Культура и будущее России. Новый взгляд. Доклад председателя Комиссии Общественной палаты по вопросам развития культуры А. А. Калягина

2) Культура служит главным гарантом эффективного развития страны, ее весомости в мировом общественном мнении. Русская литература, театр, музыка, живопись принадлежат сокровищнице мировых свершений человечества, и из этой сокровищницы их уже не сможет вытравить никакая идеологическая пропаганда: что могут поделать идеологии против Толстого или Станиславского? Не так с военными достижениями. Историческая память народов капризна и избирательна: победы оружия, все, кроме победителей, как правило, стараются быстро забыть. Но достижения культуры – это «приобретение навеки», по древнему афоризму, и притом приобретение для всего мира.

3) Отсюда ясно, что культура России – важнейшее стратегическое направление государственной политики, направленной на социальный и экономический рост, укрепление целостности и обороноспособности страны.

Государственная идеология, выстроенная на этих основах, позволит понять, что великая российская культура, унаследованная от прошлых поколений – бесценный дар государству и обществу, потому что в ней кроются колоссальные возможности по обеспечению стратегии реформ в нашей стране, которые за последние 15 лет не были задействованы и в малой их части.

В среде государственных чиновников давно привилась царственная привычка воспринимать любое выступление работников культуры как прошение «дайте денег». Это – удобный способ не слышать о потребностях культуры. Здесь нужна предельная ясность: культура по-прежнему остро нуждается в увеличении финансовой поддержки со стороны государства, но в сегодняшней ситуации новые вливания не принесут желаемых улучшений.

Поэтому цель настоящего доклада – не в том, чтобы попросить больше денег, но в том, чтобы сформулировать основы новой государственной стратегии в культуре, которая, во-первых, повысит эффективность использования бюджетных средств в культуре, во-вторых, даст весомые основания для того, чтобы заменить остаточное финансирование на стратегию планомерного увеличения государственных инвестиций в культуру, и, в-третьих, приведет к восстановлению в государстве и обществе традиционного русского понимания культуры как самого прочного фундамента социального развития.

СМЕНА ГОСУДАРСТВЕННОЙ СТРАТЕГИИ В КУЛЬТУРЕ. ВЗГЛЯД ЭКОНОМИСТА

Мировая практика не знает стран, отказывающихся от поддержки культуры. Речь всегда идет о бюджетных ресурсах, о разных способах распределения «усилий» между бюджетом и частным финансированием в форме спонсорства, меценатства или иных видов благотворительности. При этом исторически так сложилось, что расходуемые на культуру бюджетные средства – будь то кошелек помещика, княжеская или государева казна, также носили долгое время скорее благотворительный характер. Несмотря на все достижения экономической науки, еще в давние времена раскрывшей содержание бюджетных средств как совокупности финансовых ресурсов общества, образ государства, творящего благие дела из государевой казны, продолжал главенствовать весь XX век и сегодня составляет основу мировоззрения руководителей самого разного ранга - от председателя правительства до рядового регионального чиновника.

Пожалуй, именно в прошлом столетии сформировалось фундаментальное противоречие между общественным характером бюджетных ресурсов и преимущественно феодальным способом их распределения, проявляющееся в том числе в отсутствии нормативных основ решения вопроса о размере бюджетных ассигнований, выделяемых на культуру. Остаточный метод и планирование от достигнутого уровня превратились в главные инструменты определения объема государственной поддержки культуры. И тогда решающим фактором стало мнение чиновника, который в силу собственных пристрастий может увеличить или уменьшить финансирование организаций культуры. Именно так государственная поддержка трансформировалась в феномен личного меценатства за общественный счет. Мировоззренческий посыл о государстве-меценате свелся к практике чиновника-мецената.

Нельзя сказать, что этим не пользуются деятели культуры. Пробиться к руководителям страны и передать челобитную в руки благодетелю, «показать лицо», оказать знаки внимания работникам аппарата – все это также реальная практика, обеспечивающая расположение меценатствующих чиновников.

И все же в такой среде культура больше проигрывает, чем выигрывает. Высокий уровень неравенства в обеспеченности россиян культурными благами и низкую оплату труда самих работников культуры можно отнести к прямым следствиям сохраняющихся отношений культуры и государства, в рамках которых всякое сокращение потенциала лоббирования оборачивается большими потерями.

К сказанному надо добавить, что культурная политика, сосуществующая с государством-меценатом, либо вовсе утрачивает свою направленность (меценатство, как правило, зависит от конкретных обстоятельств и потому весьма редко связано с реализацией долгосрочных целей), либо формируется спонтанно в поведении чиновников, действующих, исходя из здравого смысла. При этом здравый смысл у всех разный и, главное, далеко не во всем совпадает с объективными экономическими закономерностями, игнорирование которых препятствует как функционированию культуры, так и в целом социально-экономическому развитию страны.

В связи с этим ученые не устают повторять ставшие банальностью слова: наука имеет значение! И действия государства должны учитывать ее результаты.

Уже пятьдесят лет ученые знают о «мериторных благах» Р. Масгрейва и почти столько же о теории «общественных расходов» П. Самуэльсона, недавно справила свое сорокалетие концепции В. Баумоля и полстолетия развивается теория человеческого капитала Г. Беккера. Эти признанные научные результаты, вошедшие во все современные учебники, совершенно по иному трактуют расходы на культуру, рассматривая их не как благотворительность государства, а как необходимые инвестиции в человека, без которых невозможен эффективный экономический рост.

В этом году свое десятилетие отмечает и «экономическая социодинамика», разработанная Р. Гринбергом и А. Рубинштейном. Согласно данной концепции и созданной на ее основе экономической теории культурной деятельности государство является субъектом рынка, который, реализуя потребности общества в развитии человеческого капитала и интеллектуального потенциала страны, выступает инвестором в сфере культуры.

Смена парадигмы и переход от «государства-мецената» к «государству-инвестору» – это свершившийся в науке факт. Но что же происходит на практике и, в частности, в поведении высших чиновников, принимающих экономические решения? Сказать, что они изменили свое отношение к культуре и осознали зависимость экономического развития России от инвестиций в эту сферу, никак нельзя. В их головах по-прежнему царит образ «государства-мецената», и по-прежнему меценатствующие чиновники при общем сокращении государственных расходов на культуру готовы от щедрот своих «подкидывать» средства одиноким гениям, приближенным к власти, «раскошеливая» в отдельных случаях и настоящих меценатов.

Виноваты в этом и деятели культуры, и ученые – искусствоведы, экономисты, социологи, журналисты. Увлекаясь плачем и причитанием, они не сумели убедительно продемонстрировать влияние инвестиций в культуру на экономический рост.

Так и осталась лишь в разговорном жанре реальная отдача затрат на восстановление памятников культуры и поддержку музеев, измеряемая доходами от туризма. Мало кто знает, что образовательные услуги российской исполнительской школы высоко ценятся на зарубежных рынках и могли бы приносить нашей стране большие доходы. Не часто вспоминаем мы и о том, что музыканты ведущих оркестров мира – это выпускники московской консерватории, что бывшие соотечественники Захар Брон, Давид Герингас, Дмитрий Башкиров – сегодня самые эффективные музыкальные педагоги Европы, а наши кинематографисты давно сформировали «вторую линию» Голливуда. Не лишним будет заметить, что и в российской практике культурные люди успешнее в бизнесе и обеспечивают больший вклад в достижения страны, нежели не привитые культурой менеджеры.

Что же нужно сделать, как изменить позицию руководителей страны, чтобы утвердить в их сознании новый взгляд на культуру и ее особую роль в развитии современного общества? Вспоминаются в этой связи слова Джона Кейнса: «Члены правительства думают, что они слышат голос неба, когда принимают свои решения, а на самом деле они повторяют лишь то, что втолковывал им профессор в годы их учения». Изменить подобные установки – задача крайне трудная и, к сожалению, не решается простыми уговорами. При этом либеральный фундаментализм, безоглядно воспринятый новым поколением руководителей экономических ведомств, эту задачу усложнил еще больше. Дело в том, что их профессор втолковывал им монетаризм и обучал тому, что государство вообще не должно выступать в роли инвестора. Поэтому культура, как и другие отрасли бюджетной сферы, оказались заложниками все той же модели «государство-меценат», спорадически генерирующей желание распорядителей казны сократить бюджетные расходы.

Между тем давно прошли времена, когда потребность культурной деятельности в бюджетных ресурсах объяснялась плохим менеджментом. Объективная неспособность большинства организаций культуры к рыночной самоокупаемости стала научным фактом. Необходимо понять также то, что вместо неоправданного финансового нажима на культуру с требованием повысить ее доходы и уменьшить тем самым расходы государства, следует проводить принципиально иную политику, в основе которой лежит модель «государства-инвестора». Лишь инвестиции в культуру могут обеспечить эффективный рост ее доходов.

Пятнадцать лет реформ породили еще одно противоречие, требующее специальных решений. Речь идет об отставании России в экономическом развитии и лидерстве по многим направлениям мирового культурного процесса. И хотя здесь не место для обсуждения природы экономического отставания, необходимо сформулировать позицию, с которой соглашаются многие экономисты: причина кроется не в каких-то объективных обстоятельствах, обусловивших нынешнюю бедность, а в плохом управлении экономикой страны, богатой человеческими и природными ресурсами. Как бы то ни было, но от экономистов, близких к правительству, часто слышен монетаристский тезис М. Фридмана о том, что «лишь богатые страны могут позволить себе содержать развитую культуру». Именно этот аргумент спровоцировал очередную ошибку правительства и стал еще одним поводом для сокращения государственного финансирования культуры.

Ошибка эта двойная. Во-первых, страна наша особенная, отличающаяся от очень многих развивающихся государств выдающейся культурой, наследием, имеющим мировое значение, накопленным творческим потенциалом и уникальными традициями, генерирующими интерес населения к художественным ценностям. Эти стратегические ресурсы России достались нам в наследство, и мы не можем не думать об их сохранении для будущих поколений.

Во-вторых, наука и опыт других стран свидетельствуют о том, что невозможно создать современную инновационную экономику, основанную на знаниях, игнорируя необходимость поддержки культуры и инвестиций в человеческий капитал. Учитывая это, следует признать рудиментом пресловутую тактику – «сначала экономический рост, а уж потом финансирование культуры». Ее сохранение грозит оставить Россию в сырьевой экономике.

Усилия государства следует сосредоточить не на многократно раскритикованной перекачке нефтяных доходов в разного рода стабилизационные фонды и неуместном сокращении бюджетных расходов, а на выработке разумной политики финансирования социального сектора. При этом надо ясно сознавать, что и сама система бюджетного финансирования нуждается в модернизации.

С учетом необходимости урезания самопровозглашенных полномочий меценатствующей бюрократии имеет смысл обратиться к стратегии «социального императива», в основании которой лежат ненарушаемые финансовые условия функционирования отраслей культуры. Иначе говоря, вместо остаточного принципа и щедрот чиновников, должны быть установлены бюджетные обязательства государства на федеральном и региональном уровнях в виде нормативов минимальной оплаты труда и минимальной доли расходов государственного бюджета в сферу культуры.

Реформирование системы государственного финансирования, его перевод на рельсы бюджетных обязательств может обнажить еще одну проблему, связанную с точкой зрения «близоруких», полагающих, что при нынешнем уровне ВВП развитая культура «не по карману» России. Никак не соглашаясь с этой очень удобной отговоркой, но, понимая трудности недостаточно развитой экономики, следует иметь в виду две возможности. Либо, расписавшись в своей беспомощности, руководство страны сознательно и открыто откажется от амбиций мировой культурной державы, либо, признав необходимость перехода к модели «государство-инвестор», попытается сконструировать «перспективную стратегию» бюджетной реформы, и подумает о введении «промежуточных институтов».

Размышляя о перспективной стратегии введения норматива минимальной оплаты труда, надо обратить внимание на существующий в мире цивилизационный тренд. Творческий труд начинает доминировать среди факторов производства и наблюдается эволюция самого творческого труда: видоизменяясь, он приобретает специфические черты капитала. Именно поэтому в условиях глобализации и стирания национальных границ конкурентоспособный творческий труд устремляется туда, где для него существуют лучшие условия и обеспечивается большая отдача. Нетрудно понять, что данный факт объясняет во многом известный феномен «утечки мозгов и талантов», от которого пострадала российская культура. В подобных обстоятельствах возможны два направления перспективной стратегии.

Во-первых, обеспечивая экономическую мотивацию творческого труда, государство развивает институты интеллектуальной собственности, создавая, тем самым дополнительные источники дохода для работников культуры. Эффективность данной стратегии зависит от зрелости законодательства в области интеллектуальной собственности и существования соответствующих институтов гражданского общества. К сожалению, в данном вопросе наблюдается очевидное отставание.

Во-вторых, государство устанавливает норматив оплаты труда в сфере культуры, исходя из лучших условий его применения. Ориентиром здесь может служить уровень оплаты творческого труда, который наблюдается в зарубежных странах, обладающих развитой культурой.

При введении промежуточного института, допустимо некоторое смягчение нормативных требований. В ослабленной версии вместо стран - мировых лидеров с наиболее высоким уровнем оплаты творческого труда, может быть использован менее развитый институт. Речь идет о выборе в качестве образца одной из отраслей российской экономики, например, сферы управления, опережающей по оплате труда других «бюджетников». В этом случае промежуточный институт может быть определен следующей формулой - минимальный уровень оплаты труда в культуре устанавливается на уровне средней заработной платы работников сферы управления.

Данное предложение обусловлено догоняющей стратегией и тем обстоятельством, что отрасли культуры и управления функционируют в одинаковых условиях бюджетной сферы, где результаты трудовой деятельности не имеют рыночной оценки. Расчеты показывают, что введение такого норматива при сохранении существующей динамики оплаты труда в управлении (около 70% прироста за 8 лет)обеспечит увеличение оплаты труда в культуре впериод 2008-2011 гг. - в 1,9 раза, в 2012-2015 гг. - в 3,1 раза [см.таблицу 3].

  1. Культура и будущее России. Новый взгляд. Доклад председателя Комиссии Общественной палаты по вопросам развития культуры А. А. Калягина (2)

    Доклад
    Цель этого доклада не в том, чтобы равномерно описать сферу культуры России, отметить достижения и выявить недостатки. Наверное настанет время, когда люди культуры и искусства, думая о своем деле, будут испытывать только гордость и
  2. «Культура и будущее России. Новый взгляд»

    Доклад
    Заместитель председателя Комиссии Общественной палаты Российской Федерации по вопросам сохранения культурного и духовного наследия, президент Славянского фонда России
  3. Доклад Общественной палаты Российской Федерации по вопросу: «Культура и будущее России. Новый взгляд»

    Доклад
    Цель этого доклада не в том, чтобы равномерно описать сферу культуры России, отметить достижения и выявить недостатки. Наверное настанет время, когда люди культуры и искусства, думая о своем деле, будут испытывать только гордость и
  4. Мониторинг сообщений сми об Общественной палате РФ за январь-февраль 2011 года

    Документ
    12.Поездка Рабочей группы по развитию общественного диалога и институтов гражданского общества на Кавказе в Дагестан в рамках проекта «Мир Кавказу»……….
  5. Мониторинг сообщений сми об Общественной палате РФ за март 2011 года

    Документ
    5.Заключение Общественной палаты на проект приказа Министерства регионального развития «Об утверждении перечня подготовительных работ для строительства,
  6. Отчет о работе Общественной палаты Российской Федерации за 2010 год подготовлен на основе информации и материалов, представленных комиссиями, межкомиссионными рабочими группами и подразделениями аппарата Общественной палаты Российской Федерации

    Содержательный отчет
    Отчет о работе Общественной палаты Российской Федерации за 2010 год подготовлен на основе информации и материалов, представленных комиссиями, межкомиссионными рабочими группами и подразделениями аппарата Общественной палаты Российской Федерации.
  7. Общественная палата российской федерации (6)

    Реферат
    Цель этого доклада не в том, чтобы равномерно описать сферу культуры России, отметить достижения и выявить недостатки. Наверное настанет время, когда люди культуры и искусства, думая о своем деле, будут испытывать только гордость и
  8. Федерального закона от 4 апреля 2005 Г. N 32-фз

    Закон
    Представленный Комментарий к Федеральному закону "Об Общественной палате Российской Федерации" является одной из первых работ, посвященных юридическому анализу реальной работы Общественной палаты России.
  9. Госдума РФ мониторинг сми 30 июня 2006 г

    Документ
    ГОСДУМА РАССМОТРИТ В ПЯТНИЦУ ЗАКОНОПРОЕКТЫ, ОГРАНИЧИВАЮЩИЕ УПОТРЕБЛЕНИЕ ЧИНОВНИКАМИ НАИМЕНОВАНИЙ ИНОСТРАННЫХ ВАЛЮТ, НО УЖЕ В "СМЯГЧЕННОМ" ВАРИАНТЕ.

Другие похожие документы..