«Искать здравый смысл в действиях наших политиков дело утомительное. Вся новейшая история это эпопея зависти, мести и сведения личных счетов»

К сожалению, последних не редко обирает не только мафия, но и многочисленные борцы с ней. Почему-то о борьбе с мафией вспоминают обычно люди, которым захотелось поиграть в избирательные игры. А вот после победы на выборах они свои обещания часто откладывают в долгий ящик. Однако мы снова несколько отвлеклись от темы и пора вернуться к вопросу о некотором падении авторитета КГБ.

1.1.6. Не малую роль в этом процессе сыграли отдельные сотрудники органов госбезопасности. Что стоит только один Олег Калугин, который к началу 1991 года стал уже известной фигурой, активно и публично боровшейся с руководством КГБ СССР.23 Скандалы вокруг Калугина были, пожалуй, наиболее неприятными для органов госбезопасности. По мнению некоторых: «…Крючков, что называется, закусил удила и приказал начать против отступника кампанию по дискредитации с лишением Калугина пенсии, наград и т.д. Результат этой кампании, проведенной бездарно и топорно, был прямо противоположен тому, что задумывалось».I Мало, того, в эту кампанию был втянут и сам Горбачев, что не повысило ему авторитета, учитывая конечный результат.

Впервые бывший генерал госбезопасности демонстративно пошел против руководства КГБ. И с успехом выиграл выборы в народные депутаты страны, не смотря на старания всего Комитета государственной безопасности.24 Кстати, судьба Калугина очень интересна, многогранна и поучительна. О нем можно было бы написать отдельную книгу. Но и в рамках данной книги к его личности еще придется возвращаться. Пока же отметим, что пример Калугина оказался заразителен, некоторые иные сотрудники госбезопасности (хотя и было их совсем немного) воспользовались им. Вспомним строки из «Евгения Онегина»: «его пример другим наука».25

Все это неизбежно и объективно вело к снижению авторитета органов госбезопасности. Компенсировать этот процесс повышением результативности в работе КГБ, видимо, просто не мог. Работали те же самые люди, привыкшие работать, так как работали раньше. На общем фоне медленной инфляции снизалось и материальное их преимущество, бывшее одной из слагаемых престижности службы.26

Кроме того, сотрудники госбезопасности, как и многие другие, плохо представляли, что такое перестройка, зачем она и почему нет реальных положительных результатов.27 Все это воздействовало и на общий авторитет органов в глазах населения.

1.1.7. Правда, это снижение авторитета КГБ шло очень и очень медленно. Но процесс уже пошел и к началу 1991 года зашел достаточно далеко. Много позже, когда КГБ уже в очередной (и не в последний) раз переродилось и превратилось в ФСК, газета «Красноярский комсомолец» написала: «Разумом страна понимает: люди, работающие сегодня в структурах ФСК, к зверствам, творимым в застенкам НКВД, непричастны. Они даже не жили тогда. Почему же кровавый след, как не засыпай его песком добрых дел, направленных на укрепление безопасности государства, вновь и вновь проступает? Ответ - на поверхности. Представьте, что у вас есть сосед. У него жена, маленький сын. В один прекрасный день вы узнаете, что сосед ваш - маньяк, на совести которого десятки загубленных жизней. Любому здравомыслящему человеку понятно, что к преступлениям отца сын отношения не имеет. Но сколько бы ни минуло лет, и каким бы прекрасным гражданином ни стал повзрослевший ребенок, вы никогда не забудете (просто не сможете!), кем был его отец.

У спецслужб во всем мире похожая участь. Спецслужбы не любят нигде. Это нормально: граждане не обязаны любить свои силовые структуры. Даже если эти структуры оберегают их покой и служат могуществу государства. Но в нашей стране, где у спецслужб столь кровавое прошлое, должно, видимо, прорасти травой несколько поколений, чтобы клеймо палачества перестало проступать сквозь песок, чтобы потомки замученных и казненных приняли для себя библейскую заповедь: «Не судите, и не судимы будете...».I

Вышесказанное сильно преувеличено,28 на самом деле в России спецслужбы то как раз обычно любят, кроме относительно кратких периодов их очередного развенчивания. Но доля истины в этой цитате тоже есть. Раскрытие (а порой и смакование) репрессий 20-50 годов сильно (но не смертельно) ударило по авторитету органов государственной безопасности.

Кстати, думали ли в начале 80-х годов сотрудники госбезопасности о своей службе как наследниках сталинских репрессий? Владимир Путин, на вопрос о том, как он оценивал 37-й год при поступлении на службу в КГБ, ответил: «Честно скажу: совершенно не думал. Абсолютно… Мои представления о КГБ возникли на основе романтических рассказов о работе разведчиков. Меня, без всякого преувеличения, можно было считать успешным продуктов патриотического воспитания советского человека».II Вероятно, Владимир Владимирович говорил правду, ибо сам автор данной книги чувствовал примерно то же самое примерно в то же время. И вот этот романтизм в конце 80-х годов стали разрушать.29 Психологически это не простое переосмысление.

1.1.8. Однако в самом начале 1991 года все это еще не казалось уж очень трагичным для достаточно многих чекистов. Они еще продолжали думать, что процесс критики как свежий ветер выметет все недостатки и тогда все вернется на круги свои, только станет еще лучше и для страны и для КГБ. Это оптимисты. Но число пессимистов росло.

К тому же разные люди служили в органах. Некоторые, как и предприимчивые новые политики и новые коммерсанты (одним словом – новые русские), также надеялись извлечь что-то полезно для себя.30 Но последних было сравнительно мало. Государственная служба и является службой, риск предпринимательства (естественный для этой сферы деятельности) в целом не характерен для государственных служащих, тем более, военных.31 У них свои трудности. В этом особенность государственной службы, ее достоинство и недостаток.

Кстати, в 1989 - 1991 годы многие сотрудники органов государственной безопасности принимали участие в формировании представительных органов власти различного уровня. Такое активное участие не могло ни быть санкционировано руководством этого ведомства.32 Процент сотрудников госбезопасности среди великого множества различных депутатов был гораздо выше их процента среди всего населения.

1.1.9. А тем временем, руководство КГБ СССР медленно и с оглядкой на Горбачева стало критиковать многие элементы проводимых перемен. Все чаще и чаще из органов поступала доступная для всех информация об экономических и прочих провалах.33 Одним из самых заметных стало заявление председателя КГБ СССР на IV Съезде народных депутатов СССР, озаглавленное «КГБ против саботажа». Появился термин «экономический саботаж», который Президент СССР М.С. Горбачев упомянул в Указе «О взаимодействии милиции и подразделений Вооруженных Сил СССР при обеспечении правопорядка и борьбы с преступностью» от 26 января 1991 года, призвав к «решительной активизации борьбы с экономическим саботажем». Указом был создан Комитет по координации деятельности правоохранительных органов при Президенте СССР. Сколько подобных структур будет еще создано. Правда, уже Президентом другой страны (Российской Федерации). Но об этом позже.

В то время газета «Правда» напечатала выступление Крючкова под заголовком «КГБ против саботажа». Было принято считать, что «можно обвинить КГБ в неправильной политической линии, в попытке не так оценить ситуацию, в том, что там засилье реакции, но сказать, что там сидят шкурники, было нельзя».I А сказал это человек, который в то время был одним из символов нарождающейся российской демократии. Впрочем, так говорили порой совершенно разные люди.34

Но воспринимали крючковские откровения по-разному. Вот, например, как оценивал его еженедельник «Новое время» словами Симона Соловейчика: «Экономическое состояние страны действительно составляет основу ее безопасности. Но, когда экономикой начинает заниматься государственная безопасность, это само по себе становится опасным для государства. КГБ - методами экономику поднять невозможно, данная организация по своему существу может лишь пресекать и разоблачать, а если некого разоблачать то находить саботажников-вредителей там, где их явно нет».II

Была и несколько более осторожная критика вхождения КГБ в экономику. «Официальные лица выражают надежду, что КГБ сможет повлиять на ситуацию в торговле, поскольку по сравнению с ОБХСС менее коррумпирован. Хотелось бы на это надеяться - но причины коррупции ведь не в порочности тех, кто идет служить в ОБХСС, а в системе, при которой работникам торговли выгодно торговать из-под полы и соответственно «подкармливать» тех, кто мог бы этому помешать. Если уж экономические соблазны заставили за последние годы около двадцати высокооплачиваемых профессионалов КГБ за рубежом переметнуться на сторону иностранных разведок, то где гарантии, что их рядовые и гораздо менее обеспеченные коллеги, столкнувшись с соблазнами внутри страны, устоят? Вопрос времени и масштабов соприкосновения КГБ с миром торговли...».III

Кстати, автор данной книги сам слышал такие высказывания в среде наиболее понимающих и осторожных сотрудников госбезопасности.35

1.1.10. «В декабре 1990-го – январе 1991 года, - по мнению Анатолия Собчака, - политическая и экономическая ситуация в стране достигла критической, кризисной отметки. И в этих условиях вместо ожидаемой стабилизации обозначился резкий поворот страны вправо. С глаз общества спадает пелена надежд на улучшение жизни».I Для большинства жизнь становилось все сложнее и сложнее, все менее и менее чувствовали они уверенность в себе и тем более в своем будущем.

Экономическая ситуация стабильно ухудшалась. Руководство страны понимало, что нужно срочно находить какой-то выход из экономического кризиса. Нужно для того, чтобы удержаться у власти. Самым быстрым выходом виделась экономическая помощь из-за бугра. Не решив за пять лет проблемы самостоятельно, решили сделать это при помощи чужих денег. Мечты об иноземной помощи, похоже, становились навязчивой идеей. Чуть ли не единственным шансом спасти положение страны и самим удержаться у власти. При этом создавалось представление, что помощь может прийти лишь при наличии у власти одного человека – Горбачева.

Но и там за бугром уже понимали, что Советский Союз садится на экономическую иглу. А значит, разговаривать с ним можно по-другому. Пока же помощь ограничивалась дешевыми подачками и поощрениями предназначенными персонально главе разваливающейся державы. Смотря со стороны, можно сказать только одно – они правильно делали. Но эта была правильность их интересов.

Горбачев в это время получил Нобелевскую премию мира. Для него, очевидно, это означало существенное повышение собственного статуса и уверенности, что «заграница поддержит». Но это было только для него.

Событие (получение Нобелевской премии) это достаточно важное, однако внутри страны оно не встретило сколько-нибудь заметной радости.36 «Всему миру, - писал бывший телохранитель (сотрудник КГБ СССР) первого и последнего советского президента Медведев В.Т., - памятно присуждение советскому лидеру Нобелевской премии мира в ту пору, когда на территории СССР полыхали межнациональные войны, во многих республиках лилась кровь».II

Позже бывший член руководства КГБ СССР Ф.Д. Бобков напишет: «Столь трогательное отношение к нашему лидеру, такие восторги по поводу высказываний человека, без конца провозглашавшего социалистический выбор, у нас почему-то никого не насторожили».III Заметим, что насторожиться должны прежде всего чекисты, это им по должности положено было выявлять угрозы государственной безопасности. Но вот это-то, похоже им в голову не пришло.

Недовольные первым советским президентом констатировали: «Огромная заслуга» (развал тоталитаризма в России), за которую Горбачев провозглашен на Западе чуть ли не «человеком века», была …его услугой и особого таланта не требовала: ломать - не строить. Более бездарно распорядиться столь огромной властью было трудно».IV Строить, действительно, сложнее. Не всякому дано. Кстати, Горбачев строителем не был, строителем (по образованию и первой специальности) был Ельцин.

Следует обратить внимание, что Нобелевскую премию собирались дать годом раньше (т.е. были готовы дать), но по техническим причинам не получилось. Горбачеву, словно показали, заслужи еще больше. Может быть, и другая версия – попытка поддержать его внутри страны, но, как видим, реакция была прямо противоположной. Умом Россию не понять, аршином общим не измерить.

1.1.11. В некоторых средствах массовой информации критики «демократизации» все чаще и чаще стали приводить факты поддержки различных оппозиционных групп из-за границы. А в то же время в оправдание иностранной помощи стали появляться статьи, которые старались доказать, что никакая помощь из-за границы не способна развалить политическую систему, если она сама не идет к этому. При этом факт самой помощи всячески завуалировали, ссылаясь на отдельные благотворительные акты отдельных иностранных организаций, не связанных со спецслужбами (на долларах ведь не стоял штамп «поступило от ЦРУ»). В еженедельнике «Новое время»I для этого использовали польский пример десятилетней давности.

Утверждение, хотя и, имеющее право на существование, но не бесспорно.37 Давно известно, что политическая деятельность, как и всякая, осуществляется людьми, которым для этого нужны определенные средства, и которым нужно получать зарплату. Если этого нет, то возможен только кратковременный и стихийный бунт недовольных, а не долговременная оппозиционная активность.

1.1.12. Вот такая оппозиционная активность проявлялась порой прямо в отношении органов государственной безопасности. В стране были даже сделаны попытки своеобразного «суда» над органами государственной безопасности. Напомним, что по инициативе комитета по делам молодежи Верховного Совета РСФСР было начато парламентское расследование деятельности КГБ СССР.38

Активную роль в этой попытке играли народные депутаты Верховного Совета СССР Сергей Калашников и Андрей Плотников. Сообщалось: «После того как идею поддержали более 100 народных депутатов СССР и два комитета, началось формирование независимой парламентской комиссии, которую согласился возглавить председатель Комитета Верховного Совета СССР по науке и народному образованию академик Юрий Рыжов».II

Хотели, видимо, сделать себе рекламу, но не получилось, не вовремя начали. Нужно было чуть-чуть попозже, а может быть и другими «нужными» людьми. Всякому овощу свое время. А, может быть, никто просто не стал финансировать это расследование, которое, как писала газета «Комсомольская правда», было «практически заморожено».III

1.1.13. Все, что ни делается, все к лучшему. Так говорят некоторые, оправдывая все неудачи. Публичное копание в бумагах КГБ могло привести страну к печальным (если не трагическим результатам). Дело в том, что КГБ привлекал к сотрудничеству многих.

Вот что, например, писал знаменитый в годы перестройки демократ Г.Х. Попов: «В КГБ довольно быстро поняли, что от меня можно получить достаточно емкие наблюдения, и они ездить мне не мешали. Мои общие оценки их интересовали, и думаю, что по многим вопросам они подтвердились». Практически, это означало прикрытое признание в каком-то сотрудничестве с КГБ, а сотрудничество с этой структурой было обычно одно – тайное.

Многие понимали – лучше полупризнание самого, чем разоблачение другими. А последнее становилось все более и более реальным.

1.1.14. К концу перестройки КГБ был уже не вполне единым монолитом (а, следовательно, не был и надежным). Сами органы госбезопасности начали тогда постепенно входить в зыбкое болото внутриведомственных конфликтов, которые часто решались привычными половинчатыми мерами.39 Это расшатывало дисциплину, формировало у некоторых сотрудников мысль о возможности решить свои карьерные проблемы без старого привычного способа - службы начальству. И их можно было понять.

Монолит КГБ стал подтачиваться вирусами сомнения и недовольства, уже несколько лет заполонившими страну. В системе, призванной защищать коммунистический строй, это чувствовалось особенно. Владимир Путин на вопрос о том, почему он ушел из КГБ, ответил: «Я уже понимал, что будущего у этой системы нет. У страны нет будущего. А сидеть внутри системы и ждать ее распада… Это очень тяжело».IV

Перестройка, гласность и демократизация сильно меняли страну. Чтобы удержать лодку на плаву это процессы должны были уравновешиваться соответствующим изменениям в деятельности государственного аппарата (и в том числе органов госбезопасности). Время для КГБ действительно становилось все сложнее и сложнее. Систему госбезопасности, как и всю страну, нужно было срочно, быстро и, главное, эффективно реорганизовывать. Это тем более было важно, учитывая огромное значение КГБ СССР для страны, почти всеобъемлющий характер задач, которые перед ним ставили.

Но дальше разговоров о перестройке дело не шло. Автор настоящей книги так и не смог найти хоть сколько-нибудь убедительных доказательств существования попыток реальной перестройки системы государственной безопасности с учетом кардинальных изменений в обществе.

Что и как перестраивать никто толком не знал. Если, конечно, не считать случаев, когда под видом перестройки шла обычная борьба за кресла и должности, да мелкий, чисто косметический ремонт системы. К коренным изменениям в жизни страны, КГБ оказался не готов, и в результате получилось то, что и должно было произойти и со страной и самим КГБ.

Это топтание на месте было, в определенной степени, естественным, люди-то ведь были те же самые, и начальники, и подчиненные. Внутри все оставалось практически тем же, хотя внешне жизнь резко менялась. Разрыв между внутренним и внешним состоянием все время нарастал. А нарыв не может нарывать бесконечно. И как правило, он сам по себе не рассасывается.

1.1.15. Тем временем отдельные средства массовой информации выбирали для себя «жертв КГБ» и становились на их защиту. Так, например, еженедельник «Новое время», начав еще в 1990, продолжил и в следующем году защиту Альфреда Шоленберга, советского немца, обвиняемого органами КГБ в контрабанде. Для среднего читателя понять кто прав, а кто виноват было невозможно, талантами Шерлока Холмса обладали далеко не все. Так что общественное мнение по конкретным проблемам создавалось методом: кто громче и красивее выскажется.

В некоторых регионах страны органы госбезопасности попадали прямо таки в гущу конфликтов. В июне 1990 года на сессии Верховного Совета Эстонской ССР было принято решение и прекращении финансирования из республиканского бюджета деятельности КГБ, Главлита и военкомата Эстонской ССР. В ночь с 15 на 16 сентября 1990 года в Тбилиси после несанкционированного митинга возбужденная толпа совершила нападение на здание КГБ Грузии. Список таких примеров по стране можно было бы и продолжить.

1.1.16. Тем временем председатель КГБ, выступая на Верховном Совете, а затем на пресс-конференции, разъяснил всем желающим ему внимать, «что задача КГБ» - борьба с деструктивными силами, а деструктивные силы - это те, что хотят развалить Союз».I

Видимо, так же думало и большинство сотрудников, которые, как и все военнослужащие, присягали «до последнего дыхания быть преданным своему Народу, своей Советской Родине и Советскому Правительству».

Тем, кто в душе придерживался слов присяги, было не просто понимать, что разваливается все. И свой Народ, и Советская Родина, и Советское Правительство.

Как видим, задачу председатель КГБ понимал ясно, но выполнить ее не сумел (т.к. Советский Союз развалился), даже имея в подчинении мощную структуру.

  1. Книга 3 (фсб РФ при Барсукове, 1995-1996 годы)

    Книга
    В третьей книге речь идет о событиях 1995-1996 годов, когда прошли первые выборы главы самостоятельного российского государства, когда разгорелся самый крупный конфликт среди окружения президента страны, когда окончилась «первая чеченская
  2. Керсновский А. А. История Русской армии

    Книга
    Проект "Военная литература": Издание: Керсновский А.А. История Русской армии. — М.: Книга на сайте: /h/kersnovsky1/index.html Иллюстрации: /h/kersnovsky1/ill.
  3. Эта книга посвящается Константину Константиновичу Минджия с улицы Инге, который научил меня учиться, когда я учусь, Русудан Григорьевне Гогия из города Ткварче

    Книга
    Эта книга посвящается Константину Константиновичу Минджия с улицы Инге, который научил меня учиться, когда я учусь, Русудан Григорьевне Гогия из города Ткварчели, которая научила меня работать, когда я работаю, Аркадию Иосифовичу Слуцкому
  4. История мировой журналистики (1)

    Книга
    Беспалова А. Г., Корнилов Е. А., Короченский А. П. и др. История мировой журналистики. Москва – Ростов-на-Дону: Издательский центр «МарТ», 2003. - 432 с.
  5. История мировой журналистики (2)

    Книга
    Аннотация: В книге рассматривается история мировой журналистики со времени возникновения до нынешнего ее состояния. В хронологической последовательности представлен процесс типологического развития средств массовой информации в связи
  6. Методические материалы (Гайбарян О. Е., Ростовский гу) 307 История зарубежной литературы 17-18 веков 333 Сводный вариант лекций (Иванова Н. А., Стерлитамакская гпа) 334 (1)

    Методические указания
    "Уроженец афинского предместья Колона, Софокл был настоящим воплощением лучших сторон эллинства: прекрасный собой, сильный, здоровый, замечательно разносторонний в своих дарованиях и обаятельный в обращении, он во всеоружии своих
  7. Методические материалы (Гайбарян О. Е., Ростовский гу) 307 История зарубежной литературы 17-18 веков 333 Сводный вариант лекций (Иванова Н. А., Стерлитамакская гпа) 334 (2)

    Методические указания
    "Уроженец афинского предместья Колона, Софокл был настоящим воплощением лучших сторон эллинства: прекрасный собой, сильный, здоровый, замечательно разносторонний в своих дарованиях и обаятельный в обращении, он во всеоружии своих
  8. Борис Прокопьевич Синюков Загадочная русская душа на фоне мировой еврейской истории Борис Синюков Загадочная русская душа на фоне мировой еврейской истории

    Документ
    Критика новохронов со ссылкой в приложение 2. Евреи, цыгане, таблица. Нет критериев надежности. Гильдебранд и Юлиан. Гильдебранд и Генрих IV. Отношение к Карамзину.
  9. Экскурс в историю горных племен. Австрийцы и швейцарцы

    Реферат
    К 1945 году Вторая Мировая война стала для человечества величайшей эпопеей за всю прошедшую историю. Для нас, ныне живущих, последующие шесть десятков лет оказались еще более важной эпохой – потому, что происходило осознание жестоких

Другие похожие документы..