Сборник статей студентов и аспирантов по материалам научной конференции Всероссийского форума молодых ученых-филологов «Родная речь Отечеству основа»

И в знамя верил голубое,

Но ночь пришла, и нежно тень

Берет усталого без боя (1; 67).

Ночь в этих стихотворениях И. Анненского и Ф. Тютчева — желанная гостья, которая приносит с собой «отдохновенье» и покой. Не случайно герой стихотворения отдается ей «без боя». Но чаще в лирике Тютчева и Анненского ночь есть что-то неразгаданное, таинственное, может быть, даже страшное:

Святая ночь на небосклон взошла,

И день отрадный, и день любезный.

Как золотой покров она свила,

Покров, накинутый над бездной (6; 125).

Несмотря на то, что ночь — «святая», герой боится ее, она ему кажется «бездной». Ночь связана с хаосом и грядущим Апокалипсисом. Человек, оказавшись в этом ночном, страшном, ужасном мире, беззащитен. Он как будто «немощен и гол», его лишили солнечного света, тепла, очага родного крова (он «сирота бездомная»). Лирический герой боится стоять «лицом к лицу перед пропастью темной». Более того, ночь, мрак, тьма проникает в душу героя Тютчева («…В душе своей, как в бездне, погружен» (6; 125)). Он не верит в светлое начало, в свои силы. Но зачем ему дана ночь? Чтобы разгадать тайну, решить, говоря словами И. Анненского, «постыльный ребус бытия», увидеть «в чудном, неразгаданном, ночном» свое «я». Лирический герой Анненского воспринимает темноту так же, как и тютчевский:

В темном пламени свечи

Зароившись как живые,

Мигом гибнут огневые

Брызги в трепетной ночи (1; 71).

Ночь — это магическое время суток. Не случайно именно ночью случается что-то таинственное, то, что не может произойти днем. Герой хочет уснуть, но боится сна «как безумного желания тихий берег умирания захлестнувшего волна». Ночь — это борьба прежде всего добрых и злых сил, светлого и темного начала в человеке, плоти и души…

В переживании контраста дня и ночи (наступление сумерек, затем — ночи и далее — утра) И. Анненский является наследником Ф. Тютчева. Но спасение он видит не в устремленности к гармони космоса, а в погружении в «глубину сердца», которая связует эти два мира (2; 98). Непримиримость ночи и дня, невозможность гармонии проходит через всю лирику И. Анненского. Мир, в котором показан лирический герой поэта, предельно трагичен. Он является нам таким потому, что представлен как следствие осознания поэтом крайнего неблагополучия окружающей среды с ее жестокостью, уподоблением человека вещам, в котором лирическое «я» поэта не может быть счастливым («Невозможно»).

И. Анненский — эстетический нигилист. Его поэзия — это поэзия «отрицания». Лирический герой не может обрести свободы ни в общении с людьми или с природой, ни в любви. Отсюда основными темами в его поэзии являются темы тоски и одиночества, когда состояние муки и душевного страдания становится обычным способом существования и мыслится как сам процесс жизни. В этом Анненский подлинный декадент и последователь Ф. Тютчева, показавшего близость Апокалипсиса. Библия так говорит о сотворении мира (и в этом звучит радость и оптимизм): «Вначале сотворил Бог небо и землю. Земля же была безвидна и пуста, и тьма перед бездной; и Дух Божий носился над водою. И сказал Бог: «Да будет свет!» И стал свет. И увидел Бог свет, что он хорош; и отделил Бог свет днем, а тьму ночью. И был вечер, и было утро: день один» (4). Ф. Тютчев, а за ним и И. Анненский, показывают, что время обратилось вспять — свет и тьма смешиваются, мелькают тени, приходит время торжества бездны.

литература

1. Анненский И.Ф. Стихотворения и трагедии. — Л.: Сов. Писатель, 1990.

2. Ашимбаева Н.Т. Сердце как образ лирики Анненского // Иннокентий Анненский и русская культура ХХ века: Сборник научных трудов. – СПб, 1996. С. 95–104.

3. Барзах А.Е. Соучастие в безмолвии // Иннокентий Анненский и русская культура ХХ века: Сборник научных трудов. — СПб, 1996. С. 67–85.

4. Библия. Бытие. 1:1–4.

5. Гитин В. Точка зрения как эстетическая реальность: Лексическое отрицание у Анненского // Иннокентий Анненский и русская культура ХХ века: Сборник научных трудов. — СПб, 1996. С. 3–30.

6. Тютчев Ф.И. Стихотворения. — М.: Сов. Россия, 1986.

Тер-Оганова Екатерина Григорьевна

студентка Борисоглебского государственного
педагогического института

Неомифологизм в стихотворении Б. Гребенщикова
«Отец яблок»

«Настоящий живой миф — это никоим образом не собрание рассказов; его не рассказывают, в нём живут…» (1; 378). Мифология БГ — это всеединство. Чтобы узнать её, мы должны согласиться в ней жить, не анализируя, а синтезируя. Так, тема древа оказывается элементом в многокомпонентной системе, дающей ссылки на самые разнообразные источники — от космогонии догонов до Б. Пастернака. Синтез этих ссылок приводит к выводу о следующей системе:

ДЕРЕВО ↔ САД ↔ДУША ↔ ПОЭЗИЯ ↔ КОСМОС

Однако эта система не может не привести к мысли о райском саде, подтверждение чему мы находим в тексте «Отец яблок».

Отец яблок

Пристально смотрит в цветущий сад…

«Цветущий сад» — это скорее всего некий потусторонний мир, рай. Представление о рае как о саде характерно для мировой мифопоэтической традиции. Во многих мифологиях даже уточняется тот факт, что он цветущий. Но у сада БГ есть и ещё одна характеристика. В тексте «Отца яблок» на одно упоминание сада приходится четыре упоминания «отца яблок». Это не может не создать впечатления яблоневого сада. Яблоневый сад существует уже в более ограниченном числе мифологий. Одна из них — кельтская, где речь идёт об «острове блаженных» — Аваллоне, название которого происходит от валлийского слова «afal», что означает «яблоко» (11; 23). Другая — скандинавская мифология, где фигурируют молодильные яблоки богини Идунн («обновляющей»), благодаря которым боги сохраняют вечную молодость. Место действия здесь Асгард (4; 480–481). Молодильные яблоки есть и в греческой мифологии, но располагаются они не в раю, а в саду на крайнем западе у берегов реки Океан (8; 152). Молодильные яблоки есть и в русской сказочной традиции.

Тексту «Отца яблок» больше подходит скандинавский вариант, так как именно он позволяет «идентифицировать» и «Отца яблок». Обладательница золотых молодильных яблок Идунн является женой Браги. А Браги (3; 184) — бог-скальд: «поэт», «лучший», «главный» — и как «поэт» имеет прямое отношение к мёду поэзии, который Один отдал асам и «…тем людям, которые умеют слагать стихи» (5; 127–128). Таким образом, по отношению к лирическому герою–поэту Отец яблок Браги действительно выступает как Творец и Покровитель. Можно вспомнить и о том, что миф о священном напитке, дарующем бессмертие, первоначально был единым, а потом был разделён на два — о молодильных яблоках Идунн и о мёде поэзии.

Итак:

Отец яблок / Браги /

Пристально смотрит в цветущий сад; / яблоневый сад Идунн в обители богов Асгарде /

Странный взгляд.

Эта фраза позволяет предположить, что речь может идти и об Одине. Ведь у скандинавского верховного бога только один глаз: другой он отдал великану Мимиру за мудрость, содержащуюся в его медовом источнике. Е.М. Мелетинский пишет, что «мудрость Одина отчасти обязана шаманскому экстазу и возбуждающему вдохновение шаманскому мёду, который иногда называется мёдом поэзии» (6; 410–411). Сама этимология имени «Один» указывает на поэтическое вдохновение. Ещё до того, как он стал верховным богом, он выступал как олицетворение духовной власти и мудрости, первой из функций богов в трёхфункциональной системе (другие две — военная сила и богатство-плодородие) (6; 410–411). Как следствие всего вышесказанного, Один представляется богом поэзии, покровителем скальдов. Тогда Браги предстаёт в этом тексте как одна из ипостасей Одина. Тем более, что одной из них является Од («исступление» и «поэзия») — бог, муж Фрейи, которая оплакивает золотыми слезами его отсутствие. А Фрейя в свою очередь — богиня плодородия, любви и красоты, подобно Идунн. Получаем взаимосвязанную по горизонтали и по вертикали последовательность:

Один — Фригг

Од — Фрейя

Браги — Идунн

Существование такой взаимосвязи доказывает и распространённая на севере Европы и в Египте тенденция объединять богов в триады (7; 72).

Таким образом, всё в мире разнообразно в своих проявлениях, но в то же время едино во многих лицах.

Отцу яблок

Слышно движенье корней во сне.

Зимы к весне…

Идунн — богиня плодородия. Это, во-первых, придаёт дополнительное значение строчке про «цветущий сад», а во-вторых, объясняет и строчки:

Слышно движенье корней во сне.

Зимы к весне…

«Отцу яблок» слышны эти звуки, то есть ему слышно приближение к нему «его любви».

Его любви здесь нет.

Его любви минус пятнадцать лет.

Она ждёт за ветхим крылом,

За тёмным стеклом

И ей бесконечно странно.

«Ветхое крыло» может в принципе ассоциироваться с чем угодно, но если «под крылом» означает «под защитой», то «за крылом» — «за некой завесой». Мы знаем, что метеорологические явления связаны прежде всего со стихией воздуха, в частности, эскимосы арктической Америки олицетворяют вьюгу, пургу, сильные морозы в виде злых духов «торнаит» (9; 413), обитающих (вследствие связи с метеорологическими явлениями) в воздухе. М.Б. Мейлах пишет, что «воздух служит <…> местопребыванием и демонизированных крылатых существ» (2; 241). Значит, и «торнаит» крылаты. Так мы приходим к выводу, что «ветхое крыло» — это снежная завеса, которая отделяет «Отца яблок» от «его любви». Опять актуализируется мотив зимы–весны.

Далее в тексте следует «за тёмным стеклом». Вообще-то Идунн — жена Браги. Но, как становится понятно из текста, каждая зима разделяет Браги и Идунн, и каждую весну они вновь воссоединяются (ведь Идунн всё-таки богиня плодородия), то есть каждую весну Идунн предстаёт перед Браги как невеста. А невеста — это «не вестимая», неизвестная. Неизвестный же в текстах БГ чаще всего появляется как некто «за тёмным стеклом»:

Откуда я знаю тебя? Скажи мне и я буду рад.

Мы долго жили вместе или я где-то видел твой взгляд?

То ли в прошлой жизни на поляне в забытом лесу,

Или это ты был за чёрным стеклом той машины, что стояла внизу?

(«Тень»)

Таким образом, первая строфа стихотворения «Отец яблок» наводит нас на мысль о конкретных мифологических персонажах. Вторая строфа — это утверждение отсутствия границ (Всё есть всё):

Моя любовь проста.

Мою любовь видит один из ста –

Она ждёт

За долгой зимой

Рядом со мной —

И нам бесконечно странно.

Появляется лирический субъект. Предшествующие строчки дают понять, что он находится «в цветущем саду». Приведённые строчки — слова лирического субъекта. Он говорит о СВОЕЙ любви, которая якобы не имеет отношения к «любви» «Отца яблок». Но:

Она ждёт за ветхим крылом / Она ждёт /

За тёмным стеклом… / За долгой зимой…/

«Моя любовь» и «его любовь» соединяются в одной «любви». По логике вещей, соединяются в одном и «Отец яблок» и лирический герой.

Она ждёт

За долгой зимой

Рядом со мной…

Строчка «рядом со мной» могла бы сбить с толку, если бы не тот же принцип отсутствия границ. Лирический герой и его любовь едины; «Отец яблок» и «его любовь» едины; лирический герой и «Отец яблок» есть одно; любовь лирического героя и любовь «Отца яблок» есть одно; всё есть всё, а тем более любящие; поэтому границы не действуют. И героев может разделять зима — «ветхое крыло» и «тёмное стекло», но они всё равно будут оставаться чем-то единым.

Таким образом, тексты «25 к 10», «Ржавый жбан» и «Отец яблок» образуют своеобразную законченную трилогию, в которой происходит как развитие внешнее (развитие обстановки вокруг героя  развитие мира), так и развитие внутреннее (развитие героя, его понимание мира). Так:

«25 к 10» — «Я и рай без меня»;

«Ржавый жбан» — «Я в моём раю»;

«Отец яблок» — «Мой мир – мой рай».

Здесь начинается новый виток развития Вселенной.

Литература

1. Аквариум. Сны о чём-то большем / Авт. текста: А. Рыбин, А. Кушнир, В. Соловьёв-Спасскийю — М.:София, 2004. С.378.

2. Мейлах М.Б. Воздух // Мифы народов мира: Энциклопедия. В 2 т. М.: Советская энциклопедия, 1987. Т.1. С. 241.

3. Мелетинский Е.М. Браги // Мифы народов мира: Энциклопедия. В 2 т. М.: Советская энциклопедия, 1987. Т.1. С. 184.

4. Мелетинский Е.М. Идунн // Мифы народов мира: Энциклопедия. В 2 т. М.: Советская энциклопедия, 1987. Т.1. С. 480–481.

5. Мелетинский Е. М. Мёд поэзии // Мифы народов мира: Энциклопедия. В 2 т. М.: Советская энциклопедия, 1988. Т. 2. С. 127–128.

6. Мелетинский Е. М. Один // Мифологический словарь / Под ред. Е.М. Мелетинского. М.: Советская энциклопедия, 1991. С. 410–411.

7. Роллестон Т. Мифы, легенды и предания кельтов. М.: Центрполиграф, 2004.

8. Тахо-Годи А.А. Геспериды //Мифологический словарь / Под ред. Е.М. Мелетинского. М.: Советская энциклопедия, 1991. С. 152.

9. Токарев С.А. Духи // Мифы народов мира: Энциклопедия. В 2 т. М.: Советская энциклопедия, 1987. Т.1. С. 413.

10. Поэты русского рока: Б. Гребенщиков, А. Гуницкий, А. Романов, М. Леонидов, Э. Шклярский, А. Васильев. СПб.: Азбука-классика, 2004.

11. Шкунаев С.В. Аваллон // Мифы народов мира: Энциклопедия. В 2 т. М.: Советская энциклопедия, 1987. Т.1.С. 23.

  1. Материалы 3-й региональной научной конференции, посвященной 780-летию крещения карелов

    Документ
    Православие в Карелии: Материалы 3-й региональной научной конференции, посвященной 780-летию крещения карелов / Отв. ред. В. М. Пивоев. Петрозаводск: Изд-во Карельского научного центра РАН, 2008.
  2. Рекомендации по проведению конференций молодых ученых-филологов Проведение форума молодых ученых-филологов, комплексного многоуровневого мероприятия, требует подготовки

    Документ
    На первом этапе необходимо сформировать организационный комитет форума и рабочую группу для решения основных организационных задач и ведения текущей организационной работы.
  3. Том I культурология. Педагогика алматы  астана  баку  гродно  киев  кишинев  коламбия люденшайд  минск  невинномысск  ташкент  харьков  элиста 2010

    Документ
    В первом томе представлены доклады и сообщения студентов, аспирантов и молодых ученых учебных заведений и организаций Беларуси, Казахстана, Молдавии, Монголии, России,Узбекистана, Украины, посвященных проблемам культурологии и педагогики.
  4. Отчет о результатах самообследования филологического факультета по состоянию на 01. 06. 2008 года

    Содержательный отчет
    Отчет выполнен по результатам самообследования филологического факультета, проводившегося в течение 2007–2008 учебного года. В ходе самообследования анализировались все основные направления деятельности факультета.
  5. Сборник выступлений, тезисов, проектных документов по итогам конференции технологии интеграции молодежных инициатив в стратегию национального развития р оссийской Федерации до 2020 года (1)

    Документ
    По мере развития государственной молодежной политики, её институционализации в системе социальных взаимодействий, проектная деятельность молодежи модифицировалась в наиболее распространенную и эффективную социальную практику в молодежной среде.
  6. Сборник выступлений, тезисов, проектных документов по итогам конференции технологии интеграции молодежных инициатив в стратегию национального развития р оссийской Федерации до 2020 года (2)

    Документ
    Проектный подход стал традиционным для молодежных организаций и движений, органов власти и всех структур, стремящихся создавать условия для успешной социализации и самореализации молодежи в сфере социально значимой деятельности.
  7. Итоги и перспективы энциклопедических исследований сборник статей итоговой научно-практической конференции 11-12 марта 2010 г

    Сборник статей
    История России и Татарстана: итоги и перспективы энциклопедических исследований: сборник статей итоговой научно-практической конференции (г. Казань, 11–12 марта 2010 г.
  8. Отчет о результатах самообследования по реализации профессиональных образовательных программ гоу впо «Адыгейский государственный университет»

    Содержательный отчет
    в период с 1 октября 2009 года по 30 апреля 2010 г. провела экспертизу реализации профессиональных образовательных программ ГОУ ВПО “Адыгейский государственный университет”.
  9. Отчет о научно-исследовательской деятельности международного университета природы, общества и человека «дубна»

    Содержательный отчет
    Данные материалы содержат сведения о научно-исследовательской деятельности Государственного образовательного учреждения высшего профессионального образования Московской области «МЕЖДУНАРОДНОГО УНИВЕРСИТЕТА ПРИРОДЫ, ОБЩЕСТВА И ЧЕЛОВЕКА

Другие похожие документы..