Социально-антропологических исследований

Тема 3. Клод Леви-Стросс как культурный герой:

опыт реконструкции одного личностного мифа

3.1. Экспозиция чтения: сюжет и ситуация действующего лица в этнографических заметках «Печальные тропики». Текст «этноромана» как он дан объективно и в интерпретации. Содержание текста как то, что порождается внутри и в процессе восприятия и интерпретации текста. Сравнение с концепцией В.Подороги: различение «Текста №1» и «Текста №2». Понятие «текста» у Р.Барта. Еще одна аналогия: проект аффективной феноменологии Р.Барта (различение Punctum’a и Studium’а как «настраивающих» восприятие факторов). Сюжет «Печальных тропиков» - «сверхъестественное» событие получения знания (автор которого «архитектор более предусмотрительный, чем… личная история»), структурированное путешествием в «иную» культуру (на эту идею «работала» структуралистская концепция сверхрационализма и бессознательного мышления). Действующее лицо – не человек К.Леви-Стросс, а процесс понимания, получения знания, и таким образом, живая мысль К.Леви-Стросса (на вопрос что больше всего его интересует, К.Леви-Стросс отвечал: «Понять как функционирует человеческий ум»), и только в этой мере – личность мыслителя. Ситуация действующего лица – это единое событие, в котором знание, его сообщение и восприятие мифически неотделимы друг от друга. Путешествие сродни ритуалу инициации, но «посвящения» в знающие вмомент путешествия не состоялось – «сила не снизошла» (увиденное слишком ранит, а заниматься только реконструкцией следов ушедших цивилизаций не хочется). В чем тогда смысл этнографических разысканий-путешествий? И все же: неожиданным образом смысл пережитого стал очевиден – спустя двадцать лет Кронос (архитектор весьма предусмотрительный) породил из себя текст «Печальных тропиков», а Клод Леви-Стросс его записал. «Печальные тропики» - это не только этнографические заметки о путешествии в заповедные районы Южной Америки, но вместе с тем и отчет о путешествии в сокровенные (на то время) зоны своего этнологического мышления.

3.2. Этапы развития ситуации с точки зрения мифической биографии действующего лица.

А)Не-обыкновенность биографии героя-мысли. Категории естественное, сверхъестественное, трансцендентное и не-обыкновенное. Редукция трансцендентного и сверхъестественного к не-обыкновенному как тому, что не является сверхъестественным, но выглядит странным с естественной точки зрения (трансцендентное и сверхъестественное рассматривается в социальной антропологии как функции профанного, «естественного», например, социального). Сверхъестественное в лучшем случае может быть представлено как сверхчеловеческое, но опять-таки в профанном смысле – как не-обыкновенное, например, выдающееся. Приметы не-обыкновенного в «Печальных тропиках»: «сверхъестественное» (не по нашей воле) явление мысли из глубин бессознательного (понимаемого К.Леви-Строссом вполне профанно), но необыкновенно «геологическое измерение» мысли; личностное измерение этнологической мысли в заметках биографического характера; морфология избранничества – стоическое перенесение трудностей путешествия (опасности для жизни и здоровья, приключения и неудобства быта), явления почти что мистического «света» в «видениях» (художественных зарисовках) утренней зари и заката, изменение восприятия привычного окружения после путешествия и т.д.

Б) Особенности героизма в «Печальных тропиках» - фатализм. Индра ударом молнии победил гигантского змея Вритру, который пытался помешать творению, сдерживая поток рек (олицетворявшего поток жизни). Клод Леви-Стросс также участвует в творении (свое путешествие в Южную Америку К.Леви-Стросс описывает на фоне путешествия Колумба; для него – это также открытие новых культурных ценностей). Однако, К.Леви-Стросс не уверен в победе, напротив, он знает, что бой будет проигран (архаическая культура безвозвратно потеряна для нас), но как настоящий герой, он не бросает оружия на поле боя и делает то, что возможно для него – пишет книгу, сохраняя культуру аборигенов теперь уже как ценность европейского мышления. Сопоставление с концепцией героя как писателя Т.Карлейля: главная черта героя – возможность говорить серьезно, из глубины своего сердца. Герои – носители света, победители (Гете) и герои – искатели света, они сражались, но пали (Джонсон, Руссо, Бёрнс). Писатель как пророк (на примере Джонсона), «съежившийся герой» (Руссо), прямота, мужество и искренность героя (Бёрнс). Фихте: истинный писатель (ученый) как свет мира и мировой пастырь.

В) Структура мифической биографии героя в свете события получения знания. Форма пробуждения: я не люблю то, что вижу («я не люблю путешествия и путешественников»), но не наблюдать (и мыслить) я так же не могу («меня ранит все, что я вижу, и в то же время я укоряю себя, что мой взгляд недостаточно внимателен»). Приобретение «сверхъестественной помощи»: марксизм, фрейдизм, геология как формы «спасения» пониманием – «истинная реальность никогда не бывает явной».Овладение магической силой: понять переживание можно лишь спустя какое-то время; время и есть величайшая сила, которой стремится овладеть интеллектуал, создавая тексты. Возвращение домой: это было знание о «себе», а не о «них» (представителях исчезающих цивилизаций).

3.3. К критике социальной антропологии (еще один личностный миф).

А) Три мифа, определяющие понимание «чужой» культуры в социальной антропологии:

- миф «культурного своеобразия», «чуждости» (принципиально иной культуры, другого антропологического типа человека и т.д.) – «иной, чем я» (функционализм, интерпретативная антропология, постмодернизм), с одной стороны, и с другой – единой составляющей человека, миф«человека вообще» - «я, как и он» (эволюционизм, структурализм). Образы единства с другим и образы «иного» в мифологии;

- миф социокультурной обусловленности понимания и поведения человека (культурные исследования как «первая философия», онтология); возможно ли понимание чужой культуры на основе концепции социокультурной обусловленности понимания?

- миф социально-конкретного (дискуссии вокруг предмета социальной антропологии: поиски конкретного; формы понимания социально-конкретного в антропологии: индивидуальная история, история группы, диффузные формы социальности (дотипологические, доструктурные), бессознательное социального, миры повседневного опыта взаимодействия, телесные практики идентичности и т.д.)

Б)Романтические истоки социальной антропологии. Романтический миф о мире как становящемся божественном организме и творческой индивидуальности, способной жить в унисон с этим организмом. Романтическая индивидуальность как часть бесконечно становящегося мира. Тоска по утраченной романтической целостности: секуляризированная (социальная) телесность (у К.Леви-Стросса это проблематика знаковости, коммуникативности) как инкорпорация социального в индивидуальное тело.

Понимание телесности в социальной антропологии, ее не-обыкновенность. Амбивалентность и монструозность современного понимания телесности (доминанта искусственно-технического отношения к телесности, гигантизм и т.д.). Телесность как форма обожествления профанного, социокультурного. Тело и его знаковая оболочка. Тело и язык как результат инкорпорации социального. Социальные функции символических структур телесности человека. Понятие антропотехники у М. Мосса и М.Фуко.

В) Скандал с публикацией дневников Б.Малиновского как симптом: проблематичность для современного героя проникновения в запредельное. Современное состояние социальной антропологии: кризис «своего», а не «чужого». Постмодернистское высвобождение «голосов других» как форма репрезентации проблематичности «своего» (его диффузности, «зеркальной» зависимости от «другого» и т.д.), а не «чужого». Социальный антрополог как «съежившийся герой» (Т.Карлейль): классическая для этнографии тематика бегства от «своего» в «чужое», приправленная бесконечными разговорами о «себе» («Этнография, писал еще К.Леви-Стросс, это и миссия и убежище»; традиционная антропология как описание Другого трансформируется сегодня в этнографию Себя).

Социальная антропология как текст, или Этнография вместо антропологии: конец традиционной героической мифологемы или ее новая жизнь?

ЛЕКЦИЯ ПЕРВАЯ

ЭКСПОЗИЦИЯ ПРЕДМЕТА И ЗАДАЧ КУРСА

Антропология как аналитика человека, несомненно, сыграла для современного мышления важнейшую роль, поскольку ведь мы и поныне еще не освободились от нее…

М.Фуко

Я терпеть не могу путешествия и путешественников.

К.Леви-Стросс

…Предлагаемый Вашему вниманию курс – не о «человеке», «архаической культуре» или специфике социальной и культурной антропологии. Предмет курса: антрополог – это относительно недавнее и ныне почти повсеместно преуспевающее «изобретение» западноевропейской цивилизации, причудливая смесь почтенного академического ученого, ценителя и знатока всевозможных тайн, искателя сокровищ, авантюриста и заступника культур малых, исчезающих и маргинальных (Добро пожаловать, доктор Индиана Джонс!).

Так кто же он, антрополог? Может ли столь многое сойтись сразу и в одном? Да, если мы имеем дело не столько с антропологом, сколько с мифом о нем. Забудем на время игру бликов на глянцевой поверхности его образа (даже если это образ обаятельного археолога Индианы, – в конце концов, этот миф не единственный, который может нас интересовать), и напомним себе главное: антрополог – тоже человек. Но, судя по всему, человек не простой, я бы даже сказал – особенный. Во-первых, он – интеллектуал, но опять-таки, немножечко «не как все». Он мало напоминает академического ученого, все свое время просиживающего в тиши кабинета среди дорогих и близких ему книг; ученый, чье «путешествие» измеряется тяготами перехода из добротных и уютных покоев профессорского дома в просторную, многоголосую студенческую аудиторию. Нет, он не такой, он – истинный путешественник, взваливающий на себя бремя подлинных суровых испытаний, и все это во имя сущего пустяка – понимания какого-нибудь мифа, содержание которого можно уложить на двух-трех страничках. Нет, вне всяких сомнений, он не просто интеллектуал, он (и это, во-вторых) – герой. Герой разума, искатель понимания миров «иных», сокрушающий все препятствия на своем пути и хитроумный. Этакий «ранний» Геракл и Одиссей в одном лице. Да, иногда он выглядит усталым, не все и всегда у него получается, порою его тяготят сомнения – зачем все эти путешествия «на край ночи»? Еще чаще он может быть разочарован как в тех, кто был рядом с ним, так и в тех, кого он недавно принял за своих. Но несмотря ни на что, он – первооткрыватель. Колумб в мире знаний о жизни других народов. Творец новых ценностей – культурный герой. И одного этого сознания своей миссии достаточно для того, чтобы удержаться на Пути.

Итак, антрополог в перспективе героического мифа, и в частности, в роли культурногогероя – проводника в миры иных культур и посредника между «ими» и «нами».

…Мифа, который волей или неволей творит западноевропейский интеллектуал своею жизнью и (теперь добавим) своим письмом – этнографическими отчетами;

…Мифа, в котором запечатлены рассказы о встречах действительно одаренных, глубоко чувствующих, способных к состраданию и пониманию университетских интеллектуалов с миром совершенно чуждым им, порою непривлекательным, невежественным и уж тем более – неинтеллектуальным, но, тем не менее, миром, имеющим свое право на существование; в общем, со всем тем, с чем мы воочию еще раз и теперь уже все вместе столкнулись сегодня…

…Мифа, который отражает глубинные, «архетипические» слои нашего мышления Другого.

…Мифа, благодаря которому западноевропейский интеллектуал может подсмотреть не столько тайны чужой культуры, сколько встретиться с образом самого себя…

Эта живая мысль, мифически оформленная в личной истории антрополога, страстно ищущего инициации посредством Знания, и является главным персонажем нашего курса.

  1. Социально-антропологических исследований (1)

    Лекция
    Учебно-методическое пособие содержит методические указания, подробное описание лекций и две вводные лекции по курсу «Миф. Идентичность. Знание. Введение в теорию социально-антропологических исследований».
  2. Принципы культурогенеза в режимных сообществах. Социально-антропологический анализ российской армии второй половины XX века

    Автореферат диссертации
    Защита состоится 17 ноября 2009 г. в «__» часов на заседании диссертационного совета Д 002.117.01 Института этнологии и антропологии им. Н.Н. Миклухо-Маклая РАН по адресу: 11 1, Ленинский проспект, д.
  3. Мир профессий как поле антропологических исследований

    Документ
    Термином «антропология профессий» мы обозначаем конкретный методологический подход к исследованию различных аспектов повседневной жизни профессий и профессиональных групп, понимаемых в как раз в таком широком смысле.
  4. Исследование о влиянии эволюционной теории на учение о п

    Исследование
    Дифференцирование и приспособление рас — Естественный подбор в борьбе за существование — Формы и законы изменений — Общие законы наследственности — Происхождение и унаследование отличительных половых признаков
  5. Исследование о влиянии эволюционной теории на учение о политическом развитии народов

    Исследование
    Воспроизведение (Zeugung) и унаследование — Генеалогическая непрерывность зародышевой плазмы — Наследственное предопределение (Vorherbestimmung) — Физиологическая связь унаследования и отбора
  6. Социальная антропология по-русски: наука, профессия, идентичность

    Документ
    Альфред Луис Крёбер доказывал в своих исследованиях, что периоды научного подъема согласуются с эпохами общего национального и культурного процветания, однако, сам же предостерегал от опасности возведения этого вывода в ранг псевдозакона 1.
  7. Антропологические исследования в контексте современной российской археологии

    Документ
    Начиная с XIX века отечественные палеоантропологические работы находятся в русле магистральных археологических исследований. Это обстоятельство было отмечено еще академиком АН СССР В.
  8. Программа и методы социально-психологического исследования (В. А. Хащенко)

    Программа
    Содержание учебного пособия базируется на микросоциальном подходе к анализу социально-психологических явлений, поэтому основной вектор изложения материала строится от социальной психологии личности к психологии больших социальных групп.
  9. Рабочая программа социальная антропология наименование дисциплины по учебному плану Код дисциплины по учебному плану

    Рабочая программа
    Цель курса – сформировать представление студентов о предмете социальной антропологии, рассмотрение этапов формирования антропологического знания, его методов, форм, основных понятий и представителей; исследование взаимосвязей «общество-социальные

Другие похожие документы..