Психологический потенциал фольклора в этнокультуре материалы 2-й Международной научно-практической конференции по проблемам психологической культуры

Г. В. Акопов

Фольклорные способы психологической саморегуляции

Фольклор рассматривается как одна из составляющих народной культуры. В отечественной науке последних десятилетий понятию «народная культура» отводится незаслуженно мало места. Функциональность ряда проявлений культуры может служить ключом для психологического поиска и объяснения «инвариантов культуры».

Функция непрерывной трансляции культуры присутствует во всех сферах жизнедеятельности (труд, быт, развлечения) и охватывает любые проявления активности человека: посредством обычаев, обрядов, ритуалов транслируются деятельность и поведение; посредством этикетных норм ― общение; через мифы, предания ― сфера сознания. Таким образом, если не целостность, то полнота жизни в ее психологической триаде «знание – переживание – действие» неизменно достигается в непрерывном структурировании как внешнего по отношению к человеку мира, так и внутреннего, психологического мира.

Тезис о детерминирующей роли стремления к полноте жизненных актов в форме психологической триады «знание – эмоция – действие» объясняет многие парадоксальные явления повседневной жизни. Отметим также, что конативная (поведенческая) часть триады может существовать как потенциально достижимая, создавая иллюзию полноты.

Рассмотрим идею на примере одного из оберегов (оберег дома). «Когда одна остаешься дома ночевать, надо сказать три раза: Господи, благослови, Христос! Домочек-избушечка. Окладны бревешечки. Наокруг домочка, Наокруг дворочка.. Крыша медна, Тын железный, Ограда каменна. Ангелы в окошко, Богородица во двери. Сам Иисус Христос В большом углу сидит Со ангелами, Со архангелами». Особый ритм, тональность, подбор слов и звуков, по-видимому, индуцируют состояние уверенности, спокойствия, безопасности. Не вызывает сомнения психологическая направленность данной процедуры.

Конечно, не все выработанные в народном опыте формы «культурной защиты» имеют психотерапевтический характер. Необходим специальный функционально-психологический анализ устойчивых (в прошлом или настоящем) форм культурной жизни общества с рассматриваемых позиций. В этнографии и фольклористике эта линия анализа, к сожалению, явно не представлена. Между тем отмеченный выше принцип полноты обнаруживается во многих «произведениях» народной педагогики. Рассмотрим для примера следующий оберег от криков у ребенка. «Если ребенок очень часто кричит, то с ним выходят на улицу три зори и, обращаясь по вечерам на запад, а по утрам на восток, говорят: Заря-зарница, красная девица! Возьми от младенца такого-то крик, а дай ему некрик». Произносят трижды. Синхронная актуализация аффективного и конативного (действенного) компонентов в данном обереге позволяет преодолеть негативное психическое состояние досады, раздражения от безуспешности применения других средств.

Каков спектр выработанных в народном опыте средств психологического, педагогического (психотерапевтического) воздействия (взаимодействия)? Обращаясь к работам историков, памятникам культуры, фольклорному наследию, этнографическим описаниям, можно констатировать, что этот спектр широк, и выявить большое разнообразие соответствующих словесных форм. Это, в частности, колыбельные песни, пестушки, потешки, заклички, приговорки, прибаутки, небылицы, считалки, игры, скороговорки, загадки, сказки, эпическая поэзия, розыгрыши, дразнилки, страшилки, заклинания, гадания, протяжные песни, трудовые песни, драматические сценки и ярмарочные шутки, вежество (правила поведения), заговоры, обереги, запуки, игрушки, орнаментика, карнавал, ярмарка, хороводы, колядки и др.

Можно говорить о целой системе народных средств психологического и психотерапевтического воздействия, поддающихся определенной структурации.

Когнитивная сфера народной педагогики более или менее полно представлена в пословицах и поговорках, сказках, преданиях и т. д. Эмоциональное взаимодействие взрослых и детей «ритуализировано» в заговорах, оберегах, колыбельных песнях и др. Следует отметить взаимный характер влияния рассматриваемых культурных форм на участников. Так, исполнение колыбельной песни, ее особая тональность, звуковая специфика и прочие характеристики позволяют женщине-матери, измученной многочисленными обязанностями и сложностями жизни, погрузиться в особое состояние, позволяющее переносить трудности и радоваться малому, ― состояние терпеливости, светлой печали, надежды. Психосемантический и фоносемантический анализ колыбельных песен и других вербальных форм, несомненно, представляет одну из интереснейших задач.

Удивительное явление народной педагогики представляют исчезающие сегодня пестушки и потешки. То, что современная возрастная и практическая психология конструирует как психоразвивающие средства, издавна существует в разных вариациях фольклорных текстов. Например: «Когда ребенок проснется и потягивается, его гладят по животику, ручкам и ножкам, приговаривая: Потягунюшки, поростунюшки! Роток – говорунюшки. Руки – хватунюшки, Ноги – ходунюшки». Сочетание тактильных и вербальных воздействий, контаминация озвучивания и тактильного означения несомненно представляет форму опережающего обучения.

Целая серия потешек направлена на развитие психомоторной координации в сочетании со смысловой номинацией, обучением дифференциации, сериации, счету и т. д. Приведем для примера две потешки. Перебирают по очереди пальчики ребенка и приговаривают: «Большаку дрова рубить (большой палец), А тебе воды носить (указательный палец), А тебе печь топить (безымянный), А малышке песни петь (мизинец), Песни петь да плясать, Родных братьев потешать, Песни петь да плясать, Родных братьев потешать». Перебирают пальцы и при этом говорят: «Идут четыре брата навстречу старшему. Здравствуй, большак! – говорят. Здорово. Васька-указка, Мишка-середка, Гришка-сиротка, да крошка Тимошка». Анализ многих детских закличек и приговорок показывает их социально-смысловую направленность: «Дождик, дождик, пуще – Дай хлеба гуще!».

Обучение взаимодействию, борьбе, сотрудничеству, партнерству и т.д. в естественной игровой форме осуществляется в целом ряде, к сожалению, забытых или забываемых игр (горелки, гуси-лебеди и волк, селезень и утка и т. д.). Современная игровая психотерапия и психокоррекция как детей, так и взрослых, не использует и десятой доли народного опыта. Общеизвестно значение скороговорок, головоломок, загадок, считалок, дразнилок, страшилок и т. п. для речевого, интеллектуального и личностного развития детей. В сюжетах многих сказок важное место занимают короткие докучные истории. Эта форма весьма искусно использована в историях о Шише Б. Шергина.

Важно также отметить хронологическую определенность жизненных событий человека от рождения до смерти (в системе когнитивной и эмоционально-действенной полноты), выстроенную в культурно-преемственную «линию жизни». В годовом цикле это календарные песни и действа; в возрастном плане – хороводные песни и игры юности и любви; свадебные, семейные обряды и т. д. Свое определенное функциональное место в жизненном ряду культурных форм как способ моделирования будущего (своеобразный социально-психологический механизм акцепции потребного будущего) занимают гадания.

В парадоксальной форме эта акцепция может производиться даже с новорожденным, который, взрослея, узнает о том, как удалось «перехитрить» судьбу, подменив настоящее бедствие мнимым. Такая своеобразная игра в прятки с судьбой, по описанию Дж. Фрэзера, имеет (имела) место на Мадагаскаре. Судьба каждого человека, по местным верованиям, определяется днем и часом его рождения, и если они неудачны, то бед, грозящих этому человеку, можно избежать лишь путем их «извлечения» и «замены». К примеру, человек родился в первый день февраля, и когда он вырастет, у него, по поверью, обязательно сгорит дом. Друзья новорожденного стремятся заранее предотвратить катастрофу; они строят сарай и сжигают его. Мать с новорожденным следует посадить в сарай, поджечь его, а затем вытащить их оттуда, пока сарай не обрушился. Подобная индульгенция от домашних пожаров на всю жизнь – немаловажный фактор оптимизма и уверенности в жизненном благополучии. А если благополучия нет, то предусмотрен другой способ преодоления Внутреннего диссонанса. В частности, можно легко избавиться от «клейма» бедности, купив пару дешевых жемчужин и зарыв их в землю. Ведь только поистине богатые люди могут позволить себе роскошь сорить жемчужинами.

Совокупность выработанных в опыте народной жизни способов психологической регуляции (и саморегуляции) поведения может быть названа системой, если она удовлетворяет требованию полноты. Это условие предполагает учет известных признаков социально-экономической жизни этноса, а также культурную форму реагирования на случайные флуктуации как глобального (природная стихия, войны и т. д.), так и частного, индивидуального порядка (непредвиденные сложности, несчастья и др.). Можно предположить, что для «психологической работы» со случайностями глобального характера были выработаны механизмы мифотворчества и мифологизации сознания (когнитивная и, отчасти, аффективная составляющая). Случайности частного, индивидуального характера преодолевались механизмами последействия. Например, жители Пруссии говорили: «Если вы не можете поймать вора, нет ничего лучшего, как взять одежду, которую тот потерял во время бегства; если вы ее изрядно поколотите, вор заболеет».

Сочетание тех и других средств (мифологемы и ритуалы) в одной культурной форме делает ее более психологически эффективной и устойчивой во времени. Этим, в частности, отличается система религиозного оформления жизни.

В связи с вышеизложенным, в целях предупреждения «экстремизма» в использовании рассматриваемого принципа, важно заметить, что реализация на практике как современных педагогических, так и традиционных средств народной педагогики может быть прямой и косвенной. В первом случае цель, содержание и средства педагогического воздействия строго соответствуют друг другу. Во втором — цель достигается некоторым отвлеченным содержанием или средством. В качестве примера приведем две одноцелевые запуки: «Природу надо не увечь, а надо беречь!», «Кто разорит ласточки гнездо – у того будут веснушки».

О. И. Даниленко

Психопрофилактический потенциал пословиц

Любому человеку в течение своей жизни приходится переживать ситуации, которые требуют от него повышенного напряжения, сопровождаются реакцией стресса. Такие ситуации получили название «трудных». В число трудных ситуаций включаются «критические жизненные события» (смерть близкого человека, потеря здоровья, развод и т. п.), досадные «повседневные неприятности» (конфликты с окружающими, поломки бытовой техники и пр.) и «хронические стрессы» (неблагоприятные жилищные условия, хроническое заболевание и др.). От того, как человек сумеет преодолеть возникшую трудность, зависит его душевное, психическое и физическое здоровье. Исследования показывают, что даже самые драматические обстоятельства, правильно пережитые, способны стимулировать духовный рост человека и сохранить его здоровье. В ином случае последствия стресса могут стать вредными и даже губительными не только для самого человека, но и для его близких.

Позитивному преодолению стресса способствует совладающее поведение (копинг-реакции). В качестве ресурса совладания в специальной литературе перечисляются экономическое благосостояние человека, наличие социальных связей, психологические свойства – интеллект, эмоциональная устойчивость, специфические установки. Однако весьма редко упоминается культура как один из важнейших ресурсов совладания. Между тем культура (понимаемая в самом широком смысле) обладает мощным психопрофилактическим потенциалом. В течение многих тысячелетий люди получали психологическую помощь, обращаясь к культурному наследию, зафиксированному в религиозных традициях, фольклоре, произведениях литературы и искусства. Исследование психологических механизмов целительного влияния культуры – одна из важных задач современной психологии.

Проявление богатой палитры человеческих эмоций и чувств можно увидеть в пословицах. Вот слова В. И. Даля: «Сборник…пословиц ― свод народной мудрости и суемудрия, это стоны и вздохи, плач и рыдания, радость и веселие, горе и утешение в лицах» (Даль В. И. Напутное // Пословицы русского народа. – М.:ГИХЛ, 1957. – С. 18–19). Мы хотим обратить внимание на то, что пословицы способны не только отразить переживания, но и преобразовать их, выступая как ресурс совладания с трудными ситуациями.

Каким образом пословицы выполняли свою роль помощника в преодолении душевных страданий? Ответить на этот вопрос нам поможет анализ совладания как процесса эмоционально-волевой саморегуляции. В поисках психологических механизмов этого процесса обратимся к трудам Л. С. Выготского. Он утверждал, что человек способен овладеть своими психическими процессами (в том числе эмоциональными переживаниями) и поведением с помощью соответствующих стимулов. Одним из могущественных средств воздействия на чужое поведение, по Выготскому, является речь, «и естественно, что в процессе развития человек сам овладевает теми же средствами, при помощи которых другие направляли его поведение» (Л.С. Выготский. История развития высших психических функций // Выготский Л. С. Собрание сочинений в 6-ти т. Т.3. –– М., 1983.–– С. 279).

Как свидетельствуют результаты проведенных нами опросов, многие люди пользуются пословицами именно в трудных ситуациях, вспоминая и повторяя про себя формулы типа «Без труда не вынешь и рыбку из пруда», «Держись, казак, атаманом будешь» и т.п.

Почему именно пословица становится мощным средством саморегуляции? На это есть ряд причин. Пословица запечатлена в памяти человека как народная мудрость, освященная традицией и усвоенная, как правило, с детства. В трудной же ситуации хочется опереться на нечто надежное. Кроме того, она кратка; ритмически организована и иногда имеет рифму, что не только помогает ее вспомнить, но провоцирует повторять. Наконец, многие пословицы содержат в себе метафоры, которые, как известно, обладают мощным потенциалом воздействия на человека.

Каковы психологические механизмы действия пословицы как инструмента совладания? Можно выделить три пути, которыми пословица оказывает влияние на эмоциональное состояние и поведение человека. Первый – непосредственное воздействие звука и ритма. Повторяя пословицу, человек может отреагировать негативные переживания («Плохо, Алеха. –– Хило, Вавила»; «Горе – что море: не переплыть, не вылакать»; или внушить себе позитивный настрой («Жив, жив курилка, еще не умер»; «Черпаком напьюсь, дубиной отобьюсь»).

Второй – влияние метафоры как инструмента воздействия на человека за счет отождествления им своего состояния и желаемых перемен с теми, которые представлены в яркой образной форме в пословице («Все беды, что бесы, в воду – и пузыри вверх»; «Беда – что с гор вода»). Этот механизм можно назвать «магическим», поскольку он лежит в основе приемов гомеопатической (имитативной) магии, описанных Дж. Фрэзером.

  1. 3 международная научно-практическая конференция актуальные проблемы лингвистики и лингводидактики иностранного языка делового и профессионального общения

    Документ
    Редакционная коллегия: д.ф.н., проф. Малюга Е.Н., д.пед.н., проф. Дмитренко Т.А., д.ф.н., проф. Магидова И.М., д.ф.н., проф. Пономаренко Е.В., к.ф.н., доц.
  2. Культура. Образование. Право материалы международной научно-практической конференциИ (Екатеринбург, апрель 2009 г.) Екатеринбург 2009 (1)

    Документ
    Материалы Международной научно-практической конференции посвящены анализу социокультурных и правовых основ современного образования, проблем правового образования, а также прогнозу развития систем образования Российской Федерации и других государств.
  3. Культура. Образование. Право материалы международной научно-практической конференциИ (Екатеринбург, апрель 2009 г.) Екатеринбург 2009 (2)

    Документ
    Культура. Образование. Право [Текст]: материалы Междунар. науч.-практ. конф., г. Екатеринбург, апр. 2009 г. ГОУ ВПО «Рос. гос. проф.-пед. ун-т»; Екатеринбург, 2009.
  4. Международная научно-практическая конференция 23 ноября, 7 декабря 2011 г

    Документ
    Дрогов И.А. - кандидат педагогических наук, доцент, ответственный секретарь Международной федерации спортивного туризма, заместитель директора ГОУ Московской городской станции юных туристов,
  5. Xii I международная научно-практическая конференция 12

    Документ
    Набок Игорь Леонтьевич – доктор философских наук, профессор, зав. кафедрой этнокультурологии, зам директора Института народов Севера РГПУ им. А. И. Герцена
  6. Материалы межрегиональной научно-практической конференции (1)

    Документ
    Толерантность и библиотеки: информация и пользователи: материалы межрегиональной конференции (17–18 апреля 2008 г.). – Екатеринбург: СОМБ, 2008. – 170 с.
  7. До 17. 05. 2012 Международная научная конференция «И. А. Гончаров в современном мире», посвященную 200-летию со дня рождения писателя Филологический факультет мгу им. М. В. Ломоносова

    Документ
    Заявки на участие в конференции присылать до 17 мая 2012 г. по почте или на электронный адрес. В заявке необходимо указать ФИО, ученую степень, ученое звание, место работы, почтовый и электронный адрес, контактные телефоны.
  8. Сборник статей участников IV международной научной конференции 25-26 апреля 2008 года (2)

    Сборник статей
    В сборнике представлены статьи российских и зарубежных ученых, принявших участие в IV международной научной конференции, посвященной актуальным проблемам, связанным с взаимоотношением языка, культуры и общества.
  9. Сборник статей участников IV международной научной конференции 25-26 апреля 2008 года (3)

    Сборник статей
    Концепт ЖЕЛАНИЕ представляет собой один из важнейших концептов русского языкового сознания и в основе своей содержит элементарный смысл, формирующий, в числе прочих, фундамент нашей языковой лично­сти.

Другие похожие документы..