Сто великих путешественников

пока не умрет или не отдаст то, что заплатили за него И совсем не засчитывают

ему в его цену ничего за служение господину

А страна их надежная Когда мусульманин имеет дело с кем-нибудь из них и славянин

обанкротился, то продает он и детей своих и дом свой и отдает этому купцу долг.

40

100 ВЕЛИКИХ ПУТЕШЕСТВЕННИКОВ

АЛ-ГАРНАТИ АБУ ХАМИД

41

Славяне храбры. Они придерживаются византийского толка несторианского

христианства.

А вокруг них - народность, живущая среди деревьев, бреющая бороды. Живут они на

[берегах] огромной реки и охотятся на бобров в этой реке. Мне рассказывали о

них, что у них каждые десять лет становится много колдовства, а вредят им их

женщины из старух колдуний Тогда они хватают всех старух в своей стране,

связывают им руки и ноги и бросают в реку: ту старуху, которая тонет, оставляют

и знают, что она не колдунья, а которая остается поверх воды - сжигают на огне"

Упоминаемый Абу Хамидом после славян народ, живущий в лесах и бреющий бороды, -

это, очевидно, мордва.

"Я оставался у них с караваном длительное время, страна их безопасна Ха-радж они

платят булгарам. И нет у них религии, они почитают некое дерево, перед которым

кладут земные поклоны. Так мне сообщил тот, кто знает их обстоятельства.

И прибыл я в город [страны] славян, который называют "Город Куйав" [Киев] А в

нем тысячи "магрибинцев", по виду тюрков, говорящих на тюркском языке и стрелы

мечущих, как тюрки. И известны они в этой стране под именем бедж-н[ак].

И встретил я человека из багдадцев, которого зовут Карим ибн Файруз ал-Джаухари,

он был женат на (дочери) одного из этих мусульман. Я устроил этим мусульманам

пятничное моление и научил их хутбе, а они не знали пятничной молитвы".

Поразительно, что Абу Хамид ничего, кроме "тысячи сынов магрибинцев", не заметил

в Киеве. Впрочем, его интересуют торговля, верования, обычаи, меньше - внешний

вид городов или местностей. Киев запечатлелся в его памяти только в связи с его

"миссионерской" деятельностью.

Народом, разговаривающим "по-тюркски" и жившим в Киеве, были печенеги.

Знакомство с печенегами, кочевья которых протянулись от Волги до Дуная,

несомненно, сыграло роль в выборе дальнейшего маршрута - Абу Хамид едет в

Венгрию, где кочевники-тюрки, в значительной части исламизированные, составляли

важнейшую ударную силу в руках венгерских королей. Здесь ал-Гарнати также

выступает в роли наставника мусульман-кочевников' одних он учит обрядности,

другие становятся его учениками

"Я пробыл среди них три года, но смог посетить только четыре города. А эта

область расположена от Великой Румии до границ Кустантинийи. И в ней есть горы,

в которых добывают золото и серебро".

Абу Хамид отмечает изобилие и богатство Венгрии, дешевизну на ее рынках, в

частности дешевизну рабов, и в особенности во время набегов.

Абу Хамид обучает венгерских печенегов, так же как и киевских, пятничной молитве

и "кое-чему" из богословия и, явно приписывая себе эту заслугу, но, вероятно,

преувеличивая, утверждает' "А сейчас у них больше 10 000 мест, где в пятницу

произносят хутбу явно и тайно. ."

В Венгрии ал-Гарнати прожил три года (1150-1153), подошла старость, пора

было исполнить долг мусульманина - совершить паломничество в Мекку. Король Геза

не хотел отпускать его из Венгрии (вероятно, ал-Гарнати действительно

пользовался влиянием на мусульман Венгрии) и согласился на его отъезд лишь при

условии его возвращения в Венгрию. В залог этого пришлось оставить старшего сына

Хамида.

Абу Хамид отправился в Саксин, приняв на себя от Гезы поручение взять с собой

посланца, чтобы набрать воинов из беднейших мусульман и тюрков, и какое-то

дипломатическое поручение к "царю славян", т. е., очевидно, к великому князю

Киевскому Изяславу.

"И когда я прибыл в страну славян, то царь ее оказал мне почет, уважая его

письмо и боясь его [царя Венгрии]. И перезимовали мы у него, а к весне выехали в

страну тюрок, направляясь в Саджсин".

Из Киева в Саксин Абу Хамид отправился южным путем, через половецкие степи. "Из

Саксина Абу Хамид плыл морем месяц в Хорезм, большую страну, где много городов,

селений, рустаков, страну, богатую фруктами, славную своими учеными и

поэтами..." Абу Хамид попал в Хорезм в период подъема политического могущества

хорезмшахов.

После посещения Мекки он не поехал ни в Венгрию, ни в Саксин, где оставалась

часть его семьи, а возвратился в Багдад, где его давний знакомый Ибн Хубайра

пятый год был везиром халифа ал-Муктафи Ибн Хубайра приветливо его встретил и

даже добыл рекомендательное письмо к сельджукскому султану Конии с просьбой

содействовать ал-Гарнати в возвращении в Венгрию, чтобы забрать семью.

Однако что-то помешало ему воспользоваться письмом халифа, и он остался в Ираке.

За сорок лет странствий ал-Гарнати повидал столько необычайного, сколько не

снилось его собеседникам в Багдаде: Геркулесовы стопы и далекую Венгрию, морозы

и короткие летние ночи Булгара, бревенчатые избы и огромную реку Итиль, кишмя

кишащую необычайно вкусной рыбой. Все это было настолько удивительно, что

слушатели охотно верили и рассказам о девушке, вышедшей из китового уха, и

всяким другим небылицам.

Трудно сказать, что побудило ал-Гарнати отправиться в путешествие. Искать себе

учителей в захолустье мусульманского мира после Каира, Дамаска и Багдада он,

конечно, не мог, да и возраст был уже не тот. Может быть, его подтолкнуло

любопытство в сочетании с расчетом извлечь в этих краях наибольшую выгоду из

своих знаний; несмотря на солидный возраст, Абу Хамид полон энергии и

миссионерского пыла - всюду он наставляет местных мусульман, не искушенных в

тонкостях вероисповедания и мусульманского права В Дербенте (или в одном из

селений под Дербентом) его принимает эмир, которому он преподает уроки

мусульманского права, в Саксине у него собираются местные правоведы, к нему

приходят за разрешением трудных случаев.

Вообще, активность ал-Гарнати в 50-60-е годы XII века, когда ему было от 70 до

80 лет, вызывает удивление. Если даже допустить, что это был очень крепкий

старик (в Венгрии у него родился ребенок), то все же странно, что учиться в

42

100 ВЕЛИКИХ ПУТЕШЕСТВЕННИКОВ

ДОЛЬСКИЙ ВЕНИАМИН

43

Египет он поехал только в возрасте тридцати семи лет, а первый сын родился,

когда ему было за сорок Быть может, в год рождения ал-Гарнати вкралась ошибка и

он родился в 1099 или 1100 году7 Тогда многое станет на место в Каире он

окажется в 17 лет, а годы наибольшей активности в Саксине и Венгрии придутся на

его зрелый возраст Тем более что о своем пребывании в Андалусии он сообщает мало

сведений, основанных на личных впечатлениях Но это только предположение

некоторых историков

Восхищенные слушатели упросили Абу Хамида записать свои рассказы о виденном и

слышанном Он решился не сразу "Если бы не эти достойные имамы, которые просили

меня и желали, чтобы был собран этот сборник, ибо не считаю себя способным к

сочинительству", - писал он в конце первого своего сочинения, Му'риб ан ба'д

аджаиб ал-Магриб ("Ясное изложение некоторых чудес Маг-риба"), которое посвятил

Ибн Хубайре

Успех книги превзошел ожидания автора, скептически смотревшего на свои

способности Через семь лет, в 1162 году, будучи в Мосуле, он написал второе

сочинение, озаглавленное сначала Тухфат ал-албаб ("Подарок умам"), а затем в

несколько более полной редакции получившее то название, под которым оно более

всего известно Тухфат ал-албаб ва нухбат ал-а'джаб ("Подарок умам и выборка из

чудес") Это сочинение было прочитано автором в нескольких лекциях в келье Му'ин

ад-Дина, закончившихся 22 марта 1162 года, слушавшие получили разрешение автора

распространять его на основании их записей

Окончив Тухфат ал-албаб, ал-Гарнати переехал в Сирию, где и скончался в 1169-

1170 году Сочинения ал-Гарнати стали очень популярными "Абу Хамид угадал спрос

будущих поколений, и с этого времени жанр космографии, окрашенных элементами

чудесного, делается особенно популярным" Вероятно, именно поэтому первое его

сочинение, в меньшей степени отвечающее такому спросу, целиком сохранилось

только в одной рукописи (в библиотеке Академии истории в Мадриде), тогда как

Тухфат ал-албаб представлена по крайней мере 26 рукописями

7. ТУДЕЛЬСКИЙ ВЕНИАМИН

С - 1173)

Еврейский путешественник XII века. За тринадцать лет (1160-1173) объехал почти

весь известный тогда мир. Написал книгу с описанием этого путешествия.

Вениамин (Бен-Иона) Тудельский, испанский еврей из города Тудела, в На-варрском

королевстве, посетил Марсель, Рим, Валахию, Константинополь, Палестину, Ниневию,

Багдад, Вавилон, Шираз, Самарканд, Тибет, Цейлон, Красное море, Египет, Сицилию,

Италию, Германию и Францию

В 1160 году он отплыл из Барселоны в Марсель, а затем отправился в Геную Из

Генуи он прибыл в Рим, затем посетил Неаполь и другие южные города Из Италии

Вениамин переправился в Грецию и в Константинополь Он сообщает интересные

подробности о столице греческого царства

В то время императором Византии был Мануил Комнин, который Жил в роскошном

дворце на берегу моря "Там возвышались, - говорит Вениамин, - колонны из чистого

золота и серебра золотой трон, усыпанный драгоценными камнями, над которым

золотая корона, свешивающаяся на золотых цепях, оказывалась как раз на голове

императора, когда он садился на престол Камни, украшавшие эту корону, были столь

редки, что никто не мог их оценить, и ночью не было надобности в огне, так как

было совершенно светло от блеска

этих драгоценностей"

Путешественник сообщает, что купцы стекаются в Константинополь изо всех стран, и

этот город так густо населен, что может идти в сравнение с одним только Багдадом

Жители Константинополя носят шелковые одежды, украшенные дорогим шитьем и

золотой бахромой Когда встречаешь их в этих дорогих нарядах, верхом на лошадях,

можно подумать, что это принцы крови На случай нападения или обороны они

содержат наемников всех наций, которые в любую минуту готовы пролить за них свою

кровь

Из памятников Константинополя Вениамин упоминает о храме святой Софии, в котором

"приделов (добавочных алтарей) столько же, сколько дней в году, а колонн и

паникадил такое множество, что их невозможно сосчитать" Кроме того, он дает

описание ипподрома, в котором для забавы народа показывают борьбу "львов,

медведей, тигров, а также диких гусей и многих других птиц"

Из Константинополя Вениамин Тудельский переправился в Малую Азию,

44

100 ВЕЛИКИХ ПУТЕШЕСТВЕННИКОВ

где посетил города Триполи, Бейрут, Тир, Сидон, Акку, Самарру Отсюда путь его

лежал через Иерусалим, Вифлеем и Хеврон в Дамаск, бывший в то время столицей

турецкого царства. Дамаск произвел на путешественника сильное впечатление своей

роскошью и благоустройством.

"Город, - говорит Вениамин, - окружен фруктовыми садами; на всей земле нет

страны более плодоносной. Город расстилается у подошвы горы Гермона, на которой

берут начало две реки - Амана и Фарфар; первая протекает через середину города,

и из нее проведена вода во все большие дома, на площади и рынки Дамаск ведет

торговлю со всем миром У измаилитов есть в Дамаске мечеть, называемая Гоман-

Дамаск, то есть храм Дамаска. В этом храме есть стеклянная стена, имеющая триста

шестьдесят пять отверстий. Солнце, спускаясь по двенадцати делениям, по числу

часов в дне, входит каждый час в одно из этих отверстий, благодаря чему эти

отверстия позволяют каждому узнать, который час".

Покинув Дамаск, Вениамин Тудельский посетил Баальбек-Небек - Гелиополис греков и

римлян, построенный Соломоном; затем он приехал в Тудмур или Пальмиру, потом в

Газу, сильно разрушенную землетрясением После этого Вениамин отправился в

Месопотамию, посетил Мосул на Тигре, Ниневию и Багдад - столицу и резиденцию

арабских калифов, поразившую путешественника своей красотой.

Вениамин совершил также поездку к развалинам Вавилона, побывав на том месте,

где, по преданию, возвышалась некогда вавилонская башня, "построенная народами

до потопа". "С этой башни, - говорит Вениамин, - открывалась даль на двадцать

миль в окружности, но огонь, упавший на башню с неба, разрушил ее до основания и

сравнял с землей".

Посетив потом много других городов, неутомимый путешественник попал, наконец, в

город Басру, лежащий на Тигре у оконечности Персидского залива. Об этом

значительном торговом городе путешественник не сообщает никаких подробностей.

Оттуда он отправился в Персию и задержался некоторое время в большом,

полуразрушенном городе Хузестане, который разделяется рекой Тигр на две части:

богатую и бедную. Вениамин объехал почти всю Персию и через Хамадан прибыл в

Исфахан, столицу страны, имевшую двенадцать миль в окружности.

Далее рассказ путешественника не отличается определенностью- мы видим его то в

Ширазе, то в Самарканде, то у подошвы Тибетских гор Отсюда Вениамин возвратился

в Низампур и Хузестан на берегах Тигра, затем, после двухдневного плавания, он

достиг Эль-Катифа - арабского города у Персидского залива, где добывают жемчуг.

Переправившись через Оманское море, Вениамин прибыл в Хулан (Куилон) на

малабарском берегу Индостана По его словам, "в этой стране хорошо произрастают

перец, корица, имбирь и другие пряности".

Перебравшись на остров Цейлон, жители которого фанатически поклоняются огню,

путешественник отправился оттуда в Китай. Но из описания путешествия не ясно,

достиг ли он в действительности этой страны.

Далее Тудельский снова объявляется на Цейлоне и вслед за тем на острове, по всей

вероятности Сокотре, при входе в Аденский залив. Переправившись после

КАРПИНИ ДЖИОВАННИ ПЛАНО ДЕЛЬ

45

этого через Красное море, он приехал в Абиссинию, которую называет "Индией на

суше". Спустившись вниз по течению Нила, он достигает вслед за тем местечка

Холван, а оттуда, через знойную пустыню Сахару, приезжает в Каир.

Каир, по словам путешественника, большой город, украшенный площадями и лавками;

там никогда не бывает дождя, но Нил, выходящий ежегодно из берегов, орошает

страну на пространстве "пятнадцати дней пути", что и делает ее необыкновенно

плодородной.

Из Каира Вениамин проехал в Александрию, основанную некогда Александром

Македонским. "Александрия, - говорит он, - большой торговый город, куда

съезжаются купцы со всех частей света; город этот чрезвычайно многолюден, а

улицы его так длинны, что кажутся бесконечными. В море, на целую милю от берега,

вдается плотина, на которой стоит высокая башня, сооруженная еще Александром

Великим; на вершине этой башни установлено стеклянное зеркало, в которое можно

видеть находящиеся на расстоянии пятидесяти дней пути корабли, идущие из Греции

или с запада" "Эта светящаяся башня, - добавляет Вениамин, - служит еще и теперь

маяком для всех плывущих в Александрию, так как она видна за сто миль не только

днем, но и ночью, благодаря большому светильнику, горящему на ее вершине".

Из Египта Вениамин направился в Италию, а оттуда - через Германию - он попал в

Париж. Описанием Парижа Тудельский и заканчивает повествование о своих

путешествиях. Несмотря на некоторую сбивчивость изложения, это описание

представляет ценный памятник географических знаний середины XII столетия.

Во время своих беспримерных для той эпохи скитаний Тудельский собрал сведения и

о Руси. Он сообщал, что вся страна "наполнена горами и лесами", в которых

водится драгоценный соболь, о том, что русские зимы отличаются нестерпимыми

холодами.

Описание путешествий Вениамина Тудельского было опубликовано в 1543 году в

Константинополе; затем книга была выпущена в Ферраре, Антверпене, Фрей-бурге и

других городах.

Вениамин Тудельский считается первым европейским путешественником, посетившим

страны Востока.

8. КАРПИНИ ДЖИОВАННИ ПЛАНО ДЕЛЬ

  1. Сто великих мореплавателей

    Документ
    Почему божественных9 Наверное, потому, что там было так много всего, о чем только мечтал человек, - там били винные ручьи и росли деревья с молодильными плодами, путников ублажали прекрасные дивы, все были свободны и счастливы и у
  2. Сто великих® археологических открытий

    Документ
    Громкое заявление о том, что человек произошел от обезьяны, прозвучало задолго до того, когда были обнаружены первые реальные факты, подтверждающие или опровергающие это утверждение История открытий останков ископаемых высших приматов (гоминидов),
  3. Сто великих загадок природы (1)

    Документ
    Про Тунгусский метеорит написаны уже тома. Каких только объяснений его феномена не предлагали. Наиболее невероятной казалась гипотеза писателя-фантаста Александра Казанцева, предположившего, что над тунгусской тайгой потерпел катастрофу
  4. Сто великих заповедников и парков (1)

    Документ
    После того как была изобретена система ирригации, появилась возможность создавать сады для того, чтобы в них выращивать овощи и фрукты специально для продажи Новый этап в садовом искусстве начался с появлением плугов с железными лемехами.
  5. Сто великих заповедников и парков (2)

    Документ
    После того как была изобретена система ирригации, появилась возможность создавать сады для того, чтобы в них выращивать овощи и фрукты специально для продажи Новый этап в садовом искусстве начался с появлением плугов с железными лемехами.
  6. Сто великих загадок XX века

    Документ
    С этого момента все дни, какие Толлю еще оставалось прожить на свете, были подчинены мечте о достижении увиденного острова Но сделаем еще некоторое отступление во времени - в год 1810-й, когда устьянский "промышленник"
  7. Сто великих мифов и легенд (1)

    Документ
    Отличительное свойство мифов, по мнению большинства исследователей, заключается в том, что они создавались и бытовали в то время, когда все рассказанное в них воспринималось как безусловная истина.
  8. Сто великих мифов и легенд (2)

    Документ
    Отличительное свойство мифов, по мнению большинства исследователей, заключается в том, что они создавались и бытовали в то время, когда все рассказанное в них воспринималось как безусловная истина.
  9. Сто великих мифов и легенд (3)

    Документ
    Отличительное свойство мифов, по мнению большинства исследователей, заключается в том, что они создавались и бытовали в то время, когда все рассказанное в них воспринималось как безусловная истина.

Другие похожие документы..