Учебно-методический комплекс по дисциплине история русской литературы XI

К лику святых церковь причисляла «святых отцов», «монахов-пустынников», христианских «мучеников», а также выдающихся государственных и военных деятелей, которые реальными делами укрепляли мощь государства: например, Владимир Святославович (Креститель), сыновья его Борис и Глеб, принявшие мученическую смерть от слуг своего брата Святополка, старец Феодосий Печерский, князь-воин Александр Невский. На примере этих личностей сочинителям житий решали проблемы общегосударственного масштаба и политической значимости. Таким образом, и в житийной литературе проявляются господство стиля монументального историзма.

Классическое житие несло печать подчиненности канонам, т. е. этикетности жанра. Обычно житие писалось после смерти святого, автором выступал священнослужитель, канонические правила распространялись на композицию и стиль произведения.

Обязательным считалось трехчастное построение жития: оно состояло из вступления, собственно жизнеописания и свидетельств, подтверждающих святость. Во вступлении автор с самоуничижением говорил о величии святого, так создавался контраст между обыкновенным человеком (автором жития) и избранником (святым). В биографической части указывалось на благородное происхождение героя от «благочестивых», «пречестных» родителей (правда, иногда отмечались случаи происхождения святого от «нечестных» родителей, но и они были подчинены цели возвысить героя по контрасту с ними). В описании детства святого подчеркивалось его отличие от «обычных» детей: его любовь к уединению, к чтению священных книг, этим самым подтверждалась мысль об отрешенности будущего святого от всего мирского и о его избранничестве. Святой оставлял дом родителей, посвящая себя исполнению высшего предназначения: удалялся либо в монастырь, либо в «пустыню», посвятив свою жизнь служению богу и оказывая реальную помощь нуждающимся.

Подтверждением святости избранника выступают в житии описания чудес, творимых им как при жизни, так и после смерти. Святой уже при жизни был способен исцелять людей, страдающих разными недугами. Описывая наступление смерти святого, авторы обычно указывали, что тело его сохранялось «нетленным», издавало благоухание, у тела происходили чудеса: самовозгорание свечей, появление родника с целебной водой, от которой получали исцеление больные. Также к разряду чудесного относятся всевозможные видения: либо родителей посещает видение с предвестьем об избранничестве их будущего ребенка, либо видения посещают самого святого.

Поскольку в центре жития стоял идеальный христианин, то и основным способом изображения героя становится идеализация, создается некий обобщенный образ человека, содержанием которого является положительные свойства. Целенаправленно преобразуются и факты реальной жизни героя, они подвергаются идеализации и обобщению.

Житие Бориса и Глеба. Первыми святыми, канонизированными русской православной церковью, были младшие сыновья князя Владимира Святославовича Борис и Глеб, убитые в 1015 г. посланниками их сводного брата Святополка. И хотя Борис и Глеб не были мучениками за Христа, тем не менее, канонизация их имела установку – утвердить их образы в ореоле мученичества христианских страстотерпцев. В XI – XII веках создавались произведения, посвященные прославлению подвига Бориса и Глеба воспринятых церковью как страстотерпцев, в них проступают как религиозные, так и политические цели авторов. Это – «Сказание о Борисе и Глебе» и «Чтение о житиии погублении блаженную страстотерпцуБориса и Глеба», написанное Нестором.

«Сказание о Борисе и Глебе» написано на основе летописной повести XI в.. В произведении выступают, с одной стороны, элементы агиографической литературы, а с другой, явны новаторские признаки, говорящие об ориентации автора на изложение достоверных жизненных фактов и о его стремлении психологически мотивированно представить состояние героев в драматичнейший момент их жизни.

Особенность построения «Сказания» заключается в том, что автор не следует традиционной схеме жития, он изложил лишь один эпизод из жизни святых – их злодейское убийство слугами Святополка. Поведение братьев перед смертью приравнено к подвигу. Примечательно, что, угадав преступный умысел преследователей, братья не сопротивляются убийцам, проявляют всем своим поведением смирение и кротость и принимают добровольно смерть. Как известно, убийцы настигают братьев в пути, причем в разных местах, убийства совершаются в разное время.

Описание сложного поведения человека в решающий момент его жизни, когда он осознает, что стоит между жизнью и смертью, объясняется рядом важных с точки зрения автора обстоятельств. Прежде всего, в этом выражение верности младших членов семьи по отношению к старшему. С другой стороны, имеется в виду политический аспект: в глазах автора, Святополк не только старший брат Бориса и Глеба, но его старшинство и политически закреплено – он в данный момент киевский князь, а они в качестве удельных князей, его вассалов, должны подчиняться его воле.

Способом выражения благочестивых чувств героев в тексте «Сказания» становятся их плачи-монологи. Автор обнажает психологическое состояние своих героев, раскрывает глубину их переживания, предпринимая попытку показать сложность и противоречивость состояния человека. С одной стороны, герои испытывают скорбь, ожидая скорую гибель, а с другой, ощущают просветление от ожидания мученического конца, которое воспринимают как подвиг.

Для прославления Бориса и Глеба как святых в «Сказании» большое место отводится описанию чудес, случившихся после смерти героев: говорится о нетленности тела Глеба, пролежавшего длительное время до захоронения, описаны многочисленные случаи видений и исцелений больных у места захоронения братьев.

По контрасту со святыми изображен Святополк, он наделен отрицательными качествами, которые порицаются христианской этикой: он властолюбив, завистлив, одержим гордыней, он показан человеком грубых наклонностей. Автор использует негативные характеристики, называя его «окаянный Святополк», «треклятый Святополк». Негативное авторское отношение к этому персонажу просматривается и в описании его неудач в сражениях, которые трактуется сочинителем как возмездие за преступление.

«Чтение о житии и погублении блаженную страстотерпцу Бориса и Глеба» относится к концу XI в., когда Нестор создал специальное житийное сочинение для богослужебных целей. Автор неукоснительно следует канонам традиционного жития. Здесь, в отличии от «Сказания», большое место отводится идеализированным биографиям святых. Стиль «Чтения» своей обобщенностью отличается от конкретно-исторического повествования в «Сказании». Несколько выпрямленным и идеализированным выглядит в «Чтении» поведение героев во время смерти – они с радостью встречают собственную кончину, как бы подчеркивая тем самым, что предпочтение отдается небесной жизни, нежели земной. В финале «Чтения о житии» приводится описание многочисленных чудес, свидетельствующих о святости героев. Это богослужебное сочинение в большей степени подвержено влиянию византийских агиографических источников, чем «Сказание».

Примечательно, что в «Чтении», так же как и в «Сказании», автор вводит политическую проблематику, это выражается в осуждении княжеских распрей, которые являются по его мысли прямой угрозой единству Русского государства. Этим самым автор наполняет житие остро публицистическим звучанием и утверждает патриотические идеи даже в религиозном сочинении.

Наряду с житийными сочинениями получают распространение на Руси хождения (хожения), в которых описывались путешествия паломников в Палестину, в «святый град Иерусалим». Популярность хождений объясняется тем, что в сочинениях этого жанра сходилось решение многих проблем времени: нравственных, воспитательных, познавательных. О том, что уже в начале XII в. сложились каноны жанра хождения, свидетельствует знаменитое «Хождение игумена Даниила в Святую землю». Акцент в произведениях этого жанра делался на достоверность описания: от путешественника требовалось «писать лишь о том, что видел и слышал, при этом писать так, чтобы чтение путевых записок могло заменить само путешествие»13. Этим требованиям отвечало первое хождение древней русской литературы и в этом познавательная его значимость.

Русский путешественник подробно описывает Иерусалим, как бы приобщаясь сам при этом и приобщая своих читателей «к таинствам святой земли»14. Автор стремится передать им в полноте свое эмоциональное переживание, чувство благоговения («великой радости»), испытанное при виде священного города, во время посещения святых мест. В этом заключалось воспитательное воздействие на верующих его записок.

Необходимым компонентом в паломнических хождениях были библейские сюжеты и образы, они предназначались для воспитания у читателей убежденности в верности религиозных догматов. Игумен Даниил также представляет пересказы фрагментов из Библии и широко распространенные среди христиан апокрифические легенды, выражая при этом веру в их достоверность. Так, он с уверенностью повторяет легенду о том, здесь в Иерусалиме находится крест, на котором распяли Иисуса Христа.

Вместе с тем, священный город в его рассказе не только «святое место». Сочинитель открывает своим читателям новый, незнакомый им до сих пор мир, представив почти топографически точное описание Иерусалима и его окрестностей, разрушенного еще в древности города Иерихона, берегового ландшафта реки Иордан, передает особенности растительного мира Палестины, ее природы в целом.

Важное воспитательное значение для читателей имеет патриотический пафос «Хождения»: русский игумен помнит о своей высокой миссии в этом путешествии, он мыслит себя посланцем Русской земли и молится у гроба господня от имени своих соотечественников. В этом просматривается стремление человека русского Средневековья осмыслить свое путешествие, сопряженное с исполнением христианского долга как дело общегосударственного масштаба. Так, казалось бы, в чисто религиозном по жанру произведении выступают признаки монументального стиля.

«Хождение игумена Даниила» имеет важное историко-литературное значение. В дальнейшем пути русской литературы наблюдается эволюция жанра хождения по трем направлениям. Первую линию представляют собственно паломнические произведения, содержанием которых было описание путешествия верующих в Палестину, к примеру, широко известные записки А.Н. Муравьева, относящиеся к 1830 г. Другая линия связана с хождениями (путешествиями), посвященными описанию путешествий в зарубежные страны и открытию нового в них. В XV в. русский купец Афанасий Никитин едет с товаром в Персию и Индию, в пути он ведет записки, которые становятся первым светским путешествием, от него идут нити к «Письмам русского путешественника» Н.М. Карамзина. И, наконец, появляются путешествия, в которых авторы открывают новое в своей стране. Эта линия идет от древних хождений к «Житию протопопа Аввакума», от него – к «Путешествию из Петербурга в Москву» Радищева, к «Мертвым душам» Гоголя, к «За далью дали» Твардовского, при этом сохраняются и в этих сочинениях признаки первых хождений.

«Слово о полку Игореве»

Существует множество исследований о великом произведении (более пяти тысяч), однако до сих пор остается дискуссионным вопрос о его рукописи, так как текст памятника был утрачен. Тем не менее, благодаря трудам отечественных ученых – Д.С. Лихачева, В.П. Адриановой-Перетц, Б.А. Рыбакова, Л.А. Дмитриева, Г.Н. Моисеевой, О.В. Творогова и др. –обоснованно доказана подлинность произведения.

Несомненным вкладом в изучение вопроса о рукописи великого памятника древнерусской литературы было издание в последние десятилетия пятитомной «Энциклопедии «Слова о полку Игореве» и специальных исследований, таких как, например, «Спасо-Ярославский хронограф и «Слово о полку Игореве», «Кружок А.И. Мусина-Пушкина и «Слово о полку Игореве»15. Мы исходим из установившегося в современной историко-литературной науке мнения о подлинности рукописи. К сожалению, нет возможности в данной работе изложить сведения по истории открытия, изучения рукописи, перевода текста на современный в конце XVIII в. язык, так как это заняло бы много места, мы следуем в подходе к этим вопросам за традиционными воззрениями, которые приводятся в вышеназванных и многих других трудах, посвященных памятнику.

«Слово о полку Игореве» было написано неизвестным автором в период с 1185 по 1187 год под впечатлением неудачного похода на половцев новгород-северского князя Игоря Святославича, предпринятого весной 1185 г. Вместе с Игорем в походе участвовали его близкие родственники: младший брат Всеволод Святославич (князь трубчевский и курский), сын Владимир (князь путивльский, которому было в то время приблизительно пятнадцать лет), племянник Святослав Ольгович (князь рыльский).

Идейно-художественное своеобразие «Слова» проявляется отчетливо при сопоставлении его с летописными повестями, в которых также рассказано о походе князя Игоря. Эти повести дошли до современности в составе двух летописей – севернорусской, Лаврентьевской (конец XIV в.), и южнорусской, Ипатьевской (начало XV в.). Ипатьевская повесть отличается подробностью рассказа: событие представлено в хронологической последовательности, с указанием мест, по которым продвигалось русское войско, описаны в подробностях битвы войска Игоря с половцами. По рассказу летописца можно определить приблизительно место, где проходили сражения: это низовья Дона, недалеко от Азовского моря. Достаточно подробно обрисован и половецкий лагерь: говорится о разногласиях между ханами Кончаком и Гзаком, возникших перед столкновением с русскими, повествуется о пребывании Игоря в плену. Таким образом, летописец ставил перед собой цель: рассказать достоверно точно и подробно о событии. У поэта же иная задача.

Свой рассказ о неудачном походе князя Игоря автор подчинил выражению патриотической идеи – единения Руси, преодоления зла феодальной раздробленности. Половецкие набеги на русские территории, усилившиеся в XII в. в условиях междоусобных войн между князьями, становились серьезной угрозой для русского государства. Актуальность идеи единения обусловлена была и тем, что уже в XII в. отчетливо проступает конфликт между двумя княжескими родами – потомками Владимира Мономаха и потомками Олега Святославича (прозванного Гориславичем). Акад. Д.С. Лихачев пишет о вовлечении половцев в конфликт между княжескими родами: «И Мономахович, и Ольговичи постоянно пользовались половецкою помощью в своих походах на соседние русские княжества, но особенно часто прибегали к помощи половцев именно черниговские Ольговичи, искавшие мира и союза с беспокойным населением смежных им степей»16. Следует заметить, что Игорь и Всеволод Святославичи были потомками Олега Гориславлича (прозвище деда Игоря «Гориславлич» трактуется в науке по-разному17). С точки зрения автора, имеет важное политическое значение, что Ольговичи пошли походом против недавних союзников. Произведение, пронизанное призывом князей к единению, публицистически злободневно и патриотически убедительно.

Способом воплощения основной идеи служат сюжет и композиция. В «Слове» отсутствует последовательный рассказ о походе, и в этом сюжетно-композиционном решении главное отличие произведения от летописного рассказа. Автор сосредоточивает внимание на таких эпизодах события, которые, будучи соединенными, взятыми в один контекст, позволяют донести до читателей основную идею произведения – необходимости единения Руси.

В композиции «Слова» выделяются вступление и четыре части. Вступление носит характер теоретического рассуждения автора о методе его произведения. Он обращается к художественному опыту своего предшественника поэта XI в. Бояна. Манера Бояна охарактеризована автором «Слова» таким образом: «Боян же вещий, если хотел кому песнь слагать, то носился мыслью по древу, серым волком по земле, сизым орлом под облаками: помнил он молвится битвы прежних времен». Признавая авторитет Бояна-певца и выражая свое уважение к нему, тем не менее, автор подчеркивает, что сам он будет петь «по событиям нашего времени, а не по замыслу Боянову». Это означало, что он идет самобытным путем в сложении поэмы, не повторяет манеру других. Обращает на себя внимание формула «петь по событиям нашего времени», которая в переводе на язык современных понятий означала установку поэта на достоверность и точность рассказа, то есть автор, можно утверждать, ориентировался на принципы реалистического рассказа, в то время как манера Бояна отличалась славословием в адрес князей, чрезмерным их восхвалением, значит, отступала от реализма. Таким образом, в предисловии поэт декларирует собственную манеру песнопения путем полемики с авторитетным предшественником.

  1. Учебно-методический комплекс по дисциплине история русской литературы XI (1)

    Учебно-методический комплекс
    Среди дисциплин, предусмотренных по специальности «050302 Родной язык и литература; Русский язык и литература», история русской литературы входит в цикл предметной подготовки.
  2. Учебно-методический комплекс по дисциплине История русской литературы XI-XVII веков Специальность

    Учебно-методический комплекс
    Учебно-методический комплекс «История русской литературы: XI-XVII вв.» составлен в соответствии с требованиями Государственного образовательного стандарта высшего профессионального образования, основной образовательной программы по
  3. Учебно-методический комплекс по дисциплине «История русской литературы XIX века Iполовина» для студентов 2 курсов бр до учебно-методический комплекс Составитель: к ф. н (1)

    Учебно-методический комплекс
    Актуальность дисциплины: Русская литература ХIХ века представляет собой важнейший период в русском литературном процессе, можно утверждать, кульминацию в развитии русской литературы в целом.
  4. Учебно-методический комплекс по дисциплине «История русской литературы XIX века Iполовина» для студентов 2 курсов бр до учебно-методический комплекс Составитель: к ф. н (2)

    Учебно-методический комплекс
    В основу настоящей программы положены типовые программы для педагогических вузов: Программы пединститутов. Русская литература XIX века. Для специальности № 2101 «Русский язык и литература» с доп.
  5. Кафедра русской и зарубежной литературы учебно-методический комплекс по дисциплине «История русской литературы» (1)

    Учебно-методический комплекс
    Учебно-методическое обеспечение дисциплины: перечень основной и дополнительной литературы, методические рекомендации (материалы) преподавателю (средства, методы обучения, способы учебной деятельности и т.
  6. Кафедра русской и зарубежной литературы учебно-методический комплекс по дисциплине «История русской литературы» (2)

    Учебно-методический комплекс
    Цели изучения дисциплины, соотнесенные с общими целями образовательной программы, имеющие междисциплинарный характер и связанные с задачами Содержание дисциплины, структурированное по видам учебных занятий с указанием их объемов .
  7. Учебно-методический комплекс по дисциплине «история русского литературного языка» (название)

    Учебно-методический комплекс
    Требования ГОСа высшего профессионального образования к обязательному минимуму содержания основной образовательной программы по направлению подготовки дипломированного специалиста для специальности 032900 - «русский язык и литература».
  8. Учебно-методический комплекс по дисциплине «история зарубежной литературы» (1)

    Учебно-методический комплекс
    Периодизация литературного процесса. Литература Античности. Переход от античности к Средневековью. Литература Средних веков. Предвозрождение. Литература Возрождения.
  9. Учебно-методический комплекс по дисциплине «история зарубежной литературы» (2)

    Учебно-методический комплекс
    Цель данного курса, читаемого на факультете филологическом, башкирской филологии и журналистики, — познакомить студентов с основными этапами и закономерностями развития зарубежной литературы.

Другие похожие документы..