещается множество разномасштабных историй — цивилизаций, эпох, континентов, народов, стран и, обращу особое внимание — районов, участков земли, чьи судьбы чем-то похожи на соседние, а чем-то от них отличаются 1. И в зарубежной, и в отечественной историографии областническому подходу отдавалась достойная дань. Реже замечалось, что с измененением исторического ракурса существенно меняется не только объект, но и субъект, и методы исследования. Поэтому и лексикон историков регионального ранга должен отличаться от персонального состава общенациональных энциклопедий. Об этих отличиях и пойдёт речь в настоящем введении.

Но прежде вкратце очертим пространственно-временные границы именно данного — Курского края. Этот последний достаточно показателен в культурно-историческом отношении, может быть признан своего рода модельным для южной, а в значительной степени и для всей центральноевропейской России. Cформировавшись вокруг поречья Сейма, этой географической сердцевины летописного объединения восточных славян «Север» (IX–X вв.); развиваясь (с начала XI в.) вместе со всем Древнерусским государством; оказавшись затем на пограничье Руси и Орды (XIII–XIV вв.), Литвы и Московии (XV–XVI вв.); войдя (с начала XVII в.) в состав Московского царства, Курск и его округа с тех пор накопили весь возможный в Европе репертуар памятников старины — вещественных и словесных, топонимических и этнологических, документально-архивных и архитектурных. Поэтому весьма репрезентативно оказывается рассмотрение исторических древностей именно этой земли, её взаимосвязей со столичными центрами и с прочими регионами страны по части широко понятого древлеведения.

Уточнённые (при участии автора этих строк 1) рубежные вехи истории города и области Курска выглядят следующим образом:

 первое упоминание города Курска в письменных источниках («Житии Феодосия Печерского») относится к началу 1030-х гг.; в летописании («Поучение» Владимира Мономаха) — около 1066 г.;

 Курское княжество фигурирует там с 1095 (и по 1290);

 после чего на части его территории татаро-монголами основано баскачество;

 в 1360-х – 1370-х «Курская тьма» отходит Великому княжеству Литовскому; сам «Курескъ на Тускоре» упоминается в «Списке русских городов...» (не позднее 1381) и в трактате князя Свидригайло Ольгердовича (за 1402);

 в 1596 на Курском городище возводится крепость Московского государства;

 с 1708 Курская земля составляет части Киевской и Азовской губерний; с 1719 — части Белгородской и Севской провинций Киевской губернии; в 1728 их вобрала в себя Белгородская губерния; в 1779 вместо неё образовано Курское наместничество; в 1797 оно переименовано в губернию; в 1799 тут введено гражданское губернаторство.

О дальнейших административных судьбах данного региона известно лучше 2.

С определённой долей условности, исходя из этно-социально-политической принадлежности, можно разделить историю Курского Посеймья в новую эру на следующие периоды:

 славянский;

 древнерусский;

 русско-ордынский;

 русско-литовский;

 московский;

 императорский;

 советский;

 российский.

Эта периодизация, как видно, совпадает с общероссийской.

Таким образом, в лице Курского Посеймья перед нами многовековой образец тех жизненных реалий, что соответствуют культурно-историческому понятию «регион» (он же, если не требуются терминологические тонкости, «край» или «местность», «земля», «область» в усреднённом, разновременном значении этих слов), чьи границы во времени и пространстве то совпадают с условно-административными, то отличаются от них. В основе регионализации — жизнедеятельность субэтнической общности людей-земляков, осуществляемая при климате и ландшафте, прочих природных условиях определённого типа, в тех или иных внутриполитических и международных обстоятельствах.

А региононим «куряне» — одно из самых ранних и устойчивых земляческих определений в истории Руси-России, фигурирующее в источниках с домонгольских времен (летописи, «Слово о полку Игореве») и непрерывно до наших дней, т.е. около тысячи лет. Применительно к составляемому мной словарю важны не столько различия, сколько поэтапная преемственность между отдельными отрезками развития данного региона: от потестарного объединения славян «семцев» — к удельному княжеству державы Рюриковичей, Киевской Руси; — через монгольский разор, подчинение Орде и литовское подданство — к военному укрепрайону Московского царства; — потом наместничеству, губернии императорской, затем Советской России — и, наконец (с 1934 г.), области СССР, ныне Российской Федерации. Некоторая изменчивость и проницаемость границ курских земель за последнее тысячелетие не нарушали намного и надолго их исходного политико-географического ядра.

Очертив на всякий случай предмет региональной истории, обратимся к субъекту регионально-исторического познания. Поясним, кого ниже предлагается считать историками края. Тем самым раскрываются принципы составления и пополнения словника для настоящего издания. Конечно, в эту когорту входят не только и не столько те лица, кто жил и писал на территории Курщины, а те, кто сумел сказать новое слово, прибавить фактов и гипотез об её прошлом.

Научная история, как и наука вообще, — довольно поздний «плод» европейской культуры. Но становлению академически-университетской историографии предшествовали долгие периоды летописной и постлетописной «истории» своего рода, пограничной с вненаучными, мифо-легендарными моделями прошлого. Как бы не отличались до- и предначные варианты историографии от её же вполне развитых стадий, от них вряд ли стоит отмахиваться, в том числе при словарной работе. Не стоит рассматривать как курьёз присутствие в региональном словаре персонажей из донаучных эпох отечественной истории — летописцев, агиографов, мемуаристов и т.п. Именно их усилиями сохранены для потомков первые, поистине бесценные крупицы исторической памяти. Для Курска это и «отец русского летописания» Нестор, в чьём «Житии Феодосия Печерского» впервые упомянут и, главное, подробно описан Курск сразу после своего возникновения; и князь Владимир Всеволодович Мономах, в чьём знаменитом «Поучении детям» сохранился термин «семцы», т.е., должно быть, жители Посеймья; и те курские воеводы и их подручные, которые первыми, ещё в XVII в. начали описывать здешние древности, а не только искать драгоценные клады. Эти лица представляют предысторию самой исторической науки, её генезис на русской, в том числе региональной почве.

Что касается новой и новейшей историографии, то здесь фигурируют, прежде всего, те профессиональные учёные гуманитарного профиля, кто внёс тот или иной вклад в изучение прошлого Курской земли, её исторических судеб и традиций. Сюда нужно отнести, понятное дело, прежде всего представителей собственно исторической науки, специалистов по тем или иным периодам отечественной истории и жанрам их изучения (источниковедение, событийно-фактический нарратив, социальная, военная история
и т.д.). Тут же смежные с историей, так называемые вспомогательные ей дисциплины — археология, этнография, антропология, лингвистика (в особенности фольклористика, диалектология, литературоведение), топонимика, нумизматика; отчасти география, геология, биология (палеонтология), палеоэкология и другие, но также ретроспективные в той или иной мере по своей направленности разделы науки. Некоторые из представителей всех этих исторических в той или иной степени дисциплин отражены существующими энциклопедиями, однако их работы, выполненные на курском материале, там далеко не всегда акцентированы. Значительно больше тех учёных регионального масштаба, кто упоминаний в справочниках не удостоился. Ведь это, образно говоря, не «маршалы» и не «генералы» науки, а её «младшие офицеры» и даже «рядовые», вплоть до, так сказать, «вольнопределяющихся», волонтёров. Общенациональная энциклопедия нипочём не вместит в свои томы всех провинциальных доцентов и профессоров, а тем более исследователей, учёными степенями да званиями не увенчанных. Между тем именно их сокупными усилиями создавалась научная картина исторического развития любого региона страны.

В послевоенном СССР определились три основные направления истории как науки и учебного предмета — история СССР, всеобщая история и история КПСС. На эту последнюю кафедру, в её аспирантуру шли, как правило, не самые лучшие с точки зрения Клио кадры. В основом — конъюнктурщики, ориентированные на ускоренную служебную карьеру; чтобы компенсировать недостаток личной культуры, образованности и творческих способностей. После ликвидации КПСС, в 1990-е годы, «специалисты» по истории партии влились в когорту остальных историков и с тех пор делают вид, что они тоже историки. Непредвзятый историографический анализ, однако, демонстрирует тщетность этой мимикрии. Решившиеся в недавнем прошлом «служить и богу, и мамонне» в своём большинстве заплатили за своё советское рвение творческим бесплодием. Поэтому в моём словаре быших историков партии отмечено немного и внимательный читатель различит этих более или менее убогих персонажей.

В первом издании настоящего словаря отсутствовали наиболее знаменитые, крупные историки России, в творчестве которых Курский край отразился попутно с множеством других сюжетов. В настоящее издание мы сочли возможным включить некоторые из этих знаковых, как сейчас говорят, для отечественной историографии фигур — от В.Н. Татищева и С.М. Соловьёва до Б.Д. Грекова и Л.Н. Гумилёва, например. Ведь именно из их обобщающих трудов всё новые и новые поколения рядовых научных работников и краеведов-любителей черпают исходную для себя информацию по истории большинства регионов России, включая и Курский. Выход в свет такого рода рубежных трудов, от А.М. Карамзина до Б.А. Рыбакова, всегда поощрял историческую регионалистику к новым поискам местных иллюстраций к выводам маститых авторов. Порой губернские (областные) любители истории могли и поправить, дополнить столичного корифея в каких-то деталях, фактах, им, бузусловно, более близких по месту жительства.

Поскольку биографии великих историков общедоступны, в нашем словаре очерки о них сокращены по сравнению с большими энциклопедиями; включают в себя в основном те сведения, что имеют прямое отношение к региональным реалиям.

Все остальные участники региональной историографии могут рассматриваться как помощники специалистов-историков, поставщики источникового материала для дальнейшего изучения, архивирования, публикации. А также как работники по охране и популяризации региональных памятников истории и культуры.

А именно, кроме дипломированных историков, составителя подобного справочника должны, по идее, интересовать культурные любители местной истории — так называемые краеведы. В своём большинстве это здешние сотрудники школ, музеев, архивов, газет, прочих учреждений губернского (областного) или уездного (районного) масштабов. В разной степени присущий им дилетантизм чаще всего не мешает их самоотверженной, чаще всего на общественных началах выполняемой работе по сбору фактов о примечательных для потомков событиях, памятниках и лицах их малой родины.

Вопрос о научном и культурном значении исторического краеведения — сложен, деликатен и запутан в нашей историографии. Оценки соответствующего общественного движения колеблются в широком диапазоне. Представители столичной, университетской и академической науки чаще всего относились и относятся к своим добровольным и бескорыстным помощникам из провинции с иронией, если не с пренебрежением. Игнорируя их находки, замалчивая их достижения, они порой заимствуют эти находки без ссылки на первооткрывателей. Так получилось, например, при сенсационном открытии известной Каповой пещеры с палеолитической живописью на Урале 1. Или вот в рецензии на монографию по истории Астраханского ханства известный российский историк пишет: «Заметно, что исследователь следовал желанию охватить по возможности больший круг авторов, писавших о средневековой Астрахани. Поэтому он порой ставит в один историографический ряд профессиональных исследователей и компиляторов-краеведов и с одинаковой основательностью — порой в ушерб научной весомости своей работы — анализирует логические построения первых и домыслы вторых. Мне представляется, что некоторые из последних даже не заслуживали бы упоминания. Тем более в столь серьёзном монографическом труде» 2. Наверное, применительно к монографическому жанру это так. Но в историографических работах, к числу которых следует относить и словари, подобные моему, о любителях местной истории, как добросовестных, так и не очень, упоминать, на мой взгляд, целесообразно. Без этих фигур панорама региональной историографии окажется прерывистой и неполной.

В других случаях краеведческое движение наоборот превозносилось как проявление народной, земской инициативы, высокое служение науке и просвещению. Собственно говоря, до революции термин «краеведение» почти не употреблялся. Представители Губернских статистических комитетов, Губернских учёных архивных комиссий, Церковно-исторических обществ, земских музеев и т.п. организаций считали себя никакими не «краеведами», а просто любителями науки, прежде всего истории и археологии. Они, будучи новичками, учениками на учёной стезе, как правило, довольно тесно сотрудничали с академическими и университетскими центрами в Москве, Санкт-Петербурге и других университетских городах. Профессиональные учёные их периодически консультировали, инструктировали на раскопках и музейных выставках, в архивах. Всероссийские, а затем и областные Археологические съезды объединяли и учёных, и любителей, и меценатов — общественных деятелей 1. На мой взгляд, именно на рубеж XIX–XX вв. приходится так называемый «золотой век» российского краеведения 2.

  1. Издание второе, переработанное и дополненное

    Документ
    ХИРУРГИЯ СТОПЫ Издание второе, переработанное и дополненное ЧЕРКЕС-ЗАДЕ Дурсун Исмаилович - доктор медицинских наук, профессор, заслуженный деятель науки РФ, академик Академии медико-технических наук.
  2. А. А. Нотов материалы к флоре тверской области часть 1 высшие растения издание второе переработанное и дополненное Тверь 1999

    Документ
    Публикуемая сводка подводит итоги изучения обширного фактического материала по высшим растениям Тверской области. Составлены списки мохообразных и сосудистых растений Тверской области.
  3. В. В. Ежова-Строителева Розенталь Д. Э

    Книга
    Эта книга (настоящее издание является исправленным и дополненным) на протяжении более чем четверти века успешно помогает учащимся старших классов и абитуриентам систематизировать и углублять свои знания по русскому языку.
  4. Биология под редакцией академика рамн профессора В. Н. Ярыгина Вдвух книгах

    Книга
    Оригинал-макет данного издания является собственностью издательства «Высшая школа», и его репродуцирование (воспроизведение) любым способом без согласия издательства запрещается.
  5. Книга о козе автор Князь С. П. Урусов

    Книга
    "Книга о козе" представляет собой новое, исправленное и дополненное издание книги князя С. П. Урусова "Коза, ее разведение, содержание и сельскохозяйственное значение".
  6. Собрание сочинений 55 печатается по постановлению центрального комитета (1)

    Документ
    Пятьдесят пятый том Полного собрания сочинений В. И. Ленина содержит письма Владимира Ильича к родным за 1893—1922 годы. В том входят сохранившиеся письма, записки и телеграммы В.
  7. Собрание сочинений 55 печатается по постановлению центрального комитета (2)

    Документ
    В том входят 279 писем, телеграмм и записок В. И. Ленина. По сравнению с 37 то­мом 4 издания (письма к родным) настоящее издание пополнилось четырьмя новыми, впервые публикуемыми документами: открыткой М.
  8. М. Я. Дымарский (VI. 9), канд филол наук

    Документ
    Авторы учебника: канд. филол. наук А. И. Дунев (VI.8, VII. 1), д-р филол. наук М.Я. Дымарский (VI.9), канд. филол. наук А.Ю. Кожевников (III.8,1V.4, VI.
  9. Пищевые растения в тибетской медицине

    Документ
    С глубокой древности до наших дней из уст в уста передаются легенды о чудодейственных средствах тибет­ской медицины. Сведения о тибетской медицине ухо­дят в глубь времен.

Другие похожие документы..