Н. А. Мацегора (відповідальний секретар)

Тогда же английские врачи впервые поднимают вопросы о необходимости изучения утомления и особых невротических реакций у летчика, о необходимости введения тщательного врачебного наблюдения за летным составом, об углублении и усовершенствовании методов отбора летчиков. Все эти вопросы, поднятые впервые в 1918-1920 гг., сделались путеводными вехами в дальнейшем развитии АМ.

В Америке АМ возникла позже, чем в остальных странах. Причина этого заключается в том, что в США на авиацию смотрели как на новый вид спорта, а на летчика, как на спортсмена-индивидуалиста, обладающего известным мужеством и не нуждающегося и ни в каких медицинских освидетельствованиях. Правда Армстронг утверждает, что в США еще в 1912 году была издана инструкция по медицинскому освидетельствованию лиц, желающих быть принятыми на службу в авиацию (HG Armstrong. Principles and practice of Aviation Medicine.: 3rd ed. – Baltimore, 1952.- P. 27). Только в 1917 г. появляется несколько печатных работ, больше обзорного, чем исследовательского характера, написанных авиаврачами, обслуживающих американские эскадрильи на Западном фронте. Находясь всецело под влиянием французских авиаврачей, они проявляли совершенно случайный интерес к тем или иным вопросам авиа медицины и быстро исчезли с литературного горизонта. Тогда же Институту медицинских изысканий, возглавляемому генералом Уилмером, было предложено правительством США заняться изучением «физических факторов, связанных с полетами» и установить требования физической годности к летной работе. Для решения этой задачи и для ознакомления с работой в области авиамедиицны французских и английских. врачей во Францию в 1917 г. отправляется специальная комиссия во главе с Уилмером.

Знакомясь с состоянием французской, английской и, отчасти, немецкой АМ, комиссия обратила внимание на то, что наряду с широкими попытками научно-исследовательской работы, наблюдалось полное пренебрежением вопросами заботы о самом летчике. Комиссия отметила, что летная нагрузка никем не регулируется, что некоторые условия работы летчиков, неблагоприятно действующие на его организм, не изживаются, что систематического наблюдения за здоровьем летного состава нигде не проводится, что летчики неохотно обращаются к врачу за помощью, что взаимного понимания и тесного контакта между авиаврачами и летчиками нет. По возвращению в США комиссия доложила о необходимости создания особых кадров военных врачей, которые были бы, с одной стороны, достаточно подготовлены к работе в авиационных частях, а, с другой стороны, смогли бы изжить в американской авиации те недостатки врачебного обслуживания, которые комиссия отметила в авиации союзников. Так сам собой в марте 1918 г. родился термин «авиационный врач», во-первых, прижился во всех языках, а, во-вторых, который стал применяться только к врачам, работающим в авиации после прохождения специальной подготовки сначала в Научно-исследовательской лаборатории воздушной службы (организована в январе 1918 г.), а с мая 1919 - в школе АМ.

Другим результатом работы комиссии явилось создание Научно-исследовательского совета по АМ (18.10.1917).Перед советом были поставлены следующие задачи: 1) изучить все факторы, могущие оказывать влияние на деятельность летчика, 2) разрабатывать и вводить в практику такие опыты и испытания. Которые позволили бы выявить пригодность летчика к высотным полетам, 3) проводить опыты и испытания по созданию кислородной аппаратуры для лётчиков-высотников и 4) выполнять функции постоянного медицинского органа по рассмотрению всех вопросов, касающихся физической пригодности летчиков.

Наконец, третьим результатом работы этой комиссии явились первые инструкции о физическом отборе летчиков, изданные в 1917 г., которые в дальнейшем были переработаны, дополнены и вышли в 1918 г. отдельной книгой «Воздушно-медицинская служба».

Работа комиссии Уилмера сразу же привлекла внимание американских авиаврачей, и в 1918 г. в печати появляется сразу 36 статей, посвященных различным аспектам АМ, хотя подавляющее их кол-во характеризуется поверхностью наблюдений и скороспелостью выводов.

Наиболее ценным в АМ того времени явилось физиологическое направление, возглавляемое крупнейшими учеными Гендерсоном и Шнейдером. Не все положения, установленные Шнейдером, получили подтверждение в более поздних исследования, тем не менее они внесли очень много нового в АМ. Особой заслугой Шнейдера следует считать созданный им тест оценки состояния ССС по изменяемости пульса и КД.

Итак, основными направлениями в американской АМ того времени является:
1) клиническое, преследующее цели медотбора летчиков, 2) физиологическое, разрабатывающее исключительно физиологию высотного полета. Гигиеническое и психологическое направления также существовали, но проявлялись крайне слабо и неуверенно.

В России примерно до начала 20-х гг. господствующей являлась ошибочная концепция С.Е. Минца в отношении необходимости применения психотехнических методов при отборе летчиков, основным направлением советской АМ того времени было психофизиологическое. В авиации этот подход оправдывался тем, что к 1924 г. вопрос о высотных полетах становится актуальным, в связи с тем возник вопрос о настоящей авиационной физиологии. 19.09.1924 летчик МН Шалимо поднимается на самолете на высоту 8216 м, 06.10.1925 летчик Скробут достигает высоты 8554 м. с этого момента авиаврачи постепенно все сильнее обращают внимание к физиологическим вопросам, связанным с влиянем пониженного атмосферного давления. Это привело к тому, что уже к 1925 г. в советской АМ возникло физиологическое направление. Наряду с этим в советскую АМ в 1924 г. начинали проникать и гигиенические тенденции. Движущим фактором в возникновении не только гигиенических тенденций, но и вообще АМ представлений явилась серия дальних перелетов, совершенных советскими летчиками. Так, в 1926 г. летчик Копылов совершает перелет из Москвы в Омск протяженностью 2450 км за 20 час. 15 мин. В июле 1926 г. летчик Моисеев на самолете «Р-1» совершил беспосадочный перелет из Москвы в Тегеран и обратно протяженностью 6200 км, в сентябре 1926 г. летчик Громов ММ на самолете «АНТ-3» совершает знаменитый круговой перелет по маршруту Москва – Берлин – Париж – Рим – Вена – Варшава -Москва, покрыв за три дня расстояние в 7150 км (в воздухе 34ч.15 мин). Летом 1929 г. он же на самолете «АНТ-9» совершает перелет по маршруту Москва - Берлин - Париж - Рим –Марсель – Лондон – Варшава - Москва. Расстояние в 9037 км было пройдено за 53 летных часа.

Эти перелеты поставили перед авиационными врачами ряд актуальных гигиенических проблем, связанных с разрешением вопросов утомляемости летного состава, режима его труда и отдыха, питания защиты от охлаждения и т.д. эти же перелеты показали необходимость разработки мероприятий по борьбе с проникновением к кабину летчика отработанных газов, по усовершенствованию летных очков и антифонов, по созданию индивидуально-спасательных средств для морских летчиков и др.

Все эти проблемы перед авиационными врачами встали совершенно неожиданно, никакого опыта в разрешении их у авиационных врачей не было. Несколько переводных гигиенических работ, напечатанных в «Вестнике воздушного флота» решить проблему не могли. Культивируемое в Центральной психофизиологической лаборатории «психофизиологическое» направление также не способствовало разрешению этих вопросов. В результате хорошо осознаваемая необходимость в развертывании не только психологической и физиологической, но и гигиенической работы в течении ряда лет оставалась «добрым пожеланием», но практического осуществления не получила.

В 1924 году была развернута Центральная психофизиологическая лаборатория по изучению военно-воздушной службы. Таким образом в это время отчетливо обозначилась солидная организация советской АМ с крупным научно-исследовательским учреждением в центре со значительными кадрами врачей, обслуживающих авиачасти и многими периферийными учреждениями. На первых порах ВСУ перед всеми лабораториями поставило скромные задачи: 1) организовать отбор летчиков, 2) организовать наблюдение за состоянием здоровья летчиков, 3) содействовать улучшению бытовых и служебных условий работы летчиков. уже через год центральная лаборатория окрепла настолько, что расширила рамки, установленные для нее ВСУ. В печати появляются программные статьи Н.М. Добротворского и Ю.А. Васильева. Уже в 1926 году кроме традиционных физиологических исследований лаборатория проводит изучение влияния на работоспособность летчика нерациональной одежды (Смирнов), рационализацией рабочего места летчика в самолете (Перескоков). По мере все большего и большего углубления в вопросы авиации Н.М. Добротворский значительно расширяет круг своих интересов, его внимание все больше и больше начинают привлекать чисто гигиенические вопросы. Он начинает интересоваться вопросами физкультуры летчика, нормами его работы, условиями его питания, вредностями его профессии, выявляет эти вредности в работе технического состава и т.д. (Добротворский, 1926, 1929, 1930). В 1930 году Н.М. Добротворский издает первое советское руководство по АМ под названием «Лётный труд». Во введении отмечается, что книга «содержит изложение физиологии и гигиены летной службы и последовательное ознакомление с характером воздействия на организм летного состава в различных условиях применения авиации».

В первой главе автор приводит ряд крайне важных и ценных данных о размере кабины летчика и летчика-наблюдателя и обращает внимание на необходимость соответствия этих размеров размерам тела летчика, говорит о наиболее рациональном устройстве летного кресла, педалей, ручек управления, приборной доски и т.д. Освещая эти вопросы, автор прочно стоит на точке зрения необходимости приспособления кабины летчика и ее оборудования к физическим возможностям летчика.

Во второй главе разбираются вопросы влияния шума мотора, отработанных газов, задувания, пониженного барометрического давления, недостатка кислорода, понижения температуры воздуха и влияния инерционных сил. Из всех этих вопросов наиболее подробно разработан вопрос о влиянии ускорений.

Третья и четвертая главы посвящены разбору летно-трудовых процессов у летчика – истребителя, разведчика, бомбардировщика и летчика-наблюдателя. Здесь же впервые разбираются вопросы режима труда и отдыха летчика. Последняя глава посвящена организации работы авиационного врача.

На протяжении 1935-1937 появилось много интересных работ по АГ, шесть из них принадлежит уже упоминавшемуся Н.М. Добротворскому. В них затрагиваются вопросы устройства и оборудования рабочих мест на самолете, гигиене рабочего места на самолете, особенностей воздушно-стрелкового прицела, наземной тренировке бомбардировщика, ком-форта на самолете, как средства повышения боеспособности, мероприятий по борьбе с пере-грузками (Добротворский Н.М. 1936, 1937). По точному замечанию А.А. Сергеева, жизненный путь Н.М. Добротворского отразил в себе весь путь советской АМ, которая, начав с психотех-ники, постепенно перешла к разработке основных вопросов физиологии и гигиены. [5].

Из работ периферийных врачей рассматриваемого периода следует отметить работу
С.П. Розенберга, которую он проводил в Одессе в 1925-1927 гг. При Одесском губотделе обществ авиации и воздухоплавания он организовал научную секцию. Первой работой секции стало распространение среди летчиков и последующая обработка анкеты из 120 вопросов, среди которых были в опросы о гигиене и быте испытуемых. В 1928 г. С.П. Розенберг напечатал содержательную работу «О стандартизации монтажной доски учебных самолетов», в которой впервые поднимается вопрос о необходимости правильного распределения приборов управления самолетом. С.П. Розенберг был один из энтузиастов – авиаврачей. Он прекрасно изучил работу летчика и теоретически и практически, но отсутствие школы мешало ему углубить свою работу и вызывало естественные колебания в тематике. Из других авиаврачей, занимавшихся вопросами авиагигиены следует отметить Н. Богоявленского и его работу 1925 года о несовершенстве одежды морского летчика, о значении привязных ремней, о необходимости создания бортового пайка. Все эти актуальные для морской авиации вопросы свидетельствовали, что автор чутко реагировал на потребности обслуживаемой части, врача, прекрасно понимавшего, что будущее авиации должно прежде всего покоиться на правильном медико-санитарном и медико-гигиеническом обслуживании летчиков.

Подводя итоги развития первого периода истории советской АМ, необходимо отметить, что гигиеническое направление в этом период еще не оформилось, но потребность а нем ощущается весьма реально. Изданная в 1931 году книга «Гигиена летчика» Н. Латкина и
Г. Яковлева не удовлетворяет этим требованиям.

Именно в этот период в СССР начинает создаваться специальный курс АМ, включающий вопросы физиологии и гигиены труда летчиков. Это был период настойчивых поисков самостоятельного пути. Период ожесточенных споров, увлечений и разочарований, период постепенного освобождения от пут психотехники, период изжития теоретических ошибок, период осознания собственных возможностей.

С момента окончания первой мировой войны государства-победители оказались владельцами колоссального авиационного имущества, в результате в большинстве из них строительство самолетов сократилось более чем на 95%, что привело к длительному застою в развитии авиационной техники и, как следствие, авиационной медицины. Положение усугубилось общим экономическим кризисом, разразившимся в этих странах после войны.

Только начиная приблизительно с 1925 г. главные капстраны начали постепенно выходить из экономического кризиса. Начинается и оживление в области авиационной промышленности, что, однако не повлекло оживления в области авиационной медицины. Основной причиной, обусловившей медленное развитие зарубежной авиационной медицины в этот период, явилось снижение общественного интереса к авиации, резкое сокращение кадров военных летчиков, застой в развитии авиационной техники. Побочными причинами явились роспуск кадров военных авиационных врачей, развал организации медицинской службы ВВС в большинстве стран, свертывание лабораторий, занимавшихся медицинским отбором летчиков. В итоге в 20-годы ХХ столетия в зарубежной авиационной медицине не было создано ничего нового. Объективное отражение состояния застоя в авиационной медицине можно видеть в редких научных публикациях и в работах медицинских секций международных конгрессов по воздушным сообщениям.

Первый конгресс (1921) с точки зрения истории авиационной медицины, в т.ч. гигиены, не играл никакой роли, т.к. на конгрессе было представлено всего четыре доклада, а всю европейскую авиационную медицину представляли только французских врачи. Никаких резолюций, касающихся медицины, данный конгресс не вынес.

На втором конгрессе (1923) уже существовала медицинская секция, председателем которой был М. Флэк. Однако работу и этой секции нельзя признать продуктивной. В процессе работы на конгрессе врачи пришли к совершенно исключительным выводам. Так, они единогласно пришли к выводу, что: 1) умеренная летная работа не оказывает на организм летчика никакого влияния; 2) профессия летчика изнашивает его организм не более, чем какая-либо другая профессиональная деятельность; 3) что летчики сохраняют состояние здоровья в том виде, какой характерен для его возраста.

На III конгрессе (1925) медицинская секция уже жила полноценной жизнью. Наибольшее кол-во докладов сделали французы (10), англичане и поляки представили по две работы, представители Италии и Румынии - по одному. Обособленно стоит среди докладов третьего конгресса сообщение Руло (Бельгия), посвященное вопросу о возможности занесения инфекционных заболеваний из одной страны в другую на самолетах. Докладчик настаивал на необходимости распространить на транспортные самолеты положения международной конвенции о железнодорожных перевозках и в 1933 году в Гааге была принята Международная санитарная конвенция по воздушным сообщениям (Дополнения, 1944), которая в целом, действует по настоящее время.

  1. Н. А. Мацегора (відповідальний секретар) (2)

    Документ
    О. М. Ігнатьєв (заступник головного редактора), В. О. Лісобей (науковий редактор), Н. А. Мацегора (відповідальний секретар), Є. П. Белобров, В. М. Євстафьєв, О.
  2. Н. А. Мацегора (відповідальний секретар) (3)

    Документ
    О. К. Асмолов (Одеса), К. Д. Бабов (Одеса), Ю. І. Бажора (Одеса), М. І Голубятніков (Іллічівськ), С. А. Гуляр (Київ), В. М. Запорожан (Одеса), М. Ф. Ізмеров (Москва), С.
  3. В. Ю. Волянський ( заступник головного редактора ), В. Г. Руденко ( заступник головного редактора ), Н. А. Мацегора (відповідальний секретар), О. Г. Андрієвський, О. К. Асмолов, В. О. Васильєв, О.І. Верба, Ю.І. Гульченко, Т. В. Дем (2)

    Документ
    Р.В.Богатирьова (Київ), П.В.Волошин (Харків), Є.М.Горбань (Київ), С.О.Гуляр (Київ), Л.М.Давидов (Київ), В.М.Запорожан (Одеса), В.О.Зубков (Одеса), М.Ф.
  4. Н. А. Мацегора (відповідальний секретар) О. Г. Андрієвський, О. К. Асмолов (1)

    Документ
    Заснований в 1997 році. Журнал є фаховим виданням для публікації основних результатів дисертаційних робіт у галузі медичних наук (Бюлетень ВАК України від 9 червня 1997р.
  5. Н. А. Мацегора (відповідальний секретар) О. Г. Андрієвський, О. К. Асмолов (4)

    Документ
    Вступ. На фоні несприятливої демографічної ситуації важливе значення набувають питання збереження та зміцнення репродуктивного здоров’я, яке є важливим компонентом популяційного і становить основу формування перспектив медико-демографічного розвитку.
  6. В. Ю. Волянський ( заступник головного редактора ), Н. А. Мацегора (відповідальний секретар), О. Г. Андрієвський, О. К. Асмолов, В. О. Васильєв, О.І. Верба, Ю.І. Гульченко, Т. В. Демидова, Б. С. Запорожченко, О. М.Ігнать (3)

    Документ
    В современных условиях отчетливо прослеживается тенденция к развитию в здравоохранении отраслевых научно – лечебных структур, что обусловлено необходимостью активного внедрения в медицинскую практику достижений современных технологий.
  7. В. Ю. Волянський ( заступник головного редактора ), Н. А. Мацегора (відповідальний секретар), О. Г. Андрієвський, О. К. Асмолов, В. О. Васильєв, О.І. Верба, Ю.І. Гульченко, Т. В. Демидова, Б. С. Запорожченко, О. М.Ігнать (4)

    Документ
    Эффективность терапии наиболее распространенной на юге Украины опийной наркомании продолжает оставаться низкой, часты рецидивы заболевания [ 1 ]. По данным Минздрава Украины не более 10 % больных снимаются с диспансерного учета в связи с выздоровлением.
  8. В. Ю. Волянський ( заступник головного редактора ), В. Г. Руденко ( заступник головного редактора ), Н. А. Мацегора (відповідальний секретар), О. Г. Андрієвський, О. К. Асмолов, В. О. Васильєв, О.І. Верба, Ю.І. Гульченко, Т. В. Дем (1)

    Документ
    В.Ю.Волянський ( заступник головного редактора ), В.Г.Руденко ( заступник головного редактора ), Н.А.Мацегора (відповідальний секретар), О.Г.Андрієвський, О.
  9. В. Ю. Волянський ( заступник головного редактора ), Н. А. Мацегора (відповідальний секретар), О. Г. Андрієвський, О. К. Асмолов, В. О. Васильєв, О.І. Верба, Ю.І. Гульченко, Т. В. Демидова, Б. С. Запорожченко, О. М.Ігнать (1)

    Документ
    В.Г.Руденко( науковий редактор), В.Ю.Волянський ( заступник головного редактора ), Н.А.Мацегора (відповідальний секретар), О.Г.Андрієвський, О.К.Асмолов, В.

Другие похожие документы..