Учебное пособие, обобщающее 25 лет научной работы автора, посвящено неклассической мето­дологии анализа реальности бессознательного, де­ятельности, психических процессов, личности и не­вербальной коммуникации.

ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ И УСТАНОВКА*

Памяти моего учителя

Алексея Николаевича ЛЕОНТЬЕВА

Является ли установка стабилизатором деятельности? (вместо предисловия)

Есть теории, внутренняя логика развития которых при­водит как к постановке ранее неизвестных проблем, так и к рождению нового взгляда на традиционные вопросы той или иной области научного знания. К числу таких теорий относится общепсихологическая теория деятельности» Контуры этой теории были намечены в исследованиях Л-С,Выготского, А.Н.Леонтьева и А.РЛурии в те дни, когда молодая советская психология, пройдя между Сцил-лой психологии сознания и Харибдой бихевиоризма, встала на путь самостоятельного развития, С тех пор прош­ло немало лет. Чем дальше развивалась теория деятельнос­ти, тем большее число различных психологических проблем — таких, как проблемы строения деятельности, взаимоотношения между психическим отражением и дея­тельностью, возникновения и развития психики, струк­туры сознания, становления личности и т.д. — находили в ней свое отражение. Для теории деятельности нет чужих проблем, так как ее последовательное развертывание при­водит к постановке вопросов, охватывающих важнейшие достижения научной психологии. Одним из таких до сих пор не исследованных вопросов является вопрос о факто­рах, придающих предметной деятельности устойчивый характер, о стабилизаторах деятельности. Этот вопрос вста­ет в ходе психологического анализа деятельности, как только мы переходим от статического рассмотрения дея-

* Впервые опубликовано в 1979 г.

Вместо предисловия 17

тельности к изучению ее динамики и пытаемся понять причины относительной устойчивости, стабильности де­ятельности в непрерывно изменяющейся среде. Предпо­ложение о существовании моментов, стабилизирующих движение деятельности, вытекает из представлений о при­роде движения. Если рассматривать движение предметной деятельности как одну из форм движения вообще, то впол­не естественно допустить, что в нем, как и в любом дви­жении, всегда присутствует тенденция к сохранению его направленности. Стабилизаторы деятельности и находят свое выражение в тенденции к сохранению направленно­сти движения, в своеобразной инерции деятельности. Без них деятельность не могла бы существовать как самостоя­тельная система, способная сохранять устойчивое направ­ленное движение. Она была бы подобна флюгеру и каждое мгновение изменяла бы свою направленность под влия­нием любых воздействий, обрушивающихся на субъекта. Обычно стабилизаторы деятельности не проявляют ника­ких признаков существования до тех пор, пока движение не встречает на своем пути те или иные препятствия. Но стоит какому-либо препятствию появиться на пути дея­тельности, и тенденция к сохранению движения в опре­деленном направлении тотчас даст о себе знать. Различные по природе проявления этой тенденции встречаются бук­вально на каждом шагу. Приведем некоторые из них. Бегун, столкнувшийся в ходе состязаний с неожиданным пре­пятствием, при попытке остановиться падает или резко наклоняется вперед. Человек, читающий набранный ла­тинским шрифтом текст, прочитывает слово «чепуха» как «реникса». Легендарный царь Крез> одерживающий одну победу за другой, воспринимает двусмысленное вые-казывание дельфийского оракула «если будет перейдена река Галис, то рухнет могучее царство» соответственно своим ожиданиям и нападает на персов. Его войска перехо­дят реку, и могучее царство действительно гибнет, только им оказывается... царство самого Креза. Один из крупней­ших физиков прошлого столетия Э.Мах так и не прини­мает до конца своей жизни теорию относительности А.Эйнштейна, резко противоречащую уовоенным им пред-

18 Раздел L Психология установки

ставлениям о времени и пространстве. Чеховский герой, оберегая свой душевный покой, словно отталкивает от себя представление о существовании пятен на солнце, заявляя, что «этого не может быть, потому что этого не может быть никогда». Из всех этих примеров явственно следует, что тенденция к сохранению движения в опре­деленном направлении присуща самым различным фор­мам движения и имеет две стороны, С одной стороны, она является необходимым внутренним моментом процесса деятельности, обеспечивающим его стабильность. С дру­гой стороны, тенденция к сохранению движения в опре­деленном направлении проявляется в том, что субъект деятельности становится «слепым» по отношению к раз­нообразным воздействиям, не укладывающимся в русло этой тенденции. Подобного рода последствия существо­вания тенденции к сохранению направленности движения в поведении человека с большой выразительностью были переданы выдающимся советским физиологом А АУхтом-ским: «Бесценные вещи и бесценные области реального бытия проходят мимо наших ушей и наших глаз, если не подготовлены уши, чтобы слушать, и не подготовлены глаза, чтобы видеть, то есть если наша деятельность и поведение направлены в другие стороны^ (1973, с.254).

Итак, приведенные факты свидетельствуют о существо* вании тенденции к сохранению движения в определен­ном направлении на самых разных уровнях движения» в том числе и на уровне предметной деятельности. Однако между абстрактным положением, констатирующим нали­чие подобной тенденции в процессе деятельности, и кон­кретно-психологическим исследованием механизмов, обеспечивающих стабильность деятельности, лежит целая пропасть. Для того, чтобы через эту пропасть перебросить мост, следует рассмотреть, как представления о тенденции к сохранению направленности деятельности преломились в психологии, в каких фактах и понятиях проявления этой тенденции предстали перед исследователями.

В психологии наиболее адекватное и устоявшееся опи­сание тенденции к движению в определенном направле­нии или готовности действовать определенным образом

Вместо предисловия 19

выражено в термине «установкам и его многочисленных аналогах. Является ли установка стабилизатором деятель­ности? Поможет ли рассмотрение установочных явлений в деятельности субъекта глубже понять природу самих этих явлений? Приведет ли исследование этих двух вопросов к взаимному обогащению таких центральных психологичес­ких категорий, как «деятельность* и «установка»? Анализ поставленных вопросов и составляет основное содержа­ние этой небольшой монографии- Этот анализ предполагает обращение к тем разнородным феноменам и концепциям установки, которые существуют в экспериментальной психологии, и прежде всего к разрабатываемой в течение многих лет в советской психологии теории установки Д.Н.Узнадзе,

При решении вопросов о месте и функции установки в деятельности субъекта открываются два возможных пути исследования. Один путь — это путь подробного рассмот­рения представлений о природе установки и ее роли в регуляции поведения, накопленных в истории экспери­ментальной психологии- Встав на него, мы сразу же обре­таем под ногами твердую почву в виде хронологической оси, придерживаясь которой и последовательно отвечая на вопросы «что? когда? кто?» можно добраться из глубо­кой истории до современных представлений о природе установки. Но в данном случае при таком, казалось бы, надежном подходе возникают серьезные трудности, так как значение, вкладываемое различными исследователя­ми в понятие «установка*, очень широко варьирует по своему содержанию, и термин «установка», взятый сам по себе, не может служить надежным ориентиром при анализе истории проблемы установки. Для того чтобы по­казать эластичность и чрезмерную перегруженность поня­тия «установка», достаточно привести длинную вереницу терминов, нередко рассматриваемых в качестве синони­мов этого понятия и отражающих в концептуальном ап­парате различных направлений многообразные проявления установки как состояния готовности к реагированию: ус­тановка (EinstelLung или set), поза, ожидание, намерение, нервная установка, подготовительная установка, мотор-

20 Раздел L Психология установки

ная установка, сенсорная установка, установка сознания (Bewusstseinslage или conscious attitude), предиспозиция, детерминирующая тенденция, целевая установка (goal set), заданная установка (Aufgabe или task-set), квазипотреб­ность, информационная модель* вероятностное прогнози­рование, антиципация, гипотеза, схема, валентность, вектор, функциональная фиксированное?^ доминанта, акцептор действия, ригидная установка, социальная уста­новка (attitude), ценностная ориентация, черта, установ­ка личности и т.д. Этот и без того внушительный ряд терминов, связываемых с проявлениями установки, про­должает расти, но обилие терминов не должно заслонить два противоположных полюса понимания природы уста­новки, сложившихся в современной психологии. На одном полюсе — сведение установки к феноменам иллюзий, обусловленных фиксированной установкой. На другом полюсе — рассмотрение установки в качестве одного из центральных психологических понятий. Среди сторонни­ков второго* расширенного понимания установки мы ви­дим, например, некоторых социальных психологов, которые одно время определяли предмет своей науки как изучение социальных установок (см, об этом: Allport <x, 1935; Ostrom, 1968; Rokeach, 1968), Расширенного пони­мания установки придерживаются также исследователи, сближающие понятие установки с такими понятиями, как «образ потребного будущего» и «акцептор действия» (см., например, Бжалава, 1966, 1971), информационная мо­дель {Пушкин^ 1967), схема (Moscovici, 1962; Fraisse, 1961), гипотеза {Bruner> 1957), черта личности {Allport <?., 1935). Эти термины высвечивают разные стороны психической реальности, обозначаемой понятием «установка». Но в ка­ком соотношении находятся фиксируемые этими терми­нами разные аспекты установочных явлений? Какая из двух полярных интерпретаций явления установки отвеча­ет действительности? Эти вопросы представляют самосто­ятельную задачу исследования, решать которую можно только в том случае, если уже выработан свой взгляд па природу установочных явлений. Эта задача должна решать­ся не до решения проблемы о месте установки в структу-

Вместо предисловия_______________________________ 21

ре деятельности, а после такого решения. Тем не менее, именно с ней в первую очередь встречается исследова­тель, избравший исторический путь анализа. В связи с этим мы вынуждены отказаться от чисто исторического хода анализа проблемы о месте и функциях установочных яв­лений в деятельности субъекта.

Второй путь решения проблемы о месте и функции установки в деятельности субъекта — это путь анализа современного состояния представлений о явлении уста­новки. Пойдя по этому пути, мы попытаемся с позиций теории деятельности проанализировать основные положе­ния теории установки Д.Н.Узнадзе и через этот анализ прийти к разработке представлений о конкретных психоло­гических механизмах тенденции к сохранению направлен­ности движения деятельности. Этот путь и определил в конечном итоге общую композицию нашего исследования.

В первой главе с позиций общепсихологической тео­рии деятельности ведется анализ проблемы соотношения деятельности и установки в советской психологии. Глав­ное внимание уделяется вопросу о взаимоотношениях между деятельностью и первичной унитарной установкой, и исследуются различные варианты решения этого воп­роса. Показываются те противоречия, которые возникают при рассмотрении проблемы установки «в себе», т.е. вне деятельности. Существование этих противоречий доказы­вает необходимость отказа на современном этапе разви­тия психологии от изолированного вне-деятельностного изучения явлений установки. Эти противоречия и разра­ботанные в школе Д.Н.Узнадзе представления об уста­новке позволяют наметить то русло, по которому в теорию деятельности может быть введено опускавшееся пока зве­но — явления установки.

Во второй главе предлагается решение вопроса о месте и функции установки в деятельности субъекта. Будучи рас­смотренными в контексте теории деятельности, извест­ные факты проявления установки предстают в новом свете. Они приводят к разработке гипотезы об иерархической уровне вой природе установки как механизма, стабилизи­рующего процессы деятельности. Согласно этой гипотезе,

22 Раздел L Психология установки

содержание и функции установок зависят от того, на ка­ком уровне деятельности функционируют эти установки, В соответствии с основными структурными единицами, которые образуют психологическое строение деятельности, выделяются установки различных уровней и раскрывают­ся их специфические особенности, а также анализируют­ся отношения между этими установками и их вклад в регуляцию деятельности.

И, наконец, в третьей, заключительной главе пред­принимается попытка, опираясь на представления об иерархической уровневой природе установки, дать систе­матизацию некоторых разрозненных фактов проявления установки, накопленных в ряде направлений зарубежной экспериментальной психологии.

Автор приносит глубокую благодарность своему учите­лю Алексею Николаевичу Леонтьеву, в постоянном обще­нии с которым проводилось это исследование. Он искренне благодарен Александру Романовичу Лурия, в лаборато­рии которого была впервые изложена и нашла поддержку идея об уровневой природе установки, а также Ф.В.Бас-сину, А.В.Запорожцу, ША.Надирашвилиа А.Е.Шерозия и МБ.Михалевской, каждый из которых оказал значи­тельную помощь в ходе работы.

Глава L Проблема соотношения

ДЕЯТЕЛЬНОСТИ И УСТАНОВКИ В ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ПСИХОЛОГИИ

Проблема соотношения деятельности и установки не раз вставала в отечественной психологии. И в этом нет ничего удивительного, так как в настоящее время теория деятельности и теория установки представляют собой наи­более четко выделившиеся и обладающие своим лицом направления, которые трудно спутать с любыми другими течениями отечественной психологии. Каждая из этих кон­цепций, бесспорно, может являться предметом самостоя­тельного анализа, но нас в свете стоящей перед нами задачи исследования места установочных явлений в деятельности прежде всего интересует то, как в этих кон­цепциях решается вопрос о взаимоотношениях между деятельностью и установкой, В решении этого вопроса существуют две прямо противоположные позиции. Пред­ставители школы Д.Н.Узнадзе в течение многих лет пос­ледовательно отстаивают идею о существовании первичной установки, предваряющей и определяющей развертыва­ние любых форм психической активности (Црангишвили, 1967, 1972; Чхартишвшш* 1971; Надирашвили, 1974; Ше-розия, 1969, 1973 идо.)- Исследователи, стоящие на пози­циях теории деятельности, не менее последовательно отстаивают альтернативную позицию, которая может быть лаконично передана формулой: «Вначале было дело» (Ле­онтьев, 1955, 1975; Запорожец, 1960; Лурия, 1945; Элъко-нин, 1957 и др.)* В этой главе мы попытаемся с позиций теории деятельности во-первых, проанализировать раз­ные варианты решения проблемы взаимоотношений между деятельностью и установкой и выявить причины, приво­дящие к противопоставлению деятельности и установки, во-вторых, на примере вопроса о связи поведения и уста­новки показать последствия противопоставления деятель-

  1. Учебное пособие, обобщающее 25 лет научной работы автора, посвящено неклассической мето­дологии анализа реальности бессознательного, де­ятельности, психических процессов, личности и не­вербальной коммуникации. (1)

    Учебное пособие
    Учебное пособие, обобщающее 25 лет научной работы автора, посвящено неклассической мето­дологии анализа реальности бессознательного, де­ятельности, психических процессов, личности и не­вербальной коммуникации.
  2. Учебное пособие, обобщающее 25 лет научной работы автора, посвящено неклассической мето­дологии анализа реальности бессознательного, де­ятельности, психических процессов, личности и не­вербальной коммуникации. (3)

    Учебное пособие
    С момента первого издания в 1979 году монографии «Деятельность и установка», открывающей эту книгу, в мире произошли разительные изменения. Страну, казав­шуюся ее жителям столь же вечной и незыблемой, как некогда казалась жителям Рима
  3. Учебное пособие для вузов Москва 2001 ббк

    Учебное пособие
    Учебное пособие, написанное в соответствии с требованиями Госстандарта по курсу философии и методологии науки, заполняет возникший дефицит учеб­ной литературы по данной дисциплине.
  4. Учебника для студентов высших учебных заведений, обучающихся по специальностям: «Культурология»

    Список учебников
    Рекомендовано Министерством общего и профессионального образования РФ в качестве учебника для студентов высших учебных заведений, обучающихся по специальностям: «Культурология»,
  5. Российской академии образования, чьи книги издавались и переиздавались не только на русском, но и на многих иностранных языках. Isbn 5-86225-812-4

    Учебное пособие
  6. Задачи истории психологии Глава II античная психология общий очерк развития античной психологической мысли воззрения на природу психического (1)

    Документ
    Между Сциллой и Харибдой – механицизмом и антропоморфизмом Познаваемасть психических актов СОЦИАЛЬНАЯ И КУЛЬТУРНО-ИСТОРИЧЕСКАЯ ПСИХОЛОГИЯ «Психология народов» «Коллективный организм» Вклад психоневрологов Внушение и подражание Э.Дюркгейм:
  7. А. В. Карпов (отв ред.), Л. Ю. Субботина (зам отв ред.), А. Л. Журавлев, М. М. Кашапов, Н. В. Клюева, Ю. К. Корнилов, В. А. Мазилов, Ю. П. Поваренков, В. Д. Шадриков

    Документ
    А. В. Карпов (отв. ред.), Л. Ю. Субботина (зам. отв. ред.), А. Л. Журавлев, М. М. Кашапов, Н. В. Клюева, Ю. К. Корнилов, В. А. Мазилов, Ю. П. Поваренков, В.
  8. О. А. Кривцун

    Список учебников
    Учебник построен с учетом новейшей мето­дологии эстетического знания, включающей опыт культурологии, социальной психологии, философии, исскусствознания.
  9. Кривцун О. А. К 82 Эстетика: Учебник (1)

    Список учебников
    Процессы интеграции современной эстетики с культурологией, искусствоведением, социологией, психологией, философией, позво­ляющие осуществлять анализ традиционных и новых проблем на ос­нове междисциплинарного синтеза, привели к существенному

Другие похожие документы..