Культура. Образование. Право материалы международной научно-практической конференциИ (Екатеринбург, апрель 2009 г.) Екатеринбург 2009

КУЛЬТУРА. ОБРАЗОВАНИЕ. Право

МАТЕРИАЛЫ МЕЖДУНАРОДНОЙ научно-практическОЙ конференциИ

(Екатеринбург, апрель 2009 г.)

Екатеринбург

2009

Федеральное агентство по образованию

Учреждение Российской академии образования «Уральское отделение»

ГОУ ВПО «Российский государственный профессионально-педагогический университет»

КУЛЬТУРА. ОБРАЗОВАНИЕ. Право

МАТЕРИАЛЫ МЕЖДУНАРОДНОЙ научно-практическОЙ конференциИ

(Екатеринбург, апрель 2009 г.)

Екатеринбург

2009

УДК [37.014.15+[340:378]]

ББК Х621.15–32+Ч448.94

П 27

Культура. Образование. Право [Текст]: материалы Междунар. науч.-практ. конф., г. Екатеринбург, апр. 2009 г. ГОУ ВПО «Рос. гос. проф.-пед. ун-т»; Екатеринбург, 2009. 320 с.

Ответственный редактор: кандидат юридических наук, доцент А.А. Воронина

Материалы Международной научно-практической конференции посвящены анализу социокультурных и правовых основ современного образования, проблем правового образования, а также прогнозу развития систем образования Российской Федерации и других государств. Сборник будет полезен руководителям органов управления в сфере образования и образовательных организаций, экспертам, юристам, педагогам, студентам, учащимся, всем, кому небезразлична судьба образования как важнейшей сферы социальной жизни.

©

ГОУ ВПО «Российский государственный профессионально-педагогический университет», 2009

СОДЕРЖАНИЕ

Раздел 1. Проблемы развития сферы образования

Бекетов Н.В.
ОБРАЗОВАНИЕ И ПРАВО: СОЦИАЛЬНАЯ ПРАКТИКА И МЕХАНИЗМЫ СОЦИАЛИЗАЦИИ КУЛЬТУРЫ

Представление о человеке как развивающемся существе кажется нам самоочевидным, ибо оно характерно западной цивилизации. Запад строит свои отношения с другими цивилизациями на принципах развития, заставляя Индию, Китай, Ближний Восток модернизироваться. Но насколько орга-нично понятие развития для восточных культур? И, в частности, насколько можно говорить о развитии применительно к представителю, например, индийской цивилизации?

Под развитием обычно понимается такое изменение какой-либо системы, которое приводит к ее усложнению, а, следовательно, и к услож-нению ее связей с вмещающей средой (социальной, биологической, физи-ческой и т.п.). В этом смысле образование и развитие представляют собой две стороны одного и того же явления – роста и усложнения системы, причем под системой имеется здесь в виду как отдельная человеческая личность, так и социум в целом. Образование, таким образом, выступает как фактор самоорганизации социальных систем, осуществляющейся посредст-вом внушения социальным агентам определенных представлений о мире, обществе и человеке, характерных для данной цивилизации. Посредством образовательных процедур как инструментов социализации общество фор-мирует того индивида, который будет в наибольшей степени приспособлен
к существующим социальным практикам и станет полноценной частью социальной системы.

Все это свидетельствует о том, что в процессе образования отдельная личность не столько обучается, сколько формируется. Действительно, даже само слово «образование» свидетельствует об этом: в процессе обучения человек усваивает не просто некоторую объективную информацию о мире, но прежде всего определенный способ видения мира и интерпретации поступающих извне данных.

Очевидно, что и личность, и общество в целом представляют собой системы, т.е. сложные, внутренне гетерогенные, но при этом интегральные образования, все компоненты которых выполняют в рамках целого опреде-ленные функции и не могут быть с достаточной эффективностью заменены другими компонентами. Все это делает необходимым рассмотрение отдель-ного индивида (который, собственно, подвергается образовательным проце-дурам, а также является одним из главных субъектов права) как части социальной системы.

В качестве одного из возможных определений понятия системы можно предложить такое: это «совокупность объектов, обладающая интегративным свойством, то есть свойством, не являющимся суммой или средним объектов совокупности»1. Естественно, это интегративное свойство должно, во-пер-вых, быть присущим в той или иной степени всем элементам системы, а во-вторых, быть существенным для ее конституирования. Если иметь в виду социальную систему, то практически единственным интегративным свойст-вом, которое присуще ее элементам, является способность к комму-никации. Коммуникация, по существу, выступает в генезисе социальных систем как решающий фактор, от которого зависит функционирование каждого из ком-понентов системы. В этом смысле образовательный процесс играет роль социальной и культурной инстанции, обеспечивающей социализацию инди-вида, усвоение им социальных ролей, допустимых для него в существующей системе социальных полей, и способов действия в них. В процессе социали-зации, понимаемой в данном случае в самом широком смысле, индивид становится личностью, а значит, интернализует определенные стратегии по-ведения, принятые в данном обществе и в той субкультуре, к которой этот индивид принадлежит. Так, очевидно, что социализация в доминирующих социальных слоях происходит иначе, чем в слоях доминируемых, и отли-чается как по форме, так и по интернализуемому субъектом содержанию (человеку внушаются разные ценности в зависимости от того, родился ли он в семье рабочего или нефтяного магната).

Таким образом, процесс социализации представляет собой феномен, существенным образом зависящий от того, к какой социальной страте принадлежит субъект. Все это в теории французского социолога П. Бурдье интерпретируется через понятие габитуса. «Габитус определяется своим происхождением – тем, что он есть интериоризированный ансамбль соци-альных отношений; а также своим положением в системе производства практик – тем, что он является одновременно результатом интериоризации (объективных) социальных отношений и необходимым субъективным условием практик агентов; отсюда следует, что габитус делает возможным экстериоризацию интериоризированного, т.е. габитус выступает как меха-низм, порождающий практики»1. Иными словами, габитуальные структуры представляют собой часть человеческой психики, обусловленную усвоением индивидом определенных социальных установок, или поведенческие диспозиции, побуждающие человека в известных ситуациях поступать определенным образом, причем эти поступки (точнее, вообще всякая деятельность, которая включает в себя все, вплоть до таких, на первый взгляд, мелких деталей, как манера говорить, ходить, одеваться и т.п.). «Габитус есть воспроизводство внешних социальных структур под видом внутренних структур личности»2.

В контексте проблематики права и образования это означает, что обра-зовательные процедуры, будучи частью процесса социализации, являются средством создания в человеческой личности определенных поведенческих диспозиций, имеющих, однако, характер несколько иной, чем те, которые получаются в результате «подражательной» социализации, когда человек бессознательно перенимает у других людей манеру держаться. Специфика
и образовательного процесса, и права как элементов культуры состоит в том, что они, будучи, несомненно, инстанциями, детерминирующими реальное осуществление социальных практик, являются при этом процессами вполне осознанными и поддающимися вследствие этого сознательному анализу
и модификации.

Специфика образовательного процесса состоит, в частности, в том,
что благодаря нему человек интериоризирует не просто определенную информацию об устройстве мира, но тот образ своей собственной культуры, который она сформировала в ходе своего исторического развития. Хорошо известен афоризм, гласящий, что история – это политика, опрокинутая
в прошлое; в нашем случае такой политикой является образовательный процесс, который формирует индивидов, непосредственно встроенных
в те или иные социальные структуры данной социальной системы. В этом процессе в сознание человека вносятся такие социально обусловленные кон-цептуальные структуры, которые необходимы для эффективного функцио-нирования социальной системы как целого.

В социологической концепции Н. Лумана в качестве базового элемента, конституирующего общество как систему, вводится понятие коммуникации, которое расценивается в этой теории как процесс самодостаточный и, более того, первичный по отношению к отдельным социальным агентам. При этом тематизироваться в коммуникации может что угодно, в том числе и сама коммуникация. «Понятие коммуникации содержит гипотезу о рефлексивной самоотнесенности. В коммуникации всегда коммуницируют о самой комму-никации. Она способна ретроспективно корректировать себя или оспаривать, будто в ней подразумевали нечто, что таковым лишь представлялось или казалось. Она может интерпретироваться другой коммуникацией в границах значений от достоверности до неправдоподобности. Но она всегда предпола-гает – пусть даже и краткосрочную – память, которая практически исключа-ет утверждения, будто бы она вообще не имела места. В этом случае ретро-спективно возникают нормы и оправдывающие обстоятельства, требования такта и контрафактического игнорирования, с помощью которых коммуни-кация сама очищает себя от возможных возмущающих воздействий»1.

В приведенном фрагменте Луман очерчивает основное свойство всякой культуры – способность к коммуникации второго порядка, или метакомму-никации. Метакоммуникативные структуры и механизмы встроены в культу-ру и обеспечивают ей способность к созданию самоописаний. При этом здесь мы поднимаемся над уровнем габитуальных структур психики и соци-альных практик, изученным П. Бурдье, и оказываемся в сфере, где дейст-вуют уже не бессознательные механизмы установления и поддержания социальной солидарности, а вполне сознательные и управляемые процессы, благодаря которым и существует культура.

Право и образование относятся именно к этому – сознательному уровню культуры. В процессе бессознательного усвоения индивидом социальных практик, конституирующих социум, у него формируются сравнительно примитивные, «низкоуровневые» структуры психики, в процессе же фор-мального образования он интернализует не просто какие-то сведения
о внешнем мире, но самообраз, самоописание той культуры, в которую входит. Это, очевидно, касается, прежде всего, таких содержательных компонентов образовательного процесса, как гуманитарные науки – философия, история, литература и т.п. В самом деле, где, как не в них,
на первый взгляд, можно найти самоописание данной культуры?
В философских трактатах и памятниках словесности она отражает себя
в наибольшей степени и создает те компоненты культуры, при помощи которых данная культура уже на сознательном уровне отличает себя от дру-гих. Иными словами, отличие «нашей» культуры от всех «не наших» само становится компонентом «нашей» культуры, а значит, человеку открывается доступ к его осознанию и, возможно, изменению (именно в этом, отметим, заключалась суть спора славянофилов и западников в России XIX в.: это был спор о самообразе России). В концепции Лумана это явление – включение различия, отличающего систему от внешнего мира, в саму систему в качест-ве ее полноправного компонента, – получило название reentry, или реитера-ции. Именно благодаря ней система обретает способность к самоупра-влению.

Применительно к проблемам образования и права это значит, что обра-зовательный процесс – это, в сущности, процесс внесения в тот образ социокультурной системы, который хранится в сознании ее члена, различия, которое пролегает между самой системой и внешним миром. Интересно
(и не всегда очевидно), что это все касается не только гуманитарных наук,
но и естественных, которые представляют собой определенную картину физического мира, выработанную в рамках данной культуры и, следо-вательно, являющуюся ее частью.

Право же, если рассматривать его с этой точки зрения, выступает как та часть самообраза социокультурной системы, которая выработана благодаря осознанию различий между «нашей» культурой и «не нашими» и форма-лизации той части различий, которые касаются поведения индивидов. Тради-ции говорят нам, как принято вести себя в той социальной среде, к которой мы принадлежим, и опираются на не всегда осознаваемые габитуальные структуры психики. Они, как правило, не формализованы. Право же – результат формализации, оно порождено уже не габитусами, а вполне осоз-наваемым индивидами образом культуры, к которой они принадлежат. Есте-ственно, эти два уровня могут не совпадать и даже находиться в конфликте друг с другом (пример – правовое сознание российского общества); при этом неизбежно нигилистическое отношение не только к праву, но и к содержа-тельному компоненту образования, преодолеваемое лишь устранением раз-рыва между образом культуры и повседневными социальными практиками.

Воронин А.С.
ВИРТУАЛЬНАЯ ПЕДАГОГИКА КАК ОБРАЗОВАТЕЛЬНАЯ ТЕХНОЛОГИЯ ОБУЧЕНИЯ БУДУЩЕГО

Характерной особенностью века информационных технологий и опре-деляющим фактором развития педагогики будущего становится новая образовательная технология – виртуальная реальность. Термин “виртуальная реальность” был введен в 1984 г. специалистом по компьютерным техноло-гиям Ж. Ланье. Виртуальная реальность – это такая реальность, которая вне зависимости от ее природы, имеет ряд свойств: первое – порожденность внешней реальностью; второе – актуальность существования в процессе активности порождающей реальности; третье – временная, пространст-венная, закономерная автономность существования и четвертое – интерак-тивность, т.е. способность взаимодействия со всеми другими реальностями.

Что же нового дает внедрение в образовательный процесс новой компьютерной технологии «виртуальная реальность»? По мнению А.В. Юх-вида, «во-первых, компьютерные технологии виртуальной реальности позволяют значительно сократить время обучения, поскольку включают
в работу все органы чувств, а информация, воспринимаемая с их помощью, приобретает образный и предельно понятный вид. Во-вторых, в совместном использовании технологий виртуальной реальности и CD-ROM открываются новые возможности для создания учебных авторизованных курсов на ком-пакт-дисках. Такие курсы были бы более эффективными за счет использо-вания трехмерных идеограмм и гипертекста, а также доступа к огромному количеству информации. В-третьих, сопряжение технологий виртуальной реальности с международной компьютерной сетью Интернет дает новую образовательную среду, в которой студент может: учиться и творить одновременно: общаться дистанционно с тьюторами и студентами в кибер-пространстве также, как это происходило бы в реальной обстановке: получать доступ к неограниченному количеству информационных ресурсов, из которых он может выбирать необходимые для обучения: находить любой информационный ресурс практически мгновенно, при помощи гипертекста и большого количества поисковых систем: сохранять в процессе обучения физическое здоровье, используя устройства для придания пользователю состояния естественной динамики в киберпространстве такие, как вирту-сфера и др. Таким образом, применение виртуальных технологий могло бы повысить творческий потенциал школы авторизованной педагогики и вывес-ти ее на качественно новый уровень1».

По мнению А.В. Юхвида, для развития виртуальной педагогики есть все условия, т.к. как «на сегодняшний день созданы устройства, позволяющие человеку входить в киберпространство, ощущать себя в нем и выполнять все виды деятельности, возможные в нашем привычном, трехмерном мире,
а так же те ее виды, которые в обычном мире недостижимы. Для входа
в киберпространство требуются, как минимум, головной дисплей и перча-точное устройство (или другие средства управления виртуальными объек-тами). Полное погружение требует от пользователя надеть сенсорный кос-тюм, передающий данные о движениях в компьютер»1.

Д.В. Чернилевский представляет себе виртуальную педагогику будущего следующим образом: обучающийся, «находясь в любом месте, оборудованном компьютером, изолированном от реальной действительности и черпающий ощущения из компьютерной виртуальной реальности, выби-рает любое учебное заведение в мире, имея право поступить туда на объяв-ленных условиях, выбрав при этом преподавателя, группу, удобное расписа-ние занятий и т.д. при этом присутствие на занятиях, общение с преподава-телями, администрацией вуза – виртуальное, при этом задействованы все органы чувств. Участие в происходящем – виртуальное2».

К сожалению, в новейших компьютерных разработках и программах слабо просматривается вечная проблема педагогической теории и практики – проблема воспитания студентов в условиях все более и более большей их «удаленности» от преподавателя, их адаптации к новым условиям обучения, а также проблема профессионально-педагогического уровня преподавателей, их обеспеченность и степень владения качественными информационно-предметными средствами при обучении. Как правильно организовать педагогический процесс в виртуальной педагогике по универсальной и веч-ной формуле обучения Ф. Дистервега с его «обучающим воспитанием»
и «воспитующим обучением»? Очевидно, что независимо от системы обра-зования и технологий обучения всегда приоритетным останется нравствен-ное воспитание современного человека, творческого, критически мысляще-го, конкурентоспособного и мобильного на рынке труда. Наверное, полный ответ на все наши вопросы смогут дать педагоги будущего, мы же попытаем-ся сравнить по некоторым параметрам современные педагогические техно-логии и новую – виртуальную педагогику (табл. №1).

  1. Культура. Образование. Право материалы международной научно-практической конференциИ (Екатеринбург, апрель 2009 г.) Екатеринбург 2009 (2)

    Документ
    Культура. Образование. Право [Текст]: материалы Междунар. науч.-практ. конф., г. Екатеринбург, апр. 2009 г. ГОУ ВПО «Рос. гос. проф.-пед. ун-т»; Екатеринбург, 2009.
  2. Материалы международной научно-практической конференциИ

    Документ
    Культура. Образование. Право: Материалы Международной заочной научно-практической конференции (г. Екатеринбург, ГОУ ВПО «Российский государственный профессионально-педагогический университет», апрель 2008 г.
  3. Культура. Образование. Право : Материалы Международной заочной научно-практической конференции г. Екатеринбург, гоу впо российский государственный профессиона

    Документ
    Материалы Международной научно-практической конференции посвящены анализу современного образования, образовательного законодательства, правового образования, прогнозу развития системы образования Российской Федерации.
  4. Международная научно-практическая конференция «От Конвенции о защите прав человека к Европейской социальной хартии», организованная Уполномоченным по правам человека Свердловской области, Уральским федеральным университетом имени первого Президента России Б.

    Документ
    международная научно-практическая конференция «От Конвенции о защите прав человека - к Европейской социальной хартии», организованная Уполномоченным по правам человека Свердловской области, Уральским федеральным университетом имени
  5. Материалы межрегиональной научно-практической конференции 21 февраля 2011 года Российская академия правосудия Западно-Сибирский филиал (г. Томск) ббк 67

    Документ
    Уже более десяти лет прошло с момента вступления в силу действующего Уголовного кодекса Российской Федерации, семь лет действует Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации.
  6. Международная научно-практическая конференция 23 ноября, 7 декабря 2011 г

    Документ
    Дрогов И.А. - кандидат педагогических наук, доцент, ответственный секретарь Международной федерации спортивного туризма, заместитель директора ГОУ Московской городской станции юных туристов,
  7. Ii -й международной научно-практической конференции

    Документ
    Концептуальным основанием ФГОС ВПО нового поколения избран компетентностный подход. При этом компетенция трактуется как система ценностей и личностных качеств, знаний, умений, навыков и способностей человека, обеспечивающая его готовность
  8. Международная научно-практическая конференция 13-14 марта 2012 г

    Документ
    Социокультурные проблемы истории регионов: материалы международной научно-практической конференции. 13 – 14 марта 2012 г., станица Кущевская / под ред.
  9. Журналистика и медиаобразование-2010 Сборник трудов IV международной научно-практической конференции Белгород, 22-24 сентября 2010 года Белгород 2010

    Документ
    Журналистика и медиаобразование-2010: Сб. тр. IV Между-Ж92 нар. науч.-практ. конф. (Белгород, 22–24 сент. 2010 г.) / под ред. проф. А.П. Короченского, проф.

Другие похожие документы..