К. И. Чуковский и С. Я. Маршак в контексте биографий и автобиографической прозы

Основное содержание диссертации

Во Введении обосновывается актуальность темы, аргументируется научная новизна работы, ставится цель, определяются задачи и методология исследования, формулируются основные положения, выносимые на защиту, также говорится об апробации научных результатов и возможном их дальнейшем применении. В этой части диссертации помимо необходимых традиционных разделов рассмотрен вопрос о статусе и месте Чуковского и Маршака в отечественной литературе, анализируется процесс их вхождения в утвержденный и канонизированный свод классиков. Подробно рассмотрен один из многообразных механизмов мифологизации имен Чуковского и Маршака в советском общественном сознании, а именно, изучение творчества Чуковского и Маршака в рамках высшего и среднего образования.

В первой главе«Чуковский и Маршак в литературной жизни 1922-1934 годов» речь идет о личных и творческих контактах писателей с момента их первой встречи до переломного 1934 года, с которого начался принципиально новый период в литературно-общественной жизни страны и новый этап в судьбах и литературных биографиях героев нашей работы.

Было выяснено, что знакомство писателей пришлось на начало 1920-х годов: они впервые встретились в Петрограде зимой 1922 года. В Петрограде 35-летний Маршак, приехавший из Екатеринодара, был еще никому не известен. Но за плечами у него была уже многолетняя газетная работа в качестве автора стихотворных фельетонов, множества лирических стихов и огромный организаторский опыт – там, на юге России, Маршак возглавил создание первого в стране театра для детей. Чуковский в 1922 году был уже вполне состоявшимся литератором: авторитетный литературный критик, переводчик и детский поэт, написавший знаменитого «Крокодила». В то время он работал в издательстве «Всемирная литература», был одним из организаторов «Дома искусств», «воспитывал» в литературной студии молодых писателей – будущих «Серапионовых братьев».

Исследование мемуарных источников показало, что Чуковского и Маршака сблизила потребность в поэзии, их литературные вкусы во многом совпадали. Сотрудничество писателей началось с общей англомании – любви к английской литературе и стремления поделиться ее богатствами с русским читателем. Чуковский сразу рассмотрел в Маршаке незаурядные способности переводчика и привлек его к сотрудничеству в англо-американском отделе издательства «Всемирная литература», который сам возглавлял. Впервые имена писателей стали печататься под одной обложкой: они вместе принимали участие в переводах новелл О' Генри и сказок Киплинга.

Чуковский, стремясь расширить круг знакомств начинающего автора, представлял Маршака прозаикам, поэтам и издателям, устроил его поэтический вечер в «Доме искусств». Среди людей, с которыми Чуковский познакомил Маршака в начале 1920-х годов, был журналист и издатель Л.М. Клячко. С этого момента началось совместное сотрудничество писателей в области детской литературы. Издательство Клячко «Радуга» вошло в историю книгопечатанья именно тем, что там впервые увидели свет «Мойдодыр» и «Тараканище» Чуковского и «Пожар» и «Детки в клетке» Маршака. В тот период общения поэтов Чуковский играл роль маститого, опытного литератора, старшего товарища, в чем-то даже учителя Маршака. Он советовал Маршаку писать детские стихи разностопным хореем и так, чтобы каждая строфа требовала нового рисунка. С подачи Чуковского родилось стихотворение «Пожар», которое в первоначальном варианте было написано в духе шотландских баллад.

В работе показано, что период «ученичества» Маршака был очень недолгим. Он, обладая кипуче деятельным характером, быстро освоился в столице, смог реализовать себя как детский поэт и нашел применение своему блестящему организаторскому таланту. При участии Маршака в Петрограде возникло несколько очагов литературного творчества, в которых зарождалась детская литература. На базе первой детской специальной библиотеки Маршак организовал студию детских писателей. Студия стала центром и школой, объединившей молодых детских писателей. Здесь дебютировали Б. Житков и В. Бианки, читал свои стихи Маршак и выступал с первыми набросками к книге «Маленькие дети» Чуковский. С 1922 года Маршак заведовал литературной частью в ТЮЗе. Театр испытывал колоссальный репертуарный голод, и Маршак пытался найти новые произведения, пригодные для постановки и рассчитанные именно на детскую аудиторию. Для этого в театре он устраивал еженедельные литературные чтения – «Закрытые вечера писателей». В 1923 году на одном из таких вечеров выступил Чуковский со своими стихотворными сказками. Осенью 1923 года он возглавил издание нового журнала для детей, который назывался тогда «Воробей», по зову Маршака в нем начали сотрудничать В. Бианки, Б. Житков, Н. Тихонов, Е. Шварц, М. Слонимский, художники Б. Кустодиев, А. Бенуа, В. Конашевич, В. Лебедев и многие другие. На страницах журнала появлялись стихи самого Маршака, в одном из первых номеров «Воробья» была опубликована повесть английского писателя А. Джэдда «Золотая Айра», пересказанная Чуковским.

Совместная работа Чуковского и Маршака в области творчества для детей с самого начала основывалась на общих для них убеждениях. Детскую литературу оба считали не «литературой для маленьких», а фундаментом полноценной и развитой в будущем личности.

Писателей тогда связывали по-человечески хорошие, дружеские отношения, но основой их общения всегда было творчество. Чуковский ценил художественный вкус и чуткость к слову Маршака, читал ему только что написанные сказки «Бармалей» и «Федорино горе». Чуковский также не раз был в числе первых слушателей и рецензентов Маршака.

В начале и середине 1920-х годов книги Чуковского и Маршака практически целиком составляли фонд русской детской поэзии для самых маленьких. Они выходили огромными тиражами, неоднократно переиздавались, порой в течение одного года. Произведения поэтов одновременно входили тогда в детский круг чтения.

В 1926 году Маршак стал консультантом детского отдела ГИЗа, официально он не был главным редактором, но фактически всей творческой работой в редакции руководил он. Так возникла знаменитая «редакция Маршака». Чуковский не числился сотрудником детского отдела, но, судя по мемуарам, был нередким его гостем. Дружная и веселая команда молодых талантов, среди которых были дети Чуковского Лидия и Николай, под началом Маршака выпустила множество книг – стихов, рассказов, повестей, научно-популярных, документальных произведений. Многие из них, например, произведения Б. Житкова, В. Бианки, Е. Шварца, Д. Хармса, А. Введенского, Л. Пантелеева стали детской классикой. При издательстве в 1928 году начал выходить новый журнал для детской аудитории – «Еж». На страницах его первого номера были опубликованы «Отряд» Маршака и несколько загадок Чуковского. В дальнейшем Чуковский нередко сотрудничал с «Ежом», но давал только небольшие стихотворения или загадки.

Хотя институт предварительной цензуры оформился в Советской России еще в 1922 году, на детскую литературу власть обратила внимание лишь к середине 1920-х. С этого времени детская культура развивалась под пристальным контролем власти и расценивалась как важнейшее идеологическое оружие. В навязывании агитационных и пропагандистских функций детской словесности решающую роль сыграли цензура и литературная критика. Рубеж 1920-30-х годов был тяжелым для обоих поэтов и для всего литературного сообщества. РАПП властвовал безраздельно, руками рапповских критиков стала осуществляться идеологическая чистка литературы. Одно за другим прекращали свое существование литературные объединения, в печати шла череда так называемых «проработок» писателей, сохранявших независимость. Литераторы выступали с признаниями своих ошибок, отрекались от литературных достижений, прежних литературных собратьев. Эта участь не только не миновала детскую литературу, напротив, дискуссии и войны на ее поле велись чуть ли не более «кровавые», чем в литературе «взрослой».

В диссертации устанавливается, что главными персонажами в статьях рапповских критиков о детской литературе стали Чуковский и Маршак, ее негласные лидеры и руководители. Критики неизменно объединяли их в своих статьях, говоря о виртуозности формы и безыдейности содержания. Лучшие произведения детских поэтов объявлялись вредными и беспощадно запрещались, этому способствовала сложная цезурная система, на борьбу с которой у писателей уходило огромное количество сил и времени. Маршак, к концу 1920-х ставший достаточно влиятельной фигурой в детской литературе, упорно отстаивал свои книги и сказки Чуковского, неустанно боролся с «людьми в футляре», наложившими на них запрет. Писатели продолжали работать в обстановке постоянной травли в прессе, в 1928 году возникло даже слово «чуковщина», которое сразу приобрело негативный, ругательный смысл.

С 1929 года замечается явное расхождение писателей, охлаждение в их отношениях. Страницы дневника Чуковского пестрили раздраженными записями о Маршаке. Отношения учитель-ученик, где роль учителя раньше принадлежала Чуковскому (по праву старшинства, в том числе и литературного), постепенно сменились дружеским равноправием. Но теперь вновь появился наставник – им стремился быть уже Маршак. Чуковский явно осуждал диктаторство Маршака в творческой работе в издательстве, ему претило его авторитарное стремление исключительно к «маршаковской линии» в литературе. В то время многие бывшие соратники Маршака отошли от него (Б. Житков, В. Бианки, Н. Олейников), что также, по всей видимости, влияло на отношения Чуковского к другу.

В работе анализируется открытое письмо Чуковского, напечатанное в «Литературной газете» 1930 года, в котором он отрекался от своих прежних убеждений и обещал написать новую книгу, которая должна была называться «Детская колхозия». Спустя много лет Чуковский не мог простить себе этого проявления слабости: после письма от него отшатнулись все его прежние сторонники, люди, бесстрашно отстаивавшие свое право создавать детские книги на основе критериев художественности, а не актуальности. Вполне возможно, что охлаждение в отношениях Чуковского и Маршака в 1930-е годы было связано и с этим эпизодом.

Если в 1928-29 годы имя Маршака упоминалось в связи с борьбой против «группы Чуковского», то к началу 1930-х годов критика уже четко их разделяла. Чуковский был из враждебного лагеря, «буржуазным» поэтом, Маршак – скорее попутчиком. Автор «Цирка» был достаточно внимателен к отзывам о своем творчестве и даже учитывал их при редактировании уже опубликованных текстов, о чем свидетельствует, например, сопоставление вариантов стихотворения «Вчера и сегодня».

К 1932 году в писательской жизни наступило некоторое затишье. Хотя книги Чуковского и Маршака все еще подвергались пристрастным критическим разборам, чаще появлялись положительные отзывы, писателей опять приглашали на выступления, снова стали издавать стихи Чуковского для детей, в 1933 году впервые вышла книга «От двух до пяти». Чуковский и Маршак участвовали в заседаниях рабочей комиссии оргкомитета Союза советских писателей по детской литературе.

В реферируемой диссертации отмечается, что с начала 1930-х годов Маршак тесно сотрудничал с Горьким, их идеи и планы относительно развития детской литературы были очень близки. В тот период, в отличие от предыдущего десятилетия, как центральные фигуры детской литературы осознавались уже не Чуковский и Маршак, а Горький и Маршак. В 1934 году Чуковский и Маршак принимали активнейшее участие в Первом Всесоюзном Съезде советских писателей. Основной доклад, открывавший Съезд, делал Горький, а его содокладчиком был Маршак. Чуковский также выступал на Съезде и даже дважды. Однако в иерархической лестнице советских писателей после Съезда именно Маршак официально занял место первого детского писателя. Горький оценивал современное состояние советской литературы и утверждал принцип социалистического реализма, распространяющийся на всю литературу. Речь Маршака касалась литературы для детей. Он тоже говорил о единых принципах, которыми должны руководствоваться детские авторы, но они были не идеологическими, а исключительно эстетическими. Говоря о прорыве в детской поэзии, Маршак не мог не отметить заслуг Чуковского. Доклад Чуковского, мастера публичных выступлений, имел громадный успех, однако сам он в конце жизни говорил, что Съезд вызвал в нем тоску.

Рубеж 1934-35-го годов стал финалом большой исторической эпохи, завершился романтический период существования советской литературы. Ушли в небытие страстные дискуссии на страницах газет и журналов, их заменили руководящие указания партии.

Отдельное место в первой главе занимает анализ пьесы для писательского капустника «Торжественное заседание» Е. Шварца. Одной из центральных сцен представления была гротескная перепалка Чуковского и Маршака, своеобразная реализация слухов в литературном сообществе о вражде двух писателей. Рассмотрены также другие тексты Е. Шварца, который в своих дневниках и очерках нарисовал портреты обоих писателей.

Во второй главе «Чуковский и Маршак в 1935-1964 годы» рассматривается дальнейшее развитие отношений литераторов и их творческий диалог.

В 1935-36 годах писатели продолжали активно работать: выступали на страницах газет с негодующими статьями о состоянии детских библиотек, участвовали в конференциях детских писателей при ЦК ВЛКСМ. Ставились цели, разрабатывались планы, критиковались дурные книги, отмечались удачи. Между тем деятельность обоих литераторов в это время протекала на фоне тяжелых личных потерь и массовых политических репрессий.

Осенью 1937 состоялся разгром редакции Маршака. Были арестованы десять сотрудников ленинградского отдела, в их числе писатели С. Безбородов, Н. Константинов, Н. Заболоцкий, А. Введенский, Д. Хармс, редакторы А. Любарская и Т. Габбе. Несколько человек, наиболее тесно связанных с арестованными, уволили. На самого Маршака усиленно собирали компромат и готовили арест. Чуковский, хотя и был в стороне от редакции Маршака в последние годы, ее гибель переживал остро.

Писатели не могли не чувствовать, что сами могут стать жертвами репрессий, но при этом старались всеми силами помочь попавшим в жернова репрессивной машины. Обращались с письмами в различные инстанции, рискуя собственной свободой, добивались приема у прокуроров, включая Вышинского. Из сотрудников ленинградского Детгиза, которых арестовали в 1937 году, только двое смогли выйти на свободу – А. Любарская и Т. Габбе.

В 1938 году сначала Маршак, затем Чуковский переезжают в Москву. Они продолжают писать книги, выступать в печати. Творческие интересы писателей снова оказались связаны с детьми и детским творчеством. Чуковский в это время активно собирал материал для книги «От двух до пяти», исследовал детский язык и психологию. В 1939 году вышло девятое издание этой книги. Маршак на протяжении нескольких лет (с 1934 года) руководил «Домом детской литературы» и изучал детское творчество. Это был «детский университет», клуб-студия для литературно одаренных ребят. Иногда плоды детского творчества Маршак передавал Чуковскому, который опубликовал их в книге «От двух до пяти» со своими комментариями. Многие статьи Маршака конца 1930-х годов посвящены разбору произведений юных авторов. Таким образом, устремления Чуковского и Маршака имели общую цель – выявить глубинные основы творчества для детей, и шли они к этому по одному пути – всесторонне постигая потребности и мироощущение адресатов этого творчества.

Специальное внимание диссертанта уделено тому факту, что, изучая ребенка, постоянно общаясь с детьми, писатели задумывались и о современном образовании, больше всего их волновало преподавание в школе родного языка и литературы. Учебники и хрестоматии, особенно для начальной школы, представляли тогда удручающее зрелище, кое-как составленные, они предлагали ребенку учиться русскому языку на примерах бездарных виршей анонимных авторов.В том же году Чуковский и Маршак вместе с Л. Чуковской, Т. Габбе, А. Любарской и З. Задунайской начинают работу по исправлению учебных книг и составлению новых стабильных учебников родной речи для начальной школы. Главной целью всего авторского коллектива было не обучить детей чтению, а привить им хороший литературный вкус. Завершению этой работы помешала война.

С первых дней войны писатели активизировали свою публицистическую деятельность: Чуковский публиковал статьи, выступал по радио, в редкий день «Правда» в 1941 году выходила в свет без стихов Маршака. Во время войны они продолжали выступать как публицисты, и тема детства вновь их объединила, только теперь она звучала как «дети и война». Осенью 1941 года писатели с семьями были отправлены в эвакуацию, но Маршак вернулся в Москву и продолжал работать там, Чуковский же оставался в Ташкенте. Письма поэтов в эти годы полны беспокойства о родных и знакомых, нуждающихся в помощи, разбросанных по всей стране. Не прерывался и их творческий диалог. Чуковский горячо отозвался на сборник переводов Маршака, следил за его работой в окнах ТАСС, считая, что поэт, работая для детей, «добился универсальности, массовости, всенародности своего литературного стиля»1.

  1. Решение перевести и издать в России книгу Майкла Шапиро созрело в издательстве не сразу. Мы не нашли в ней, к примеру, биографий Чарли Чаплина, Лиона Фейхтвангера, Шолом-Алейхема.

    Решение
    Издательство : Вече,Автор(ы): Шапиро М.,Год: 2005,Страниц: 383, ISBN: 5-9533-1068-4Краткое описание:В данной книге попытку составить рейтинг ста великих евреев всех времен предпринял Майкл Шапиро - Hью-йоркский публицист и композитор.
  2. Журналы «ЕЖ» И«чиж» в контексте советской детской печати 1920 1930-х гг

    Автореферат диссертации
    Защита состоится 17 ноября 2011 г. в 16 часов на заседании диссертационного совета Д 212.198.12 в Российском государственном гуманитарном университете по адресу: 125267, Москва, Миусская пл.
  3. Учебно-методический комплекс дисциплины Бийск бпгу им имени В. М. Шукшина (4)

    Учебно-методический комплекс
    Учебно-методический комплекс дисциплины разработан в соответствии с Государственным стандартом высшего профессионального образования. Он содержит учебную программу курса, материалы к лекционным и семинарским занятиям, методические
  4. Список найденной литературы "Горе от ума" на русской советской сцене

    Документ
    Айтматов Ч.Т. Ранние журавли. Алексин А.Г. В тылу как в тылу и др. повести. Дубов Н.И. Мальчик у моря. Кузнецова А.А. Земной поклон. Лиханов А.А. Мой генерал.
  5. Список найденной литературы (2)

    Документ
    Баруздин С.А. Большая Светлана. Ее зовут Елкой. Гончар А.Т. Бригантина. Крапивин В.П. Оруженосец Кашка. Межелайтис Э. Человек. Токмакова И.П. Сосны шумят.
  6. Учебно-методический комплекс дисциплины Бийск бпгу им имени В. М. Шукшина (1)

    Учебно-методический комплекс
    [Текст]: Учебно-методический комплекс дисциплины / Сост.: канд.фил.наук,доцент Ковалева М.А.; Бийский пед. гос. ун-т им. В. М. Шукшина. – Бийск : БПГУ им.
  7. Учебно-методический комплекс дисциплины Бийск бпгу им имени В. М. Шукшина (2)

    Учебно-методический комплекс
    Учебно-методический комплекс дисциплины разработан в соответствии с Государственным стандартом высшего профессионального образования. Он содержит учебную программу курса, материалы к лекционным и семинарским занятиям, методические
  8. Учебно-методический комплекс дисциплины Бийск бпгу им имени В. М. Шукшина (3)

    Учебно-методический комплекс
    Учебно-методический комплекс дисциплины разработан в соответствии с Государственным стандартом высшего профессионального образования. Он содержит учебную программу курса, материалы к лекционным и семинарским занятиям, методические
  9. Энтропии

    Документ
    " Перевод мой Е.В. История Короля-Рыбака занимает в романе Кретьена несравненно больше места, Персеваль по принесенному обету разыскивает его замок, как во всех рыцарских романах, сюжет нанизывается на сюжет, перемежаясь с

Другие похожие документы..