Книга, которую вы держите в руках, возникла благодаря телефонному

Стивен Кинг. Пляска смерти

----------------------------------------------------------------------------

© Stephen King "Danse Macabre" (1981)

© Перевод с английского О.Колесникова

OCR: Рудченко О.С.

----------------------------------------------------------------------------

Анонс

Вы знаете Стивена Кинга - "короля ужасов"? Безусловно. Вы знаете

Стивена Кинга - резкого, бескомпромиссного, умного постмодерниста? Возможно.

Но - есть и другой Стивен Кинг. Стивен Кинг - блестящий, живой,

непосредственный автор истории "черного жанра" от самых его истоков - и до

самых одиозных, масс-культурных его проявлений. Перед вами - буквально "все,

что вы хотели знать об ужасах, но боялись спросить". А еще перед вами -

бесконечно оригинальное литературное произведение, абсолютно и решительно не

вписывающееся НИ В КАКИЕ ВАШИ ПРЕДСТАВЛЕНИЯ О СТИВЕНЕ КИНГЕ. Не верите?

Прочитайте - и убедитесь сами!

Очень легко - может быть, слишком легко - делать посвящение мертвецам.

Эта книга посвящается шести великим писателям ужасов, которые еще живы:

Роберт Блох

Хорхе Луис Борхес

Рэй Брэдбери

Фрэнк Белкнап Лонг

Дональд Уондри

Мэнли Уэйд Уэллман

Входи, путник, на свой страх и риск: здесь водятся тигры

- Какой самый отвратительный поступок вы совершили ?

- Этого я вам не скажу, но могу рассказать о самом отвратительном из

всего, что случалось со мной... О самом ужасном...

Питер Страуб. "История с привидениями"

Нас ждет вечеринка, но нужно миновать стражу снаружи...

Эдци Кохрен. "Заходите все"

ПРОЛОГ

Книга, которую вы держите в руках, возникла благодаря телефонному

звонку в ноябре 1978 года. В то время я преподавал литературное мастерство и

вел несколько курсов в Мэнском университете в Ороно, а в свободное время

доделывал черновой вариант романа "Воспламеняющая взглядом" - к настоящему

времени он уже опубликован. Мне позвонил Билл Томпсон, который в 1974 - 1978

годах издал мои первые пять книг: "Кэрри", "Жребий", "Сияние", "Ночная

смена" и "Противостояние". Но, что гораздо важнее, Билл Томпсон, бывший в ту

пору редактором в "Даблдэй", оказался первым человеком, связанным с

издательскими кругами Нью-Йорка, который с интересом прочел мои ранние, еще

не опубликованные, произведения. Он явился для меня тем самым важнейшим

первым контактом, которого начинающие авторы ждут, на который надеются - и

который так редко находят.

После "Противостояния" наши пути с "Даблдэй" разошлись, ушел оттуда и

Томпсон - он стал старшим редактором в "Эверест Хаус". За годы нашего

сотрудничества мы сделались не только коллегами, но и друзьями, поэтому не

теряли друг друга из виду, время от времени обедали вместе.., ну и выпивали.

Лучшая попойка случилась у нас во время бейсбольного матча всех звезд в июле

1978 года: мы смотрели его на большом телеэкране поверх рядов пивных кружек

в каком-то нью-йоркском баре. Над прилавком висело объявление "Счастливые

часы для ранних пташек с 8 до 10 утра, в это время вдвое дешевле". Когда я

спросил у бармена, что за люди приходят с восьми до десяти утра, чтобы

выпить "коллинз" с ромом или джин, он злобно посмотрел на меня, вытер руки о

фартук и ответил: "Парни из колледжа.., такие, как ты".

И вот в этот ноябрьский вечер, вскоре после Хэллоуина, Билл позвонил

мне и сказал: "Слушай, а почему бы тебе не написать книгу о феномене жанра

ужасов, как ты его себе представляешь? Романы, кинофильмы, радио,

телевидение - все в целом. Если хочешь, поработаем вместе".

Предложение показалось мне одновременно заманчивым и пугающим.

Заманчивым потому, что время от времени меня спрашивали, что заставляет меня

об этом писать, а людей - читать и ходить в кино. Парадокс: люди платят

деньги за то, чтобы чувствовать себя некомфортно. Я разговаривал на эту тему

со многими своими студентами и написал немало слов (включая довольно длинное

предисловие к моему собственному сборнику рассказов "Ночная смена"), и мысль

о том, чтобы вынести наконец Окончательный Вердикт, привлекала меня. Я

подумал, что потом запросто смогу уходить от надоевших вопросов, просто

сказав: "Если хотите знать мое мнение о жанре ужасов, прочтите книгу,

которую я написал на эту тему. Это мой Окончательный Вердикт по делу об

ужасах".

Пугало же меня это предложение тем, что мне уже виделась работа,

растягивающаяся на годы, десятилетия, столетия. Если начать с Гренделя

<Чудовище из старинного англосаксонского эпоса "Беовульф".> и его

матери, то даже в виде сжатого приложения к "Ридерз дайджест" мой труд занял

бы четыре солидных тома.

Но Билл возразил, что можно ограничиться последними тремя

десятилетиями, сделав лишь несколько отступлений к основам жанра. Я обещал

подумать и принялся думать. Думал я долго и напряженно. Раньше мне не

приходилось писать нехудожественные книги, и это меня тоже пугало. Внушала

страх и мысль о необходимости говорить правду. Художественная литература -

это, что ни говори, нагромождение одной лжи на другую.., поэтому, кстати,

пуритане никогда не могли с ней смириться. Если вы сочиняете и чувствуете,

что застряли, всегда можно придумать что-то другое или вернуться на

несколько страниц и что-нибудь изменить. А вот с нехудожественной книгой

приходится утомительно проверять все факты, следить, чтобы не было ошибок в

датах, чтобы все фамилии были написаны верно.., а хуже всего, что это

означает "выставляться". Романист, в конце концов, скрыт от читателей; в

отличие от музыканта или актера он может пройти по улицам, и никто его не

узнает. Созданные им Панч и Джуди <Популярное кукольное представление, в

котором действуют постоянные персонажи: шут-неудачник Панк и его жена

Джуди.> выступают на сцене, а сам он остается невидимкой. Но тот, кто

отходит от вымысла, становится слишком заметен.

И все же идея казалась весьма привлекательной. Я начинал понимать, что

чувствуют чудаки в Гайд-парке ("чокнутые", как называют их наши британские

братья), взгромождаясь на фанерные ящики. Мне уже виделись сотни страниц, на

которых я смогу изложить свои излюбленные гипотезы: "И мне еще за это

заплатят!" - воскликнул он, потирая ладони и безумно хихикая". Я представлял

себе курс, который буду читать в следующем семестре. Назову его "Особенности

литературы о сверхъестественном". Но больше всего меня радовала возможность

поговорить о жанре, который люблю. Мало кто из авторов модных книг ее

получает.

Что касается курса "Особенности литературы о сверхъестественном"... В

тот ноябрьский вечер, когда позвонил Билл, я сидел на кухне и, попивая пиво,

прикидывал его программу; а вслух говорил жене, что скоро мне предстоит

вести длинные разговоры с множеством людей о предмете, в котором я прежде

находил свой путь на ощупь, словно слепой. Хотя многие из тех книг и

фильмов, о которых пойдет речь в этой книге, сейчас изучают в университетах,

я составлял свое мнение совершенно самостоятельно, и никакие учебники не

направляли ход моих мыслей. Похоже, вскоре мне предстоит впервые узнать

истинную цену своих суждений.

Эта фраза может показаться странной. Но ниже я сформулирую положение о

том, что никто не может быть уверен в своих мыслях по тому или иному поводу,

пока не запишет их на бумаге; кроме того, я считаю, что мы вообще плохо

представляем себе, что думаем, пока не изложим свои рассуждения перед

другими, по крайней мере не менее разумными, людьми, чем мы сами. Поэтому

перспектива оказаться за кафедрой в университетской аудитории меня

беспокоила, и я слишком много переживал по этому поводу во время во всех

остальных отношениях замечательного отпуска на Сент-Томасе <Один из

Виргинских островов в Вест-Индии.>, когда размышлял о роли смешного в

"Дракуле" Стокера и об элементах паранойи в "Похитителях тел" Джека Финнея.

После звонка Билла я начал думать, что если мои беседы (у меня не

хватало смелости назвать их лекциями) в области

ужасов-сверхъестественного-готического будут приняты хорошо - и мною, и

моими слушателями, - то, возможно, книга на эту тему замкнет круг. В конце

концов я позвонил Биллу и сказал, что попробую написать книгу. И, как

видите, я ее написал.

Все это я говорю к тому, чтобы поблагодарить Билла Томпсона, которому

принадлежит идея книги. Идея очень хорошая. Если вам понравится книга,

скажите спасибо Биллу, это он ее придумал. А если не понравится, вините

автора, который испортил отличную задумку.

Благодарю также тех студентов - их было ровно сто, - которые терпеливо

(а порой снисходительно) слушали, как развиваю перед ними свои мысли. В

результате я не могу претендовать на авторство всех изложенных здесь

концепций, потому что в ходе обсуждения они модифицировались, уточнялись, а

во многих случаях и полностью изменялись.

Однажды на лекцию пришел Бертон Хетлен, профессор английской литературы

из Мэнского университета. В тот день я рассказывал о "Дракуле" Стокера, и

мысль Бертона о том, что ужас является важной частью того бассейна мифов, в

котором все мы купаемся, стала одним из кирпичей в фундаменте этой книги.

Так что спасибо, Берт.

Заслуживает благодарности и мой агент Кирби Макколи, любитель ужасов и

фэнтези, добропорядочный гражданин Миннесоты, который прочел рукопись,

указал на ошибки и поспорил с некоторыми выводами.., но больше всего я

признателен ему за один вечер в нью-йоркском отеле "Плаза", проведенном за

выпивкой. В тот вечер он помог мне составить рекомендуемый список фильмов

ужасов 1950 - Г980 годов, который входит в приложение 1. Я в долг> перед

Кирби и за многое другое, но пока ограничимся этим.

В процессе работы над "Танцем смерти" я пользовался множеством

источников и постарался отметить благодарностью каждый, но здесь хочу

назвать особенно ценные для меня: самую первую работу о фильмах ужасов -

книгу Карлоса Кларенса "Иллюстрированная история фильмов ужасов";

тщательный, эпизод за эпизодом, анализ содержания "Сумеречной зоны" (The

Twilight Zone) в "Старлоге" <Ежемесячный американский журнал, посвященный

в основном фантастике в кино и на телевидении. Основан в 1976 году.>.

"Энциклопедию научной фантастики", составленную Питером Николсом, которая

была особенно полезна для понимания (или попыток понять) смысла произведений

Харлана Эллисона и телесериала "Внешние ограничения" (The Outer Limits); а

также бесчисленное количество иных закоулков, куда мне приходилось

забредать.

Наконец, я хотел бы выразить благодарность писателям: Рэю Брэдбери,

Харлану Эллисону, Ричарду Матесону, Джеку Финнею, Питеру Страубу, а вместе с

ними и Энн Риверс Сиддонс, которые любезно ответили на мои письма и

предоставили информацию о творческой истории своих произведений. Их голоса

придают книге особую глубину, которой ей как раз не хватало.

Пожалуй, все... Хочу только добавить: не думайте, что я считаю свою

работу хоть в какой-то степени приближающейся к совершенству. Подозреваю,

что, несмотря на тщательную проверку, в ней остается еще немало ошибок;

надеюсь лишь, что они не слишком серьезны и их не чересчур много. Если

обнаружите такие ошибки, то, надеюсь, вы напишете мне и укажете на них,

чтобы я мог внести поправки в следующие издания. И, знаете, я надеюсь, книга

вас позабавит. Читайте понемногу или все сразу - главное, с удовольствием. В

конце концов, для того она и написана, как и любой роман. Может быть, что-то

заставит вас задуматься, или улыбнуться, или рассердиться. Любая из этих

реакций будет мне приятна. А вот скука - это ужасно.

Для меня работа над этой книгой была одновременно тяжким бременем и

удовольствием, в иные дни - неприятной обязанностью, в другие - приятным

времяпрепровождением. В результате, наверное, вы обнаружите, что она

написана неровно. Надеюсь только, что путешествие по ней для вас, как и для

меня, не останется бесполезным.

Стивен Кинг

ПРЕДИСЛОВИЕ К ИЗДАНИЮ В МЯГКОЙ ОБЛОЖКЕ

Примерно через два месяца после начала работы над "Пляской смерти" я

рассказал одному приятелю с Западного побережья, который тоже любит книги и

фильмы ужасов, чем я сейчас занят. Мне казалось, он будет рад. Но он бросил

на меня полный ужаса взгляд и сказал, что я свихнулся.

- Почему? - спросил я.

- Угости пивом, и я тебе объясню, - ответил он. Я заказал ему пива. Он

выпил половину и доверительно наклонился ко мне через стол.

- Это безумие, потому что фэны разорвут тебя в клочья, - сказал он. - У

тебя будет сколько верных догадок, столько же и ошибок. И никто из этих

парней не погладит тебя по головке за верные выводы; зато за ошибки тебя по

стенке размажут. А как ты себе представляешь поиски исследовательского

материала по "Резне по-техасски с помощью механической пилы"? Куда ты

полезешь? В "Нью-Йорк тайме"? Это просто смешно.

- Но...

- Одни скажут тебе одно, другие - другое. Черт побери, ты станешь

расспрашивать Роджера Кормана об актерах, которых он снимал в пятидесятых

годах, и он наврет тебе с три короба, потому что снимал в три недели по

фильму и они у него все перепутались!

- Но...

- Это еще не все. Из того, что написано об ужасах, половина - полная

чепуха, потому что те, кто любит этот жанр, такие же, как мы с тобой. Иными

словами, чокнутые.

- Но...

- На собственные воспоминания тоже можешь особенно не полагаться.

Откажись-ка ты от этой затеи. Ты все испортишь, и фэны сожрут тебя живьем,

потому что это фэны. Лучше напиши очередной роман. Только сначала купи мне

еще пива.

Пива я ему купил, но от этой затеи, как видите, не отказался. Однако,

помня его слова, я включил в предисловие к первому изданию просьбу ко всем

фэнам писать мне, если я в чем-то ошибся. Не скажу, что писем были миллионы,

но все же мой пессимистичный друг оказался прав: я получил сотни писем. И

это приводит нас к Деннису Этчисону.

Деннис Этчисон - еще один любитель жанра ужасов с Западного побережья.

Он небольшого роста, обычно при бороде и красив - но не набившей оскомину

латиноамериканской красотой, что вносит разнообразие. Кроме того, он

отличается мягкой натурой, забавностью и глубокомысленностью. Он прочел уйму

книг и видел кучу фильмов - а Деннис способен глубоко понять смысл

прочитанного или увиденного. К тому же он пишет фантастику, и если вы не

читали его сборник рассказов "Темная страна" (The Dark Country), значит, вы

пропустили одну из наиболее значительных книг в нашей области (кстати

говоря, в моей книге она не рассматривается, потому что издана после 1980

года). Рассказы его не просто хороши; они все без исключения великолепны, а

в некоторых случаях просто гениальны - как гениальна "Манящая красотка" (The

Beckoning Fair One) Оливера Ониона. В твердом переплете она напечатана

небольшим тиражом, но скоро в издательстве "Беркли" она выйдет в мягкой

обложке - и советую вам не идти, а бежать в ближайший книжный магазин, как

только она поступит в продажу. К слову: мне никто не платил за эту рекламу;

она идет от сердца.

Так вот, Кирби Макколи подсказал мне, что Деннис - самый подходящий

человек, чтобы исправить ошибки, допущенные в мягком издании "Танца смерти".

Я спросил Денниса, не согласится ли он это сделать, и он согласился. Я

отправил ему свою растущую с каждым днем пачку писем "вы здесь ошиблись"

"федеральным экспрессом". Не преувеличу, утверждая, что Деннис оказал мне -

и всем, кого заботит точность даже в такой мрачной темнице, как жанр ужасов

- неоценимую услугу. Это издание гораздо свободнее от ошибок, чем первая

книга, вышедшая в твердой обложке, и тем более предыдущее издание -

  1. Книга, которую вы держите в руках, может сыграть, в той или иной мере, все четыре этих роли

    Книга
    Примерно раз в столетие в мире появляется книга, бросающая вызов старым представлениям и верованиям и коренным образом меняющая жизнь целого ряда поколений.
  2. Книга, которую вы держите в руках, и предназначена для того, чтобы

    Книга
    Затем при- ходит очередь сыпи и опрелостей, кашля, чихания и расстройства кишечни- ка. По мере роста ребенка его здоровье вроде бы становится менее хрупким, но неизбежно возникают новые вопросы.
  3. Книга, которую Вы держите в руках, научит использовать более продвинутые возможности мира

    Книга
    Нам подарили самую интересную игрушку, которая только может существовать – нашу реальность. Но почему-то не дали руководства по ее эксплуатации. Поэтому мы применяем только самые простейшие законы этой игры.
  4. Книга, которую вы держите в руках, не исключение: она «произросла» из

    Книга
    Книга, которую вы держите в руках, не исключение: она «произросла» из главы «Земля Ларина».
  5. Книга, которую вы держите в руках

    Книга
    В книге есть изречения, заставляющие задуматься; есть фразы, за­ставляющие улыбнуться. Но самые лучшие – те, в которых улыбку и мысль нельзя разделить.
  6. Книга, которая экономит время, это книга жизни! (1)

    Книга
    Заработает автор, Глеб. Не столько денег, сколько славы и популярности — и много новых благодарных учеников. Заработает издательство — и опять же не столько денег, сколько множество благодарных читателей.
  7. Книга, которая экономит время, это книга жизни! (2)

    Книга
    Один из читателей как-то сказал мне, что мои предисловия к книгам напоминают ему хорошие грузинские тосты — они в меру длинные и интересные. Намек понял, закругляюсь.
  8. Есть множество книг, которые учат тому, что нужно делать специалисту по маркетингу в той или иной ситуации, и почти никто не пишет о том, как это делать. Эта кн

    Документ
    Есть множество книг, которые учат тому, ЧТО нужно делать специалисту по маркетингу в той или иной ситуации, и почти никто не пишет о том, КАК это делать.
  9. Книга "1001 вопрос про это", написанная Владимиром Шахиджаняном известным психологом и журналистом, преподавателем факультета журналистики мгу им.

    Книга
    Мы все зависим друг от друга. Согласитесь, каждый из нас может сделать что-то для другого. Если бы каждый человек хотя бы попытался как-то улучшить жизнь другого, право, всем нам стало бы легче жить.

Другие похожие документы..