Энтропии

272

Евгений Витковский

Против энтропии

СОДЕРЖАНИЕ

Блюдо для рыбы (Робер де Борон)*

Возвращение рая (Вондел и Мильтон)*

ЖЗЧ, или Жизнь Замечательных Чертей (Рассел-- 4)*

Исповедь переводчика "Назидательных картинок" (Гюйгенс-старший)*

Под взглядом химеры (Семь веков французской поэзии)*

Бессмертный прошлогодний снег (Вийон)*

Шотландская речь (Бернс)*

Восход Эндимиона (Китс)*

Вперед, носороги! (Катрель)*

А может быть, созвездья, что ведут (Уайльд)*

Империя по имени Редьярд Киплинг (Киплинг)*

Райнер, Мария, Орфей (Рильке)*

Русское зазеркалье (Русский перевод ХХ века)*

У входа в лабиринт (Пьяный корабль)*

Очень крупная дичь, или Реквием по одной птице (Альбатрос)*

Возвратившийся ветер (Поэзия русской эмиграции)*

Жизнь, которая мне снилась (Георгий Иванов)*

На сопках Маньчжурии (Арсений Несмелов)*

Почерк Петрарки (Берберова)*

Мне нравятся неправильности речи (Одоевцева)*

Состоявшийся эмигрант (Елагин)*

Свет малых голландцев (Ост-Индия Шервинского)*

На память о Мидделхарниссе (Штейнберг)*

Ре-минорный хорей (Латынин)*

"БЛЮДО ДЛЯ РЫБЫ",

или

Легенда как смысл жизни

-- А что такое Грааль?

-- Что-то такое, что все время

ищут. <...>Что-то самое важное. Очень важное. Без чего жизнь

теряет смысл.

А.Сапковский. Что-то кончается, что-то начинается.

Восемь столетий отделяют нас от времени создания поэмы Робера де

Борона. Это совсем немного: Диоген Лаэртский, например, отдаленный от

Сократа восемью столетиями, писал о нем как о своем современнике. И лишь в

полтора раза больший срок, неполные двенадцать столетий, протекли для Робера

де Борона со времен земной жизни Иисуса Христа. Для вечности такие сроки

пренебрежимо малы. Даже для слабого, простого человека, ограниченного во

времени датами собственного рождения и собственной смерти, не так уж это

много: шестьдесят или семьдесят поколений отделяет нас от Понтия Пилата и

Иосифа Аримафейского, проще говоря, сойдись наши предки по прямой линии в

одной комнате -- всем бы хватило места. Иными измерениями живет легенда. Ей

порой довольно нескольких лет, чтобы стать достоянием человеческой культуры,

иначе говоря -- вечности. И через совсем недолгий срок становится невозможно

понять -- откуда легенда взялась. Легенда ли она вообще? Мистификация? Или,

неровен час, стенографически точный отчет о реально имевших место событиях,

следы которых готова подтвердить археология? А если и легенда -- то надо

помнить, что отнюдь не Юнгом изобретенное (им лишь сформулированное)

"коллективное бессознательное" очень часто и пленительней иных благ земных,

и дел повседневных насущней и -- совсем неожиданно -- куда реальней них,

куда важней для нашей души, ибо мелочны все наши заботы по сравнению с

заботой о ней.

Поиски Святого Грааля -- одна из забот души, во всяком случае,

европейской. Но как только мы называем нечто по имени -- мы хотим знать --

что же это такое. И убеждаемся, что точного ответа на заданный вопрос

получить негде. Разве что самому пуститься на розыски значения этих слов, а

значит -- начать свои собственные поиски Грааля.

Первое достоверное употребление слова "грааль" в старофранцузском языке

мы находим в "Романе о Персевале" знаменитого поэта Кретьена де Труа, -- чьи

огромные романы в стихах довольно обширно изданы на русском языке ("Ивэйн" в

переводе Владимира Микушевича в "Библиотеке всемирной литературы"; "Клижесс"

в его же переводе и "Эрек и Энида" в переводе Надежды Рыковой в

"Литературных памятниках"). В неоконченном "Романе о Персевале" у Кретьена

слово "грааль" очевидным образом означало нечто вроде следующего: "большое

блюдо для рыбы, изготовленное из драгоценного металла". Примерно тогда же и

с тем же значением слово это упоминалось в анонимном "Романе об Александре",

-- однако до романа Робера де Борона слово это никогда не было именем

собственным. Даже "Роман о Персевале" Кретьена де Труа, из которого позже

выросла его титаническая немецкая версия Вольфрама фон Эшенбаха, упоминает

Грааль совсем коротко.. Впрочем, упоминание это весьма многозначительно.

Слова эти -- часть повествования некоего паломника о Короле-Рыбаке,

поздней ставшего отдельной легендой в Артуровском цикле; Паломник

рассказывает:

"Отец же, в том даю вам слово,

Сего благого рыболова,

Чьи столь успешны невода --

Король тот самый, что всегда

Вкушает яства на граале;

Но подают ему едва ли

К столу миног иль осетров;

Отменно сыт он и здоров,

Лишь гостию вкушая с блюда --

Оно-то и свершает чудо,

Оберегая едока:

Грааля святость велика!"

Перевод мой -- Е.В.

История Короля-Рыбака занимает в романе Кретьена несравненно больше

места, -- Персеваль по принесенному обету разыскивает его замок, как во всех

рыцарских романах, сюжет нанизывается на сюжет, перемежаясь с эпизодами из

приключений параллельно действующего героя, им рано или поздно предстоит

поединок, объединение сил в поисках общей цели и достижение ее, -- однако

роман остался неоконченным: принято считать, что ненароком разгласивший

некие эзотерические тайны поэт был на полуслове сражен насмерть -- к

примеру, разгневанными эльфами (одна из версий легенды о Граале --

кельтская, и она аргументирована не хуже прочих). Собственно говоря,

европейская традиция относит "первое европейское известие о Граале и о

Персевале -- искателе Грааля"* к 1160-1180 годам, притом именно и только во

Франции; только в следующем столетии сюжет станет достоянием немецкой, а

затем и общеевропейской литературной традиции.

Французский язык в это время был в западной Европе, помимо латыни,

основным языком общения: даже необычайно образованный для своего времени

английский король Генрих II (1154-1189), бегло говоривший на шести языках

(но не знавший английского!), предпочитал говорить именно на французском, --

он был правнуком Вильгельма Завоевателя, да и "первая французская поэтесса",

известная под именем Марии Французской, жила в те годы именно в Англии.

По-французски говорило большинство крестоносцев в Святой Земле, -- где в

1187 году случилась для них большая беда: Салах-эд-Дин (Саладин) вытеснил их

из Иерусалима, с таким трудом завоеванного некогда войсками Готфрида

Бульонского, -- ибо двумя годами раньше (1185) умер прокаженный король

Иерусалима Балдуин IV, несмотря на страшную болезнь, до самой кончины

проявлявший определенные черты политической и военной гениальности: покуда

он был жив, Иерусалим не был сдан сарацинам; последним великий магистром

ордена тамплиеров, избранным в цитадели (т.е. в Иерусалиме) стал в 1184 не

самый удачный кандидат -- Жерар де Ридфор. А смерть уже стояла на пороге

прокаженного Балдуина IV, без которого христианский Иерусалим был обречен.

Впрочем, королевства крестоносцев на Ближнем Востоке просуществовали еще

довольно долго, а воспоминания и особенно легенды о них надо полагать,

просто бессмертны.

В канун иерусалимской победы Саладина имели место события, определившие

ход всей дальнейшей европейской истории, а кроме того, одновременно

сложились и приобрели законченный вид величайшие легенды европейского

средневековья. Это время не случайно совпадает с расцветом ордена

тамплиеров, -- об их роли в истории Святого Грааля можно написать сотни

страниц. Папа римский Александр III в 1163 году издал буллу, которую потомки

назвали "Великой хартией вольности тамплиеров". По сути дела, орден с этого

времени подчинялся разве что самому папе. Великие магистры ордена, первыми

воспользовавшиеся привилегиями этой хартии, Филипп де Милли и Одон де

Сент-Аман едва ли были озабочены поисками Святого Грааля -- их уделом были

политика и война. Впрочем, пушки в то время изобретены еще не были --

следственно, и музы не молчали.

Однако же откуда-то должно было взяться и само слово "грааль", как

будто не восходящее ни к какому тексту, достоверно датируемому временами

ранее 1160-1170 г.г. Наличие слов, сходных по звучанию со старофранцузским

"li graaus" в средневековой латыни, в португало-галисийском и провансальском

языках не доказывает решительно ничего: мы не можем с уверенностью сказать,

на каком языке это слово прозвучало впервые. Интереса ради можно привести и

современную гипотезу:

"Saint Graal... San Graal... разные названия одного и того же и

единственного символа; выражение "Sangraal" или, как у Мэлори, "Sangreal"

одинаково часто употреблялось в первых версиях романов, ему посвященных. Но,

если правильно расчленить это слово, как оно не было расчленено в

последующих версиях, мы получим уже не "San Graal", а "Sang Raal" или "Sang

Real", что на современном языке означает не что иное, как "Sang Royal" --

"королевская кровь"...*

Теория ничуть не хуже хлыстовского толкования имени "Иисус" как

производного от слов "из уст", или принятого русской в секте сопунов

восприятия слов "окропи мя иссопом" как прямой инструкции сопеть друг на

друга во время молитвенного радения, дабы насопеть побольше "духа святого"

-- да простят мое кощунство сторонники всех вышеперечисленных мнений, если

не сказать -- религий. Вывод из них можно сделать только тот, что

достоверного смысла и происхождения слова "грааль" мы просто не знаем.

Поэтому и "блюдо для рыбы" кажется вполне приемлемым чтением, -- по одному

тому, что слово "рыба", греческое ОЇП‡ОЕО°О¶, составлено из первых букв слов

"Иисус Христос, Сын Божий, Спаситель" -- О™О®ПѓОїО°О¶ О§ПЃОNoПѓП"ПЊО¶,

О©ОµОїП... ОҐОNoПЊО¶, ОЈП‰П"О®ПЃ. Для ранних христиан именно изображение

рыбы служило символом Церкви. И, хотя у немецкого преемника эпической

традиции (у Вольфрама фон Эшенбаха) "грааль" стал скорее "камнем", у

Кретьена де Труа и Робера де Борона речь идет именно о чаше -- притом о чаше

плоской, пригодной не только для рыбы -- но, подобно современной

католической монстранции, пригодной и предназначенной для причастия.

Впрочем, слова Спасителя, указавшего ученикам, что пресуществленные

хлеб и вино суть плоть и кровь Его, дают повод для обратного толкования, на

священных текстах в принципе не основанного. Как пишет С.С. Аверинцев,

"Грааль -- <...> таинственный сосуд, ради приближения к которому и

приобщения его благим действиям рыцари совершают свои подвиги. Обычно

считалось, что это чаша с кровью Иисуса Христа, которую собрал Иосиф

Аримафейский, снявший с креста тело распятого Христа (т.е. Грааль --

мифологизированный прообраз средневековых реликвариев -- драгоценных

вместилищ для материализованной святыни, само благородство материала которых

имело по ходячим представлениям целительную силу). <...> Грааль -- это

табуированная тайна, невидимая для недостойных, но и достойным являющаяся то

так, то иначе, с той или иной мерой ″прикровенности″"*. Однако в

последующие века "Грааль" мог толковаться отнюдь не только как чаша.

Немецкий наследник Кретьена, Вольфрам фон Эшенбах, неизменно

подтрунивая над своим французским предшественником, довольно строго следует

той же сюжетной канве; грааль (уже "Грааль") появляется и в его поэме, но

там, напоминаем, это не что иное, как камень, принесенный ангелами на землю,

иначе говоря, "совсем другая история"* -- к 1210 году романы Кретьена де

Труа и его французского преемника Робера де Борона, трактующие священную

часть истории Грааля, были достаточно известны, и немецкий поэт несколько

раз иронически сетует, как много ему пришлось исправлять фактов, рассказывая

историю Грааля вслед за Кретьеном де Труа. Однако именно Робер де Борон

оказался первым писателем, -- в современном смысле этого слова, -- придавшим

истории Священного Грааля художественную законченность, изложив ее

безыскусными, но удивительными по красоте стихами на современном ему

французском языке.

Известно о поэте чрезвычайно мало: разве только то, что родиной его

могла быть деревня Борон близ города Монбелиар (Бургундия); "Готье",

упоминаемый в конце его "Романа о Граале" -- вполне историческое лицо, Готье

де Монбелиар. Участие Робера де Борона в Четвертом крестовом походе

(1202-1204), направленном против Константинополя, если и имело место (о чем

говорит одна из гипотез), то это произошло после написания "Романа о

Граале". Сам же "Роман о Граале" сохранился лишь в одной рукописи, притом в

ней наличествует немалая часть следующего поэтического романа -- "Мерлин" --

которая должна была служить продолжением первого произведения. Сохранились

также прозаические версии того же романа, -- "Роман о Граале" в прозаической

версии назывался "Иосиф Аримафейский" или просто "Иосиф", -- сохранились

прозаические версии его дальнейших частей повествования, представляющие

ценность сами по себе, -- однако же нас интересует не история последующих

хранителей Святого Грааля, но толкование его как первой части причастия, --

то ли сосуда, из которого давал пить Иисус во время Тайной Вечери апостолам,

то ли чащи, в которую были собраны капли крови, пролившиеся из-под копья при

распятии (на что нет ссылок даже в основных неканонических Евангелиях)--

важно в конце концов лишь толкование Грааля как первой чаши со Святыми

Дарами.

Именно тут возникает сюжет публикуемого ныне в русском переводе романа

-- "пропущенное в священных книгах место", или, как принято говорить в

иудаизме, "мидраш". Сами по себе образы Иосифа Аримафейского и других

персонажей романа занимают в Евангелии чрезвычайно мало места. В Евангелии

от Иоанна мы, к примеру, находим следующее (после того, как один из воинов,

которому Церковное Предание дало имя Лонгин, копьем пронзило Ему ребра и

тотчас истекла кровь и вода): "После сего Иосиф из Аримафеи -- ученик

Иисуса, но тайный из страха от Иудеев, -- просил Пилата, чтобы снять тело

Иисуса, и Пилат позволил. Он пошел и снял тело Иисуса. Пришел также и

Никодим, -- приходивший прежде к Иисусу ночью, -- и принес состав из смирны

и алоя, литр около ста. Итак они взяли тело Иисуса и обвили его пеленами с

благовониями, как обыкновенно погребают Иудеи. На том месте, где Он распят,

был сад, и в том саду гроб новый, в котором еще никто не был положен. Там

положили Иисуса ради пятницы Иудейской, потому что гроб был близко. (Иоанн,

19, ст.38-42). Почти то же рассказано в Евангелии от Луки (лишь не упомянут

Никодим, а о Гробе Господнем сказано, что он бы "высечен в скале"); в

евангелии от Марка появляется дополнительная деталь разговора Пилата с

Иосифом Аримафейским (Никодим также не упомянут): "Пилат удивился, что Он

уже умер, и призвав сотника, спросил: давно ли умер? И, узнав от сотника,

отдал тело Иосифу" (Марк, 15, ст.44-45). Еще меньше деталей излагает

Евангелие от Матфея, за которым, как считается, стоит написанный на

арамейском языке оригинал. Словом, пишущий о снятии Христа и положении во

гроб обычно должен опираться не на Писание, но на Церковное Предание, -- а

вот оно-то как раз изобилует деталями, которые во множестве использовал в

своем романе Робер де Борон, все же недостававшее дополнил силой таланта и

духовного зрения. Есть основания думать, что изложенная де Бороном история

ниоткуда в цельном виде заимствована не была: он лишь как вазу из черепков

сложил все известное ему, недостающее же "экстраполировал".

  1. «энтропии»

    Закон
    Формирование астрономической картины мира. Типология звёздных систем во Вселенной. Изучение колебаний и понятие волнового движения.
  2. «Решение логических задач методом энтропии и подсчета информации»

    Решение
    В практическом модуле предложен вариант факультативного курса «Решение логических задач методом энтропии и подсчета информации», апробация которого успешно осуществлена на практике в 11 классе с углубленным изучением математики гимназии № 8 им.
  3. Понятие энтропии было введено Клаузиусом. Энтропия это одна из функций состояния термодинамической системы. Функция состояния это такая величина, значения

    Лекция
    Понятие энтропии было введено Клаузиусом. Энтропия – это одна из функций состояния термодинамической системы. Функция состояния – это такая величина, значения которой однозначно определяются состоянием системы, а изменение функции
  4. Лекция №9. Энтропия как мера неопределенности физической системы Втеории информации изучаются количественные зако­номерности передачи, хранения и обработки информации

    Лекция
    Основное внимание в теории информации уделяется оп­ределению средней скорости передачи информации и решению задачи максимизации этой скорости путем применения соответствующего кодирования Предельные соотношения теории информации позволяют
  5. Г. П. Прокопов Контроль энтропии в алгоритмах и расчетах газодинамических течений

    Реферат
    На примере одной недавно опубликованной схемы проведено аналитическое исследование поведения энтропии при численном интегрировании уравнений газовой динамики.
  6. Реферат Предмет: Защита информации в ткс тема: Понятие информации,количество информации,энтропия

    Реферат
    Термін інформація походить від латинського слова informatio, що означає «відомості, роз яснення, виклад». Інформація - це настільки загальне та глибоке поняття, що його не можна пояснити однією фразою.
  7. Методические замечания: из опыта работы 10 Вероятностный граф наглядное средство теории вероятностей 13 Модуль «Энтропия и информация» метапредметность школьного курса Теория вероятностей 19

    Реферат
    Современное общество предъявляет к своим членам довольно высокие требования, относящиеся к умению анализировать случайные факторы, оценивать шансы, выдвигать гипотезы, прогнозировать развитие ситуации, принимать решение в ситуациях,
  8. Определение приращения энтропии при плавлении кристал­лического вещества

    Документ
    Цель работы: разобраться в формулировке 2-го начала термодина­мики, дать понятие энтропии и определить удельное приращение энтропии. Принадлежности: тигель с оловом,
  9. Лекция №5 Количество информации, энтропия и избыточность сообщения

    Лекция
    Для количественной оценки эффективности работы канала связи Хартли предложил вычислять количество информации, содержащейся в сообщении. За основу он принял дискретные сигналы, состоящие из двух символов - 0 и 1.

Другие похожие документы..