Из книги

Из книги

“Традиция, Догмат, Обряд”

Диакона Андрея Кураева.

Местами этот труд исправлен и сокращен Епископом Александром.

Содержание:

Из книги

Традиция, Догмат, Обряд”

Диакона Андрея Кураева.

Предисловие.

Три течения.

Изменение значения духовных терминов.

Ценность Православия.

Предмет Предания.

Старец, отец духовный.

Два уровня бытия.

Предание и Евхаристия.

Предание — воплощение веры.

В центре Предания — Евхаристия.

Причастие — не символ, а реальность.

Живое соединение со Христом.

Связь Преданий с Литургией.

Литургия — источник духовной силы.

Предание и Писание.

Вопрос первичности.

Предание — не формулы, а дух.

Развитие предания.

Дух Святой Действует в Церкви и по сей день.

Живой опыт Богообщения.

Писание неотделимо от Предания.

Вопрос канона Библии.

Предание обеспечивает правильность понимания Писания.

Протестантское искажение Писания.

Православный принцип толкования Писания.

Христос Церковного Предания.

Личность Христа в центре апостольской проповеди.

Человечность Христа.

В центре учения, не моральные правила, а именно Христос.

Христос в первую очередь проповедует веру в Себя.

Сущность христианства — общение с Христом.

Протестантизм не понял главного в христианстве.

Христос и Будда.

Христианство — не религия книги.

В центре Литургии — благодарение за пришествие Спасителя.

Сила таинства крещения — в личности Бога воплотившегося.

Догмат.

Забота апостолов о чистоте учения.

Необходимость вероучительных формул.

Цель догмата оградить истину.

Преодоление языческого миропонимания.

Соборы вырабатывают точную терминологию.

Преодоление языческих идей.

Попытки умиротворения через компромисс.

Догматы — фундамент для развития мысли.

Ересь.

Допустимость теологуменов.

Сущность ереси.

Полнота истины — в познании Христа.

Пример расхождения:

Православие и Католичество.

Несовместимость путей духовного опыта.

Поощрение фантазии.

“Прелесть.”

Поощрение ложной мистики.

Главное условие — признать Папу.

Наша сила — в хранении чистоты веры.

Умаление Святого Духа.

Стремление к порабощению Православия.

Искушения традиции.

Искушение традиционализмом.

Искушение личностью.

Опасность мифов.

Восстановление древнерусского язычества.

Консерватизм и фундаментализм.

Путь современного священника.

Наплыв сектантства.

Наши “книжники и фарисеи.”

Поиск “золотого” века.

Покаяние, как путь к обновлению.

Обновление традиции.

Дорогое хранится.

Побуждения к реформам.

Стремления изменить сущность Православия.

Верность вечному.

 Обряд.

Значение действий и жестов.

Священные формы помнятся всю жизнь.

Молитва “чужими” словами.

Храм — иной мир.

В помощь молящимся.

Икона и иноки.

Смысл второй заповеди.

Спаситель — явил миру Неводимого.

Седьмой Вселенский собор.

Несостоятельность протестантизма.

Чудотворные иконы.

Символика иконы.

Монашеское искусство.

Преодоление субъективности.

Икона и Литургия.

Одухотворение мира.

Различие антропологических воззрений.

Post scriptum.

Предисловие.

Вопрос о сути церковной Традиции1 никак не отнести к числу академически-отвлеченных. Разлом исторического пути России поставил нас в такое уникальное положение, при котором то, чем станет Россия и чем станет российское православие завтра — зависит от нашего сегодняшнего выбора. Реальный разрыв всех традиций позволяет свободно решить: какие ниточки стоит сопрячь, какие — оставить в исторических описаниях. “Какой ты хочешь быть Россией — Россией Ксеркса иль Христа?” (В. Соловьев). Промыслом нам дарована великая свобода. Но там, где свобода — там и искушения. Из того, что нечто имело место в русском прошлом, никак не следует, что это нечто историей освящено и христианизировано и что в качестве святыни православной или национальной оно должно быть восстановлено. С Традицией Церкви было переплетено немало таких местных обычаев и преданий, которые фактически чужды православию. Нередко сегодня православно-русскими традициями называются те языческие предрассудки, с которыми Церковь веками боролась.

Вот типичный “православный гороскоп” наших дней: “В Великую среду собирали по оврагам снег, натаявшую воду солили прошлогодней “четверговой” солью и этой водой обливали всю скотину на дворе. Считалось, что обряд предохраняет двор от всякой напасти на целый год... Великая Суббота. Христос во гробе. Красильная суббота — красили яйца. Заклинали морозы-утренники, чтобы они не избили льна.” О Великом Четверге сказано, что в этот день надо мыться, еще — “чтобы водились деньги, их принято считать в четверг утром.” То, что в это самое утро все христиане исповедуются и причащаются — автор публикации обошел молчанием.2 А вот — Пасха: “Вообще с Пасхой связаны очень интересные суеверные обычаи, обряды и приметы. В пасхальную ночь, говорят, можно беседовать с умершими. Для этого надо после заутрени прийти на кладбище, помолиться Богу, совершить три земных поклона, лечь на землю и громко крикнуть: “Христос воскресе, покойнички!” На это покойники ответят: “Воистину воскресе!”3 Много ли есть в России массовых светских газет, которые к каждому значимому церковному празднику помещали бы проповедь православного священника? А много ли есть таких газет, которые не помещали бы по тем же самым поводам бреда, подобного только что приведенному? Давно известно, что “газета — это коллективный организатор.” Так какое же это “православие” собрались сорганизовать на Руси газетчики-этнографы? Поистине, нужно иметь совсем уж сожженную религиозную совесть, чтобы после таким образом преподанного “православия” не уйти к баптистам.

Подделок под православные традиции очень много. Как отличить их от подлинного Предания Церкви? Здесь не повод для исторического исследования, культурологических сопоставлений и феноменологических опытов. Богословие сегодня — это не отвлеченность и не предмет занятий узкого круга профессионалов. Богословие — это вопрос духовной безопасности, вопрос просто духовного выживания.

Ереси и культы, как будто давно погребенные в истории, под лучами “перестройки” оттаяли и вышли наружу. Для России коммунизм оказался своеобразной “машиной времени”: религиозная история вернулась вспять. Сегодня, не выезжая за пределы Москвы, можно изучить все верования, когда бы то ни было бывшие на Земле. Желаете приобщиться к “эзотерическим знаниям” язычества? — Общества Рерихов к вашим услугам. Хотите увидеть живых богомилов, альбигойцев или хлыстов? — Пожалуйте на собрания “Богородичного центра.” Дворцы культуры приглашают на камлания шаманов. В университетских общежитиях создаются кришнаитские и буддистские ашрамы.

Как будто из полузабытых учебников истории пришли к нам иезуиты и анабаптисты, кальвинисты и мормоны. Уверенность нынешнего россиянина в том, что любая дорога ведет к Храму, что любая “духовность” — это благо, делает его беззащитным перед любым гуру, который подойдет к нему с каким бы то ни было “писанием” в руке. А, значит, пора изучать уже не “историю религии,” а сравнительное богословие. Пора не просто заявлять о своей симпатии к “духовным сокровищам Православия,” а приложить усилия к действительному ознакомлению с ними.

Три течения.

Положительное изложение православного миропонимания сегодня невозможно без сравнения его с иными версиями христианского и нехристианского решения религиозных вопросов. Поэтому мы сразу обозначим три идеологии, в сопоставлении с которыми будет развертываться повествование.

1. Первым постоянным оппонентом моих рассуждений будет протестантизм. В Россию сегодня хлынули самые бескультурные, богословски и философски наиболее примитивные и нигилистические (по отношению к православию) группировки протестантского мира. У англикан или немецких лютеран хватает такта, чтобы не разворачивать свои миссии в России, духовно искореженной десятилетиями государственного атеизма. Но сотни американских и корейских сект бесцеремонно занимаются мародерством на глазах обессиленной Православной Церкви.

По вопросу об отношении к Преданию у всех протестантов позиция в общем единая, поэтому, чтобы не перечислять каждый раз — “по мнению баптистских, пятидесятнических, адвентистских, харизматических богословов” — в данной работе я буду обобщать их словом “протестанты,” несомненно, тем самым сужая смысл этого термина, приложимого к весьма многообразным духовным движениям. Какой конкретный смысл имеет слово “протестантский” в этой книге, можно определить “остенсивным”4 способом — через указание на сам предмет. Это — те христианские некатолические группы, которые развернули активную прозелитскую деятельность на территории России, занимая при этом антиправославную позицию.

2. Второй оппонент — это оккультно-эзотерические трактовки церковного Предания, полагающие, что Христос завещал апостолам некоторые тайные доктрины, которые теперь необходимо обнародовать. Предстоящее повествование даст нам несколько поводов для предметной полемики с идеологией оккультизма. Пока же замечу лишь, что строится она на исходном, вполне очевидном, а потому — просто глупом противоречии. “Эзотеричность” теософии объясняется необходимостью скрывать “тайные знания” от религиозно невежественной толпы. Но можно ли сказать, что толпы сегодняшних американцев или жителей постсоветской России более духовно просвещены, чем носители античной или средневековой культуры? От людей, чей быт и образ жизни был всецело пропитан религией — “эзотерику” надо было скрывать. А вполне стандартных атеистов можно приглашать в “дома культуры” для выдачи им “сверхсекретных знаний”! Итак, что именно составляет предмет христианского Предания и допускают ли раннехристианские свидетельства о Предании оккультную интерпретацию — об этом тоже пойдет речь в этой книге.

3. И, наконец, третья идеология, в постоянной полемике с которой будет развертываться повествование — это атеистически-светское гнушение церковной “обрядностью” и “догматикой,” полагающее, что “главное — иметь в сердце какую-нибудь веру.” Нашей задачей будет доказать, что многовековое развитие христианской церковной жизни всецело следовало учению Иисуса Христа.

Изменение значения духовных терминов.

Наш разговор тем сложнее, что в Новое время произошла порча того языка, на котором говорит Церковь. Литература христианского средневековья для современного светского читателя в значительной мере “иероглифична.” Ключевые слова благодать, искушение, подвиг, грех, спасение, смирение, страсть, прелестьдля современного читателя изменили свой прежний смысл и иногда воспринимаются в противоположном значении. Слова ортодоксальный, догматический, традиционный приобрели отрицательную окраску. В слове “обряд” также стало слышаться что-то холодное и мертвое. Напротив, слово еретик вдруг стало респектабельным, превратившись в синоним “свободомыслящего,” творческого человека.

В Церкви же понимание этих слов осталось прежним. Но именно тождество слов мешает заметить различие стоящих за ними смыслов, а, следовательно, мешает вести диалог. Те смыслы, которые вкладывает в эти слова современная журналистика, известны каждому, учившемуся в светской школе. Одна из целей настоящей книги — выяснить и объяснить, как Церковь понимает эти слова. Но это будет не филологическая работа, не историческое исследование источников, и предстоит нам не спор о словах. Почему столь упорна Церковь в отстаивании своей веры? Почему несмотря на прошедшие тысячелетия она повторяет одни и те же мысли? Почему несмотря на свою неизменность, она все же не осталась в “средневековом” прошлом? — вот некоторые из тех вопросов, о которых пойдет речь в этой книге.

Ценность Православия.

Вопрос о церковной традиции и религиозном консерватизме находится в числе тех вопросов, которые вызывают наиболее резкие дискуссии среди светских людей, всматривающихся в религиозную жизнь. У каждого есть свои страхи и свои надежды. Одних пугает фундаментализм, других страшит модернизм. Кого-то радует кажущаяся неизменность внешних форм духовной традиции (понимаемая как этнографическая самоидентичность), а другого она беспокоит.

Не надо стыдится Православия и считать, что его надо перекраивать в угоду мистическим, интеллектуальным или политическим модам. Историки отказались от плоского европоцентризма, каким он был в 19 веке. Сегодня индиец получил право быть индийцем, и его отличительность от итальянца не воспринимается как некая ущербность. И в том, что японец не похож на немца, уже не усматривают отсталость и недостаток. Осталось сделать еще один шаг и признать, что русский имеет право быть русским, и православный имеет право быть православным христианином.

Сегодня в России Православие — непонятная религия. Русские люди больше знают об у-шу или карма-йоге, чем о Православии. Книжные лотки забиты пропагандистскими изложениями самых диких языческих или протестантских вероучений. Позвольте же и мне предложить опыт Православной апологетики. Именно: не ученого богословского исследования, а апологетики.

Разговор о Предании важен и помимо всякой полемики со “внешними.” Он важен и для нас самих, для людей, уже вошедших в православие. Для Церкви необходим разговор о том, как воплощать свое Предание в нехристианском мире.

  1. Из книги (2)

    Документ
    В философском познании мы стремимся уяснить себе внутренний смысл процесса нашего изучения, и эта задача в отношении истории человечества приводит нас к привнесению религиозной точки зрения в область наблюдения исторических событий.
  2. Из книги Джона Дж. Мэрфи “Технический анализ фьючерсных рынков: теория и практика” Философия технического анализа

    Документ
    Прежде чем приступать к изучению методов и средств, исполь­зуемых для технического анализа товарных фьючерсных рын­ков, необходимо прежде всего определить, что же, собственно, представляет собой технический анализ.
  3. Из книги «История Шотландской Реформации» Дж. Д. Макки (1960)

    Документ
    В начале XVI века Англия характеризовалась гуманистами, но никто из них не отделял себя от старой Церкви. Однако такой гуманист, как Коле, смело подходивший к изучению Нового Завета, руководствовался восхвалением принципа простоты
  4. Из книги «История Северска» Глава 12. Не хлебом единым

    Документ
    Вместе с сооружением Сибирского химического комбината в Северске строились жилые дома и объекты соцкультбыта. В ноябре 1951 г. для вновь прибывших был построен клуб «Родина», который находился в самой обжитой части города по улице
  5. Из книги М. Марфина и А. Чивурина «что такое квн?»

    Документ
    (Издание 2-е дописанное, но не дополненное, 2002 г.) ЧАСТЬ 1ЧТО ТАКОЕ КВН?Да. Действительно. Что же это такое?И не надо считать этот вопрос праздным и риторическим.
  6. Из книги: Справочное пособие по социальной работе

    Документ
    Менеджмент в социальной работе является одним из видов социального управления, т. е. такого управления, где главным субъектом и объектом вы­ступает ЧЕЛОВЕК.
  7. Из книги: Антология педагогической мысли: в 3 т. Т. Русские педагоги и деятели народного о трудовом воспитании и профессиональном образовании. / Сост. Н. Н. Куз ьмин. – М.: Высш шк., 1989. Разработка теории трудового воспитания и профессионального образования в России

    Документ
    (Из книги: Антология педагогической мысли: В 3 т. Т. 2. Русские педагоги и деятели народного о трудовом воспитании и профессиональном образовании. / Сост.
  8. Из книги "История Кабардино-Балкарии" под ред проф. Кумыкова Т. Х

    Документ
    БАЛКАРИЯ С ДРЕВНЕЙШИХ ВРЕМЕН ДО XIV ВЕКАПРОИСХОЖДЕНИЕ БАЛКАРЦЕВ Кавказский элемент формирования балкарского народа Тюрко - кочевнический пласт Балкаро - карачаево - шумерские параллели Вклад древнейших предков балкарцев в материальную
  9. Из книги воспоминаний бывшего командующего 30 армией Западного фронта дважды Героя Советского Союза, генерала армии Д. Д. Лелюшенко

    Документ
    15 ноября враг предпринял новое наступление на Москву._ На этот раз он обходил ее с севера, со стороны Калинина, нанося главный удар на Клин, а на юге — в направлении Тулы.

Другие похожие документы..