В. Э. Молодяков несостоявшаяся ось

2

В.Э. Молодяков

НЕСОСТОЯВШАЯСЯ ОСЬ:

БЕРЛИН МОСКВА ТОКИО

Москва

«Вече»

2004

ББК 63.3

М75

Вниманию оптовых покупателей!

Книги различных жанров можно приобрести по адресу: 129348, Москва, ул. Красной сосны, 24. Акционерное общество «Вече».

Телефоны: 188-88-02, 188-16-50, 182-40-74; т/факс: 188-89-59, 188-00-73. E-mail: veche@

Филиал в Нижнем Новгороде «Вече—НН» тел. (8312) 64-93-67, 64-97-18.

Филиал в Новосибирске ООО «Опткнига—Сибирь» тел.(3832) 10-18-70

С лучшими книгами издательства «Вече» можно познакомиться в интернете на сайте www.100top.ru

ISBN 5-94538-445-3

© Молодяков В.Э., 2004.

© ООО «Издательский дом «Вече 2000», 2004.

5

Памяти Карла Хаусхофера (1869—1946)

и Рихарда Зорге (1895-1944)

Нет сомнения, что наиболее грандиозным и важным событием в современной мировой политике является перспектива образования могущественного континентального блока, который объединил бы Европу с Севером и Востоком Азии.

Карл Хаусхофер, 1940 г.

Если бы «союз четырех» состоялся, это был бы мощный блок, который охватил бы весь евразийский континент. При наибольшей эффективности он вполне мог бы противостоять Америке. Как замысел это было неплохо.

Икухико Хата, 2000 г.

ОТ АВТОРА

Эта книга была написана за пять месяцев, но обдумывалась и готовилась десять лет. Вынося на суд читателя результаты своих разысканий и размышлений, автор, разумеется, не претендует на истину в последней инстанции и даже на «последнее слово» по данному вопросу. Книга, которую вы держите в руках, — первое большое исследование истории концепции «континентального блока» Германии, СССР и Японии и усилий по ее реализации. Оно открывает тему, а не закрывает ее.

Этой книги не было бы без помощи многих людей во многих городах и странах на протяжении многих лет. Назову только тех, кого должен непременно поблагодарить: Танака Такэюки1 (Токио) — за помощь и дружбу; покойного Бориса Славинского (Москва), Михаила Мельтюхова (Москва), Георгия Брылевского (Ниигата) и Петра Подалко (Осака) — за советы, замечания и споры; Геннадия Бордюгова и Александра Ушакова (Москва) — за публикацию первого, краткого варианта этой работы; Марка Вебера (Marc Weber) и Грэга Рэвена (Grag Raven) (Costa Mesa CA, USA) — за присылку ценных труднодоступных изданий; Джулию Лами

1 Все японские имена собственные в книге приводятся в соответствии с принятым в Японии порядком: сначала фамилия, потом имя — а также, за единичными исключениями, в соответствии с принятой в России «поливановской» транскрипцией (названа в честь выдающегося лингвиста Е.Д. Поливанова).

6

(Julia Lami, Torino, Italy) — за перевод итальянских документов; историков старшего поколения Джона Толанда (John Toland, Danbury CT, USA), Джеймса Мартина (James J. Martin, Colorado Springs CL, USA) и Марка Раева (Tenafly NJ, USA) — за моральную поддержку; сотрудников Архива МИД Японии (Diplomatic Record Office, The Ministry of Foreign Affairs), библиотек Токийского университета (Tokyo University, Central Library) и International House of Japan, Центра современных исследований Института японской культуры университета Такусеку и лично профессора Икэда Норихико (Prof. Ikeda Norihiko, Takushoku University, Institute of Japanese Identity, The Research Center for Modern and Contemporary Studies) (Токио) — за создание прекрасных условий для работы.

Особая благодарность — маме, профессору Эльгене Васильевне Молодяковой, советчику и критику.

2 сентября 2003 Токио

7

Введение

О СОСЛАГАТЕЛЬНОМ НАКЛОНЕНИИ, ГЕОПОЛИТИКЕ И РЕВИЗИОНИЗМЕ

От времени до времени очень полезно подвергать пересмотру наши привычные исторические понятия для того, чтобы при пользовании ими не впадать в заблуждения, порождаемые склонностью нашего ума приписывать своим понятиям абсолютное значение.

Петр Бицилли, 1922г.

История не знает сослагательного наклонения... Этой расхожей фразой нередко выносится приговор исследованиям, в которых большое место занимают гипотезы. Да, история сама по себе, как процесс общественного и политического развития, не признает никаких «если»: случилось только то, что случилось. Но в исторической науке, в познании прошлого подобная категоричность может сослужить дурную службу. В момент действия и непосредственно перед ним исторический процесс многовариантен. Причем нередко реализуется далеко не самый ожидаемый и представляющийся вероятным вариант, а казалось бы, идеально подготовленный и обоснованный проваливается. Японский историк М. Миякэ справедливо заметил: «Представим, что в некий исторический момент для Японии существовали возможные политические варианты А, В, С, D, Е, но только вариант А реализовался; тем не менее полезно рассмотреть и другие возможности, поскольку они углубят наше понимание того, как осуществился вариант А и насколько важным и значительным он был» (1). Поэтому дело историка — не только учесть случившееся, но «просчитать», проанализировать также всё то, что могло произойти с той или иной степенью вероятности.

«Великий знаток человеческой души» Оноре де Бальзак утверждал, что «существуют две истории: история официальная, которую преподают в школе, и история секретная, в которой скрыты истинные причины событий». Эта своего рода аксиома может быть применена практически к любому периоду человеческой истории. Не является исключением и вторая мировая война, которая за прошедшие десятилетия, казалось бы, изучена вдоль и поперек. Однако, как только речь заходит речь о расчетах и намерениях власть предержащих, «на всякую официальную историографию нападает какое-то странное затмение и обычно воспроизводится набор общих традиционно пропагандистских фраз... В литературе были несчетное число раз повторены пропагандистские штампы, ставшие в общественном сознании непререкаемой истиной, и под это предвзятое мнение, как правило, подгонялось всякое новое знание» (2). Так пишет современный историк М.И. Мельтюхов, темы исследований которого не

8

раз пересекались с моими, и я не могу не согласиться с ним. Докопаемся ли мы до «истинных причин событий» или нет, я не знаю. Но стараться надо.

Патриарх американской историографии, лауреат Пулитцеровской премии Дж. Толанд писал автору этих строк 16 сентября 1996 г.: «Я не отношусь ни к какой группе историков. Я сам по себе, я пишу не-идеологическую историю... Я пишу об истории с нейтральных позиций и стараюсь показать все ее стороны... Я надеюсь, что вы и другие молодые историки продолжите мое дело. Просто пишите правду... У меня только один окончательный критерий: правда это или нет?»

Исследование, предлагаемое ныне вниманию читателя, имеет отчасти гипотетический характер, но это ни в коей мере не рассуждения по принципу «что было бы, если бы». Подобные спекуляции весьма привлекательны и даже соблазнительны, но запретны для историков, хотя в данном случае они несравненно более компетентны, чем авторы книг и компьютерных игр из области «альтернативной истории». «Альтернативная история» — это новый вариант того, что уже произошло, попытка «переиграть» события прошлого. Задача историка принципиально другая — показать и доказать, что другой вариант был возможен. Иными словами, «альтернативная история» начинается там, где заканчивается историческое исследование.

Вопросы, рассмотрением которых мы займемся, можно сформулировать предельно конкретно. Был ли возможен в 1939—1941 гг., а более всего осенью 1940— зимой 1941 гг., военно-политический союз СССР, Германии и Японии (с Италией в качестве младшего партнера), т.е. держав евразийского континента, против атлантистского блока США, Великобритании и их сателлитов? Если да, то почему он был возможен? И почему не состоялся? Полагаю, важность этих вопросов для всей мировой истории XX века объяснять не приходится. Ну а для ответа на них придется «копнуть» много шире и много глубже, что я и постарался сделать.

Особое, хотя и не преимущественное, внимание в книге уделено политике Японии, и вовсе не потому, что автор по образованию историк-востоковед. Большинство авторов, писавших на эти темы (в том числе в России), не владеет японским языком, а потому не знает ни японской проблематики, ни трудов японских историков, благодаря чему в их работах «японский фактор» выступает чем-то сугубо второстепенным, «довеском» к политике других держав. Аналогичный упрек следует отнести и официальному изданию МИД РФ «Документы внешней политики», тома которого за 1939—1941 гг. включают множество малозначительных, рутинных документов по другим странам, но, по непонятным причинам, игнорируют такие ключевые события советско-японских отношений, как беседы Молотова с министром иностранных дел Мацуока в апреле 1941 г., хотя эти записи уже опубликованы в нашей стране. Получающаяся в результате картина совершенно не соответствует реальному положению вещей. Пишущие судят о «японских делах» с чужих слов, поэтому процент ошибок, связанных с японскими реалиями, бывает особенно ве-

9

лик, начиная с безграмотных транскрипций типа «суши» и «Такеши» вместо правильных «суси» и «Такэси» (привожу это как наиболее показательный и расхожий пример). Говоря об «оси» Берлин—Москва—Токио, автор постарался достичь баланса всех трех компонентов и в отдельных случаях больше пишет о Японии только потому, что о ней меньше знают.

Адресуя книгу не только специалистам, но прежде всего широкому читателю, я старался не перегружать ее сносками, которые, как показывает опыт, интересны лишь немногим. К ним я прибегал обычно в случае цитирования и близкого к тексту пересказа или когда хотел обратить внимание читателя на особенно интересные источники или работы. Если бы не ограниченность объема книги, количество сносок можно было бы безболезненно увеличить раза в два. Все подстрочные примечания, в том числе к цитируемым текстам, принадлежат автору книги. Что же касается историко-документальной базы книги, то ее характеризует помещенный в конце список использованных источников и литературы. Он также неполон, т.к. не включает издания, к которым я обращался лишь эпизодически; есть в нем и работы, на которые я в тексте не ссылался, — это, так сказать, «подводная часть» исследовательского айсберга.

В книге будет много цитат — из документов, составивших основу исследования, реже из мемуаров и комментариев современников, многие из которых впервые появляются в печати на русском языке, а некоторые вообще никогда и нигде не публиковались2. Надеюсь, читатель не посетует на это. Документы рассматриваемой эпохи — даже торопливые и корявые записи переводчиков и секретарей — настолько красноречивы, что в пересказе теряют всю свою прелесть, и говорят сами за себя, во многих случаях делая излишними пространные комментарии.

В основу методологии исследования мною был положен геополитический подход, т.е. признание геополитических факторов приоритетными по отношению ко всем остальным. Один из основоположников современной геополитики Карл Хаусхофер писал: «Геополитический способ рассмотрения, цель которого — представить функционирующие в определенном жизненном пространстве жизненные формы политики как обусловленные одновременно и стабильной географической средой, и динамикой исторического процесса, имеет для всех проблем... большое преимущество, ибо он больше, чем всякий другой подход, позволяет видеть эти проблемы независимо от какой-либо партийно-политической установки и мировоззренческой односторонности... В то же время он весьма полезен для философии истории, ибо не подвержен искажениям со стороны социологических и общественно-политических доктрин и избавляет от той

2 В цитатах везде сохранены орфография и пунктуация оригинала, поэтому одни и те же слова порой пишутся в них по-разному: например, «советское правительство» и «Советское Правительство»; пояснения автора настоящей книги заключены в угловые скобки с пометой «В.М.», пояснения редакторов предыдущих изданий — просто в угловые скобки; купюры, сделанные мной, обозначены простым отточием; прочее специально оговаривается.

10

значительной доли предвзятости, которую они обыкновенно порождают» (3). Современные специалисты разъясняют: «Геополитическое положение государства является намного более важным, нежели особенности политического устройства этого государства. Политика, культура, идеология, характер правящей элиты и даже религия рассматриваются в геополитической оптике как важные, но второстепенные факторы по сравнению с фундаментальным геополитическим принципом — отношением государства к пространству» (4). Последнее определение развивает более раннее, данное Хаусхофером: геополитика — это «наука о пространстве в ее применении к государственно оформленной воле» (5).

В качестве рабочего инструментария геополитического анализа я использую оппозицию «евразийство — атлантизм», введенную в широкий обиход в России А.Г. Дугиным, однако полностью оставляю в стороне ее эзотерическое измерение, поскольку не считаю себя компетентным в данной области. В этой системе понятий «евразийство» («теллурокартия», «власть земли») связано не только с евразийским континентом как таковым, но с «континентальным» — в противоположность «морскому» — типом сознания и цивилизации, к которому, несмотря на островное географическое положение, относится и Япония, естественно сопоставляемая, таким образом, с Германией и Россией. Парадоксальный, на первый взгляд, вывод о «континентальном» характере японской цивилизации, сделанный Хаусхофером, мотивируется исторической близостью Японии к континенту — близостью цивилизационной и культурной; оттуда она еще в древности получила большинство даров цивилизации, от иероглифической письменности до буддизма. Японская экспансия, начиная с полулегендарных походов древней императрицы Дзингу, была ориентирована на континент и только во время Второй мировой войны вышла на просторы Тихого океана. Другая же островная империя — Британская — создавалась и развивалась как империя морская, а затем и океанская, а потому стала воплощением «атлантизма» («талласократия», «власть моря»). После Первой мировой войны «силовой центр» атлантизма начал перемещаться, а после Второй — окончательно переместился в США, которые в геополитике нередко называют «мировым островом».

Противостояние Суши и Моря насчитывает не одно тысячелетие и может быть прослежено на протяжении едва ли не всей человеческой истории. Осмысление этого началось, однако, много позже. В октябре 1899 г. Валерий Брюсов писал своему другу писателю Марку Криницкому: «Война Англии с бурами — событие первостепенной исторической важности и для нас, для России, величайшего значения. Только, конечно, наши политики медлят и колеблются и забывают, что рано или поздно нам все равно предстоит с ней великая борьба на Востоке, борьба не только двух государств, но и двух начал, все тех же, борющихся уже много веков. Мне до мучительности ясны события будущих столетий» <выделено мной. — В.М> (6). Впереди была русско-японская война, в которой на стороне — если не прямо за спиной — Японии стояла Великобритания и которая определила отношение к России у нескольких поколений японцев, да заодно и европейцев. Вспомним хотя бы Гитлера, прямо воз-

  1. Мартиросян А. Б. М29 На пути к мировой войне / А. Б. Мартиросян

    Документ
    Помог ли Сталин приходу Гитлера к власти? Готовился ли Советский Союз к нападению на Европу? Означало ли подписание пакта Молотова — Риббентропа не только вступление Сталина в тайный сговор с Гитлером, но и превращение СССР в союзника
  2. Библиографический указатель 2004 г

    Библиографический указатель
    Рекомендательный указатель «Международные отношения» издается один раз в год отделом Справочно-библиографического и информационного обслуживания научной библиотеки МГИМО(У).
  3. Алгоритм (2)

    Документ
    Победа Великих Демократий: Англии, Франции, США в Первой мировой войне привела к торжеству либерализма. Об этом дне мечтали многие поколения просвещенных европейцев.
  4. Алгоритм (4)

    Документ
    Автор известен по своим сериям «Запретная политэкономия», «Тенденции», «Заговор Европы». Настоящая книга является своеобразным продолжением серии — политэкономической истории XX века.
  5. Аболмасов А. П., Немзер Л. А., Серебрякова В. Я., Микушкин В. И. Словарь чтений географических названий Японии

    Документ
    . Абэ Кобо. Сожженная карта. Человек-ящик: Романы.– Ростов-Н/Д: Феникс, . – 448 с. - (Сер. Классики XX века). 7. Абэ Кобо. Призраки среди нас.
  6. Программа дисциплины (Стандарт ) Екатеринбург (2)

    Программа дисциплины
    Программа дисциплины «Новейшая история» составлена в соответствии с требованиями национально-регионального (вузовского) компонента к обязательному минимуму содержания и уровню подготовки:
  7. Проблема «битвы за Англию» в отечественной историографии 07. 00. 09 Историография, источниковедение и методы исторического исследования

    Автореферат диссертации
    Защита состоится « » 2010 г. в часов на заседании диссертационного совета Д 212.155.05 Московского государственного областного университета по адресу: 105005, Москва, ул.
  8. Сталин после войны.

    Книга
    Книга «Сталин после войны. 1945–1953 годы» завершает пятитомный проект «200 мифов о Сталине». В ней проанализированы главным образом те знаковые мифы о послевоенном времени, которые занимают слишком большое место в антисталиниане.
  9. Отечественная история Программа курса (2)

    Пояснительная записка
    Программа разработана и утверждена на кафедре социально-гуманитарных дисциплин Прикамского социального института в соответствии с государственным образовательным стандартом высшего профессионального образования по учебной дисциплине

Другие похожие документы..